EN
   Е-Транс
    Главная        Контакты     Как заказать?   Переводчикам   Новости    
*  Переводы
Письменные профессиональные


Письменные стандартные


Устные


Синхронные


Коррекция текстов


Заверение переводов
*  Специальные
 Сложные переводы


 Медицинские


 Аудио и видео


 Художественные


 Локализация ПО


 Перевод вэб-сайтов


 Технические
*  Контакты
8-(383)-328-30-50

8-(383)-328-30-70

8-(383)-292-92-15



Новосибирск


* Красный проспект, 1 (пл. Свердлова)


* Красный проспект, 200 (пл. Калинина)


* пр. Карла Маркса, 2 (пл. Маркса)
*  Клиентам
Способы оплаты


Постоянным Клиентам


Аккаунт Клиента


Объёмные скидки


Каталог РФ


Дополнительные услуги
*  Разное
О Е-Транс


Заказы по Интернету


Нерезидентам


Политика в отношении обработки персональных данных


В избранное  значок в избранном









Подробная информация о дари
Язык дари

Дари (درى) является вариантом персидского языка, который используется в Афганистане, где этот язык имеет официальный статус наряду с языком пушту и используется в качестве лингва франка между представителями разных языковых общин. Также дари используется в качестве языка преподавания в школах Афганистана. Дари насчитывает около 5 млн. носителей в Афганистане и около 2 млн. носителей – в Иране и Пакистане.

Дари известен под названиями دری (Darī), فارسی دری (Fārsī-ye Darī) или афганско-персидски й язык. Дари и персидский язык (фарси), используемый в Иране, являются взаимно понятными, хотя некоторые отличия в фонетической транскрипции и грамматике всё же присутствуют. Для письма на языке дари используется персидский вариант арабского письма.

Алфавит и фонетическая транскрипция дари (الفباى دري)





Наряду с пушту является официальным языком Афганистана и подобно близкородственным персидскому и таджикскому восходит к языку классической персидско-таджикской литературы (9–15 вв.), который в тот период времени также назывался parsī (в арабизованной форме farsī) или parsī-yi darī, т.е. «придворный персидский», поскольку это был язык двора, знати, политики и литературы, науки и права того времени. Возрождением старого термина афганцы стремились подчеркнуть свою прямую связь с языком классической персидско-таджикской литературы 10–16 вв.

Язык дари имеет общую историю с таджикским и персидским языками и восходит к среднеперсидскому и древнеперсидскому. Исследователи раньше называли язык дари персидско-кабульским (фарси-кабули) или просто кабули, афганско-персидским, кабульско-персидским, кабульско-таджикским. Распространен в основном в центральных, северных и западных провинциях Афганистана. Примерно для 4 млн. человек язык дари в его различных диалектных вариантах является родным, но им владеют многие другие народы Афганистана и Пакистана. Число говорящих на нем достигает 9–10 млн.

Дари входит в юго-западную группу иранских языков. Письменность дари создана на основе арабской графики с добавлением 4-х букв для звуков р, c, z, g, которых нет в арабском. В основе литературного дари лежит кабульский диалект (кабули). Выделяются две группы диалектов: 1) говоры pайонов Герата, Логара, Гардеза и Хазараджата, которые близки диалектам северо-восточного Ирана; 2) говоры Бадахшана, Панджера, Кохистана и р-на Кабула, имеющие много сходных черт с южными диалектами и говорами таджикского языка. В дари значительный пласт заимствованний из арабской лексики. Большое влияние на дари оказывает язык пушту, с которым он с давних пор находится в близком контакте. Особенно это заметно в лексике и фонетике.

Типологически дари является языком номинативного строя, флективно-аналитического типа с элементами агглютинации. Флективное словоизменение наблюдается в глаголе, где личные окончания выражают значения числа и лица. Грамматической категории рода нет. Морфологически никак не выражена категория одушевленности/неодушевленности.

Современные дари, персидский и таджикский языки связаны общностью исторического развития и имеют общее классическое наследие – богатейшую литературу, представленную главным образом произведениями выдающихся поэтов, среди которых следует в первую очередь назвать имена Омара Хайяма, Фирдоуси, Рудаки, Саади, Руми, Хафиза и многих других.



Дифференциация классического языка фарси и формирование самостоятельных литературных языков (дари, персидского и таджикского) произошли в основном в течение примерно трех последних веков новоиранской языковой эпохи, начинающейся с IX века нашей эры, хотя диалектная база этой дифференциации, возможно, начала складываться значительно раньше.



Общая история дари, персидского и таджикского языков, которую мы для краткости в соответствии с традицией будем называть историей персидского языка, прослеживается на протяжении более двух с половиной тысячелетий. Различаются три периода в развитии персидского языка – древний, средний и новый.



Древнеперсидский язык (конец II тысячелетия – IV-III вв. до нашей эры) известен в истории по клинописным надписям царей из династии Ахеменидов и некоторым другим письменным памятникам, а также по ряду косвенных источников.



Древнеперсидский язык сохранял еще большее сходство с древнеиндийским языком (санскритом) и характеризовался развитой флексией, наличием у имен различных грамматических категорий – рода, числа, падеж.



Среднеперсидский язык (III век до нашей эры – VII век нашей эры) характеризуется четко выраженной тенденцией к распаду флексии и развитию черт аналитизма. В нем уже отсутствуют категории рода, падежа, форма двойственного числа.



Новый период в развитии персидского языка начинается с IX века. Литературная норма этого языка складывалась на территории нынешних Средней Азии, севера Афганистана и северо-востока Ирана. Он сыграл огромную роль в культурном развитии многих народов Среднего и Ближнего Востока.



Современный дари является языком преимущественно аналитического строя. В нем отсутствует категории падежа, рода; категория числа присуща лишь существительным и глаголам. Слабым развитием именного словоизменения обусловлено стирание формальных различий между именами существительными и прилагательными, прилагательными и наречиями. В то же время глагол языка дари отличается развитой системой грамматических форм как аналитического, так и синтетического характера.



Морфологические особенности языка дари в сильной степени отражаются на характере выражения синтаксической связи, особенно на уровне словосочетания. Среди материальных средств выражения синтаксической связи между компонентами словосочетания следует отметить изафет-аффиксальную языковую единицу, функционирующую не на уровне словоформы, а на уровне словосочетания.



Диалектной основой современного литературного языка дари Афганистана является кабульский диалект (кабули, фарси-кабули).



В настоящее время процесс формирования литературной нормы письменного языка еще не завершен, хотя нормы устного литературного языка в своих основных чертах, являются уже достаточно стабильными. Главным содержанием процесса становления письменной литературной нормы является взаимодействие живого разговорного языка и имеющей глубокие исторические корни письменной литературной традиции.



Сильные колебания письменной нормы обусловлены тем, что многие авторы ориентируются на классические тексты, часто игнорируя нормы разговорного языка, в том числе и те, которые прочно утвердились в устной литературной речи. Эта тенденция прослеживается в научных работах и литературно-художественных произведениях, но менее характерна для других функциональных стилей дари. Так, язык радио и телевидения, периодической печати, многих научно-популярных, технических и специальных изданий обнаруживает четко выраженную тенденцию к сближению с устной литературной речью.



В целом в настоящее время письменный литературный дари характеризуется значительными колебаниями нормы. Естественный для нынешнего этапа процесс демократизации языка, сближения письменного языка с устным наталкивается на достаточно сильное сопротивление со стороны классической письменной традиции. Учитывая это положение, автор настоящего учебного пособия при разработке лексического материала ориентировался и на устный, и на письменный литературные языки, отдавая предпочтение устной литературной норме. В качестве образца этой нормы принимался язык грамотной части населения города Кабула, ставший фактически национальным эталоном.



Грамматический материал пособия включает основные морфологические и синтаксические явления, общие для письменной и устной речи. Описание менее общих, а также свойственных преимущественно устной речи и диалектных явлений будет дано в последующих учебных пособиях.

CПОСОБЫ ВЫРАЖЕНИЯ ИНХОАТИВНОСТИ

В ЯЗЫКЕ ДАРИ

Глагольная лексика языка дари в исходных формах характеризуется крайней недифференцированностью по отношению к тем значениям, которые входят в сферу понятий "глагольный вид" и "способ действия" (Aktionsart). Различия в семантике разных групп глаголов в основном предопределены естественными различиями между обозначаемыми ими реальными действиями, процессами и состояниями. Этим обусловливается, например, деление глаголов на переходные и непереходные, а также на терминативные и дуративные. Терминативные глаголы предполагают достижение действием естественного результата или предела: бâз кардан 'открывать', харâб кардан 'портить', 'ломать', невешта кардан 'писать'. Дуративные, в принципе, достижения предела не предполагают: дôст дâштан 'любить', фекр кардан 'думать', еhсâс кардан 'чувствовать', 'ощущать', фаhмидан 'понимать'. Особенности значения терминативных и дуративных глаголов в языке дари проявляются при их употреблении в тех глаголах, семантика которых включает видовые компоненты. Поэтому классификация глаголов дари по признакам терминативности/дуративности является в этом языке грамматически релевантной, хотя и в меньшей степени, чем, скажем, деление глаголов на переходные и непереходные.

Для языка дари грамматически релевантным является также выделение некоторых других семантических групп глаголов, В первую очередь здесь следует назвать глаголы движения и глаголы состояния. Хотя дефиниция "глаголы состояния", к слову сказать, в языке дари в большой степени условна. Обычно в работах иранистов этим термином для краткости обозначают группу глаголов, которые в определенных контекстуальных условиях могут обозначать соответствующее состояние. Но, кроме этого, они используются также и для перехода в данное состояние. А если учесть другие, более частные, различия в протекании процессов и проявлении состояний, то значениям, выражаемым с помощью одного глагола состояния в дари, в других языках типа русского может соответствовать целая группа глаголов. Например, значения, выражаемые русскими глаголами "сесть", "сидеть", "садиться", "посидеть", "наси-деться", "досидеть", "сиживать", "присаживаться" и др., в дари могут быть выражены только одним глаголом нешастан, а для придания действиям и состояниям конкретных видовых признаков используются дополнительные средства, в число которых помимо контекста входит и видовой аспект некоторых глагольных форм.

Глаголы движения обладают большей семантической определенностью, чем глаголы состояния. Именно с этими глаголами в значительной степени ассоциируется одно значение из области "способов действия" (Aktionsart). Это - значение начинательности действия (инхоативности), для выражения которого имеется значительное количество глаголов, образующих особый подвид совершенного вида: "запеть", "заиграть", "затанцевать", "побежать", "побежать", "двинуться" и т. п.

В языке дари для выражения начинательности существует целый набор разнообразных способов, позволяющих придать инхоативный признак действию, выражаемому преимущественно дуративными глаголами, которые в языке дари, подобно всем другим глаголам этого языка, индифферентны ко всем видовым признакам, включая и инхоативность. Указанный набор включает грамматические, лексические средства, а также лексико-грамматические (син-таксические) конструкции. Их краткому описанию посвящена эта статья.

В языке дари грамматическим средством выражения начинательности действия, не требующим содействия ни со стороны контекста, ни компонентов лексического значения глагола, является аналитическая глагольная форма с герефтан, в самостоятельном употреблении имеющем значение 'брать'. Модель ее образования: "инфинитив глагола - носителя лексического значения плюс вспомогательный глагол в требуемой личной форме". Этот вспомогательный компонент - грамматический формант - и сообщает аналитическому образованию признак инхоативности. Ввиду наличия в языке дари достаточно большого количества других средств выражения начинательности форма с герефтан употребляется нечасто и даже может быть отнесена к числу факультативных. Однако ее можно часто встретить как в устной, так и в письменной речи, преимущественно в текстах разговорно-быто-вого и художественного стилей. Для других функциональных стилей она в общем не характерна, хотя изредка встречается. Количество глаголов, употребляемых в этой грамматической форме, невелико. Хрестоматийными примерами ее использования являются выражения Асп давидан герефт 'Лошадь побежала', Бâд вазидан герефт 'Подул ветер'. Но, конечно, употребляются в этой форме и другие глаголы, в основном дуративные, имеющие определенное лексическое значение. Вот некоторые характерные примеры: Абрhâ ба зуди моталâши гаштанд туфâнбâд ва бâрâн сâкет шод ва âфтâб-е джаhâнтâб дубâра бар âсмâн-е лâджварди дарахшидан герефт 'Вскоре тучи рассеялись, ураган и дождь стихли, и на лазурном небе вновь засияло дневное светило'[1]. Вай бâ мôтар-е хêш бâ зарбат-е ваhшатнâкê дар кенâр-е чап-е сарак ƒалтидан герефт ва бâ садâ-йе ваhшатнâкê мôтар-е мотазаккера âтеш герефт 'После страшного удара он со своим автомобилем закувыркался по правой обочине дороги; последовал ужасный звук, и автомобиль вспыхнул'[2]. Ба'д боƒзê дар голу-йаш таркид ва бâ садâ-йе беланд геристан герефт 'Затем комок в горле прошел, и она громко заполакала'[3]. Нâгâh чизê ба хâтереш гозашт. Джêбhâ-йеш рâ пâлидан герефт 'Вдруг он что-то вспомнил. Стал шарить у себя по карманам'[4]. Йак рôз тасâдофан голâли рâ дид ва нур âрезô дар гôшаhâ-йе ќалбеш тâбидан герефт 'Однажды он случайно увидел Голали, и в его сердце засветился луч надежды'[5]. Дел-е мард тâпи-дан герефт 'Сердце у мужчины затрепетало'[6]. Следующий пример демонстрирует редкие случаи использования грамматической формы начинательности в текстах научного стиля: Дâнешманд-е мазкур мо'атаќед аст ке джерм-е замин hазâрâн hазâр сâл пêш аз хôршид джодâ ва мелйунhâ фарсанг аз âн дур гардид тâ ба мантќайê аз фазâ расид ва дар âнджâ ба даур-е хôд ва ба даур-е корре-йе хôршид чархидан герефт' Этот ученый убежден, что земная масса тысячи тысяч лет тому назад, отделившись от солнца, удалилась от него на миллионы фарсангов (1 фарсанг = 6-7 км), пока не достигла определенной точки в пространстве, где начала вращаться вокруг своей оси и вокруг Солнца'[7].

Язык дари является одним из иранских языков юго-западной подгруппы. Выделяются две группы диалектов: говоры районов Герата, Хазараджата, Логара и Гардеза, имеющие сходные черты с диалектами северо-восточного Ирана, и говоры Бадахшана, Панджшера и района Кабула, близкие таджикским диалектам в Средней Азии (см. [Киселева 1990: 127]).

До 1936 года язык дари был единственным официальным государственным языком Афганистана и широко употреблялся во всех областях политической и общественной жизни (в 1936 г. пушту был объявлен вторым государственным языком страны). Название языка - «дари» - было зафиксировано в конституции 1964 г. (до этого использовались термины «фарси» (в Афганистане) и «фарси-кабули», «кабульско-персидский» (в России и на Западе). Возрождением старого термина афганцы стремились подчеркнуть свою прямую преемственную связь с языком классической

персидско-таджикской литературы, хотя в научном плане распространение термина «дари» на современный язык являлось известной натяжкой.

Характерной чертой языка дари является наличие значительных расхождений между его литературно-письменной и устно-разговорной разновидностями. Разговорный дари представлен многочисленными диалектами и говорами, среди которых выделяется диалект Кабула и прилегающих к нему районов. Кабульский диалект стал своего рода наддиалектным койне и составил основу литературного языка.

В дальнейшем изложении различается литературный и разговорный стиль. Под разговорным стилем мы понимаем стиль повседневной бытовой речи дариязычных уроженцев Кабула. Литературный стиль - это стиль афганской прессы, публицистики и прозаических художественных произведений (кроме прямой речи).

В целом язык дари, равно как и его диалекты, изучен недостаточно. Отчасти это объясняется тем, что долгое время было распространено мнение (как в самом Афганистане, так и за его пределами), что афганцы в качестве официального языка пользуются персидским, в то время как народ говорит на диалектах, близких к таджикским. Конституция 1964 г. узаконила самостоятельность и автономность дари, и это дало импульс к изучению и описанию языка.

Так, в 1969 г. вышла составленная М.Н. Негхатом Саиди «Грамматика современного дари» (см. [Neghat 1969]). Это была практическая учебная грамматика литературного языка, предназначенная в первую очередь для учеников старших классов средней школы или для студентов-первокурсников филологического факультета Кабульского университета. Приблизительно в это же

время появились грамматики Хамиди (см. [Hamidi 1968]) и Ильхама (см. [Elham 1970]). В 1982 г. была издана двухтомная «Грамматика языка дари» П. Хусайна Ямина, представлявшая собой учебник для студентов-филологов (первая часть - «Фонология и морфология», вторая - «Синтаксис») (см. [Yamin 1982]). Эти грамматики основаны на материале, взятом из современной художественной литературы и прессы. Безусловный интерес представляет монография известного афганского ученого, общественного и политического деятеля А. Равана Фархади «Разговорный фарси в Афганистане», опубликованная на французском языке в Париже и переведенная на русский язык (см. [Фархади 1974]).

Таким образом были сделаны первые шаги на пути научного описания общепринятого и реально существующего языка.1 К сожалению, в Афганистане этот процесс был заторможен, а затем и полностью прерван в связи с апрельской революцией 1978 года и начавшейся гражданской войной.

Все эти годы у российских филологов сохранялся интерес к изучению языка дари, появлялись разнообразные словари, учебники, статьи, посвященные отдельным проблемам. Были предприняты шаги к осмыслению и описанию особенностей разговорного стиля, а также некоторых диалектов. В частности, В.А. Ефимов дал общую характеристику языка афганских хазарейцев (см. [Ефимов 1964; 1965; 1966; 1997]), а Ю.А. Иоаннесян - гератского диалекта дари.

В области грамматики особое внимание филологов привлекал и привлекает глагол как наиболее сложная часть речи современного языка дари (равно как и персидского и таджикского). Он образует многочисленные формы и конструкции, очень емкие по своему значению. Семантика финитных форм трех близкородственных языков изучается уже давно. Однако в вышеуказанных работах афганских авторов личные глагольные формы описаны очень схематично: сказано, как форма образуется, и дан минимум информации о ее значении.

Так, Ямин пишет, что перфект передает действие, происшедшее в недавнем прошлом, а плюсквамперфект -давнопрошедшее действие (или предпрошедшее) (см. [Yamin 1982: 80-81]). Интересно в этой связи, что и Негхат, и Ямин (и некоторые иранские авторы) называют перфект fe'l-e mdzi-ye qarib, т.е. буквально «близкопрошедшее время». Этим ограничивается описание интересующих нас форм в двухтомной грамматике.

Подобный схематизм свойствен и работам иранских авторов (см. [Ahmadi Givi, Anvari 1999; Vazinpur 1996; Marzbanrad 1995; Attari Kermani 1995]).

В отечественной иранистике наиболее подробно описана глагольная система таджикского языка в работе [Расторгуева, Керимова 1964]. По языку дари, помимо кратких обзоров (см.,

например, [Дорофеева 1960; Пахал ина 1964; Фархади 1974; Киселева 1985]), имеются работы, посвященные отдельным глагольным формам. В частности, в статье Л.Н. Киселевой рассматриваются формы дубитатива (предположительного наклонения) (см. [Киселева 1976]). В кандидатской диссертации В.И. Миколайчика описаны имперфект и претерит в системе глагольных форм прошедшего времени современного языка дари (см. [Миколайчик 1974], а также [Миколайчик 1977]). Изучение оппозиции «претерит - имперфект» составило базу для углубленного анализа функционально-семантических категорий аспектуальности и темпоральности в языке дари,. что и явилось темой монографии и докторской диссертации В.И. Миколайчика (см., соответственно, [Миколайчик 2002а; 20026].

В последние годы различные вопросы, связанные с семантикой глагольных форм, нашли отражение в многочисленных статьях Б.Я. Островского. В них автор использует более перспективный на его взгляд ономасиологический подход. В настоящей работе нечасто встречаются ссылки на Б.Я. Островского, т.к. система понятий и сделанные им выводы зачастую непереводимы на «семасиологический» язык. Вместе с тем, наблюдения, изложенные Б.Я. Островским в работах [Островский 19966; 1997а; 1999; 2001]), дают серьезный материал для размышлений.

Помимо описаний дари к рассмотрению привлекаются также описания близкородственных персидского и таджикского языков. Это объясняется тем, что, во-первых, интересующие нас формы, как уже отмечалось, не получили подробного описания в работах афганистов-филологов, а во-вторых, многие наблюдения, сделанные лингвистами в отношении глагола в персидском и таджикском языках, сохраняют свою актуальность и в отношении глагола в

языке дари. Вместе с тем, в данной работе не ставится задача сравнения значений описываемых форм в близкородственных языках.

Как правило, при изложении глагольной системы дари и близкородственных ему персидского и таджикского языков описание интересующих нас форм традиционно строится от перфекта к плюсквамперфекту. Это наблюдение касается как учебников (см., например, [Островский 1994; Арзуманов, Сангинов 1988; Шарова, Левковская, Иванов 1983]), так и грамматик (прежде всего персидского языка) (см. [Vazinpur 1996; Attari Kermani 1995; Ahmadi Givi, Anvari 1999; Phillott 1919; Lambton 1966; Lazard 1957; Миколайчик 1980; Рубинчик 2001] и др. В таджикском языке B.C. Расторгуева и А.А. Керимова относят перфектные формы (основную форму, длительную, преждепрошедший перфект и определенную или соотносительную форму) к особому, аудитивному наклонению и рассматривают их после всех форм изъявительного наклонения, следовательно, и после плюсквамперфекта (см. [Расторгуева, Керимова 1964]).

В данной работе мы отступаем от общепринятого порядка, поскольку перфект в современном языке дари имеет больше разных значений, чем плюсквамперфект, и многообразие значений перфекта удобнее анализировать, отталкиваясь от семантически менее сложной формы. Кроме того, в некоторых сходных, параллельных случаях перфект употребляется реже, и аналогичное значение проще начать демонстрировать на более многочисленных примерах использования плюсквамперфекта. Перфект часто употребляется в прессе, в чисто информационных текстах, однако в художественной литературе плюсквамперфект встречается значительно чаще, чем перфект (о том же см. [Миколайчик 2002а: 118]). Правда, говоря об употребительности этих двух форм, В.И. Миколайчик полагает, что по сравнению с перфектом диапазон выражаемых плюсквамперфектом значений заметно шире. Этот вывод представляется спорным, что будет продемонстрировано далее.

Методика работы. В работах иранистов описание личных глагольных форм строится на разных принципах. Так, функционально-семантический подход является основным в работах В.И. Миколайчика, где автор ставит целью описать составляющие функционально-семантических полей темпоральности и аспекту-альности в языке дари.

Б.Я. Островский строит свое описание на ономасиологических принципах (от значения к форме). Критикуя семасиологический подход (от формы к значению), автор отмечает, что, несмотря на простоту и удобство восприятия такого способа описания, он далеко не всегда позволяет отразить адекватным образом фактические соотношения между структурой финитных словоформ и их грамматическими значениями (см. [Островский 1991 в: 103]). Часто правила, формулируемые в традиционных грамматиках иранских

языков, приписывают каждой личной глагольной форме единственное «инвариантное» значение. Такие правила должны иметь много исключений, поскольку большинство морфологических категорий не располагает своими специфическими, присущими только им способами и средствами выражения. Способы выражения разных категорий часто пересекаются и комбинируются друг с другом. Поэтому и выбор необходимой глагольной формы регулируется достаточно сложными правилами. Трудность заключается в том, что «соответствия между формами и их значениями в общем случае не являются взаимооднозначными: одна и та же форма передает несколько разных значений, а одно и то же значение зачастую передается несколькими разными формами» [Островский 1995: 86]. Даже детально выполненное семасиологическое описание не позволяет построить «такую модель перехода от форм к значениям, которая давала бы однозначный результат без обращения к иным уровням и аспектам языка» [Островский 1995: 86].

Основываясь на вышеупомянутых аргументах, Б.Я. Островский рассматривает глагольную систему современного языка дари с ономасиологических позиций. В своем описании он исходит из того, что формы, с одной стороны, и их значения, с другой, образуют две автономные системы, каждая - со своим набором членов и дифференциальных признаков. Члены системы форм именуются формами, а члены системы значений форм - формемами. У глаголов дари встречается как неединственность значений форм, так и неединственность выражения формем. Однако, по мнению Б.Я. Островского, между неединственностью значения формы и неединственностью выражения формемы имеется принципиальная разница. Установить значение формы можно более или менее

успешно, лишь обратившись к контексту или общей ситуации, т.е. выйдя за пределы собственно морфологической системы, а установить выражение формемы, даже если оно неединственно, можно внутри самой морфологической системы, без обращения к каким бы то ни было дополнительным данным. Например, форма zada misawed может означать действие актуальное или обычное, испытываемое одним или несколькими субъектами: «(вы сейчас) подвергаетесь битью»; «(Вы обычно) подвергаетесь битью» - об одном почитаемом лице; «(Вы сейчас) собираетесь подвергаться битью» - о нескольких почитаемых лицах. С другой стороны, для передачи действия, испытываемого субъектом в будущем, возможно использование двух форм и выбор между ними практически произволен: zada mesawed и zada xdhed sod (см. [Островский 19916: 106-107]).

Таким образом, в своих работах Б.Я. Островский ставит цель на основе ономасиологического подхода составить алгоритм перехода от грамматического значения (формемы) к его внешнему выражению (форме). Такой алгоритм должен отразить объективные закономерности морфологической системы и охватить все факты, относящиеся к грамматическим значениям личных форм глагола дари.

Аргументы Б.Я. Островского, обосновывающего уязвимость семасиологического подхода при описании глагольной системы, весьма серьезны. Однако семасиологический подход, выбранный для данного описания, представляется нам предпочтительным, потому что обеспечивает большую объективность выводов. Принцип «от смысла к форме» при последовательной реализации даже в родном языке не может дать вполне удовлетворительных и четких результатов. Необходимо иметь в виду и неравнозначность

семасиологического и ономасиологического направлений грамматического описания. Семасиологическое является автономным, не зависящим от противоположного направления. Ономасиологическое же всегда в той или иной форме зависит от первого направления.

Плюсквамперфект

В разговорном стиле личные окончания имеют некоторые отличия, и формы плюсквамперфекта выглядят следующим образом: zada budom, zada budi, zada bud, zada budem, zada buden, zada budan.

Плюсквамперфект в диалектах языка дари. В.А. Ефимов, описывая хазарейский диалект, дает такую парадигму спряжения: zada budum, zada budi, zada but, zada budim (-i), zada budit (-i, -in), zada but (см. [Ефимов 1997: 163])1.

Дж.К. Даллинг отмечает в хазарейском диалекте существование сокращенной формы плюсквамперфекта (наряду с основной формой) со следующими окончаниями: -dum, -di, -d, -di(m), -di(d), -da(nd): raftadum, raftadi, raftad, raftadi, raftadi, raftada. Эти окончания являются по сути сокращенной формой budan, присоединяемой непосредственно к причастию прошедшего времени (см. [Dalling 1973: 33]). Ю.А. Иоаннесян, рассматривая характерные особенности гератского диалекта языка дари в области глагола, отметил, в частности, употребление форманта -ак2 и активное по сравнению с литературным дари использование префикса be-/bo-/bi- (см. [Иоаннесян 1987: 16-17; 1999: 72]). Этот префикс может присоединяться к причастию и в перфекте, и в плюсквамперфекте, не сообщая глаголу дополнительного видо-временного оттенка. 2. Семантика плюсквамперфекта в работах ученых-иранистов. Иранские авторы выделяют обычно два компонента значения формы плюсквамперфекта (mdzi-ye ba id) в современном персидском языке: 1) предшествование одного действия другому, выражаемому претеритом или имперфектом; 2) выражение давнопрошедшего действия (см. [Ahmadi Givi, Anvari 1999: 35; Vazinpur 1996: 54; Marzbanrad 1995: 114; Attari Kermani 1995: 98]). По мнению Ж. Лазара, в персидском языке плюсквамперфект означает, что к определенному моменту в прошлом действие было уже выполнено. Кроме того, эта форма выражает также состояние как результат совершенного ранее действия (см. [Lazard 1957:147]). В ряде отечественных работ дается следующая характеристика этой формы: в плане временных отношений плюсквамперфект обозначает предшествование, действие, совершившееся до начала другого прошедшего действия, или давнее действие, соотнесенное по временному признаку с другими действиями; в плане видовых отношений может иметь оттенок результативности, выражая действие, соотнесенное с другими прошедшими действиями своими результатами (см., например, [Ефимов, Расторгуева, Шарова 1982: 165, 177; Иоаннесян 1999: 72]).

Ю.А. Рубинчик перечисляет случаи употребления плюсквамперфекта в современном персидском языке. Эта форма употребляется для выражения прошедшего действия, которое завершилось до наступления другого прошедшего действия. Этот случай имеет место в сложноподчиненных предложениях с придаточными времени (плюсквамперфект в главном предложении) и с придаточными определительными (плюсквамперфект в придаточном). Глаголы состояния употребляются в форме плюсквамперфекта, если выражаемое ими действие-состояние совершалось в определенный момент в прошлом. Эта форма также употребляется в условных придаточных предложениях вместо имперфекта, когда необходимо подчеркнуть нереальность совершения прошедшего действия. И, наконец, плюсквамперфект иногда выражает просто прошедшее действие, результат которого относится к прошлому; часто действие отделено от момента речи более или менее значительным промежутком времени (см. [Рубинчик 2001: 248-249]).

В.И. Миколайчик при описании личных глагольных форм современного персидского языка ставит целью разграничить временную и видовую составляющие каждой формы. По его мнению, при отсутствии в предложении темпорально значимых средств, указывающих на конкретный момент в прошлом, плюсквамперфект выражает давнопрошедшее действие. Часто эта форма используется для выражения преждепрошедшего действия, предшествующего конкретному моменту в прошлом, результат которого продолжал оставаться актуальным для указанного момента. Глаголы состояния в форме плюсквамперфекта выражают состояние с временным значением прошедшего конкретного (см. [Миколайчик 1980: 141]).

Видовые значения плюсквамперфекта и перфекта идентичны. Обе эти формы выражают предельное непроцессное действие. Они индифферентны по отношению к признакам длительности, краткости, однократности, многократности, хотя сосредоточение внимания на результате действия обычно способствует проявлению признака краткости и однократности действия. Длительность и многократность могут придаваться действию, выражаемому глаголами в этих формах, лексическими средствами и общим контекстом (см. [Миколайчик 1980: 154-155]).

Л.Н. Киселева (Дорофеева) и В.И. Миколайчик полагают, что в языке дари в минимальном контексте плюсквамперфект выражает действие, более или менее отдаленное от момента речи (давнопрошедшее). Чаще в дари эта форма используется для выражения «преждепрошедшего» - при наличии представления о конкретном моменте в прошлом, которое создается другими средствами языка, однако может выполнять роль перенесенного в план прошедшего времени перфекта (при дополнительных средствах) (см. [Миколайчик 1974: 15-16; 2002а: 117; Киселева 1985: 94]).

Нам представляется, сам термин «давнопрошедшее время» является спорным. Его уместно вводить, если в языке существуют специальные формы для обозначения «давних» и «недавних» действий. Неоправданным ограничением кажется и «минимальный контекст». Исходя из трактовки этого термина в работе [Миколайчик 20026], его использование выглядит нелогичным. В.И. Миколайчик отмечает, что под термином «минимальный контекст» подразумеваются синтаксические условия, когда исследуемые категориальные признаки действия (темпоральность и аспектуальность) определяются только грамматическим значением глагольной формы (см. [Миколайчик 20026: 4]). В другой части той же работы он пишет об отсутствии у перфектных форм (перфекта и плюсквамперфекта) интенсионального (собственного) видового значения. Они обладают лишь экстенсиональными значениями, для выражения которых обязательно участие неграмматических средств (см. [Миколайчик 20026: 11]). Следовательно, говорить о «минимальном контексте» при описании плюсквамперфекта и перфекта вообще не имеет смысла.

Вокализм и просодика в персидском языке и дари



В фонетике двух близкородственных иранских языков — персидского и дари — много общего. Много схожего и в ее составляющих — вокализме и просодике, что обусловлено общим происхождением языков и их широким взаимодействием на протяжении веков. В то же время в просодике и звучании гласных ощущаются и их основные различия, которые определяют, своеобразие кабульского произношения но сравнению с тегеранским.

В обоих языках можно выделить некоторое подмножество лексики, морфологии и синтаксиса, являющееся общим до определенного глубинного уровня. Однако по частоте употребления, сочетаемости и соответствий на поверхностном уровне элементы подмножества настолько различаются, что носители родственных языков порождают разные тексты при одном и том же смысле. С точки зрения фонетики можно отметить объединяющие и разъединяющие тенденции. Несмотря на существенные сдвиги в артикуляции когда-то одинаковых фонем, носители родственных языков в общем понимают друг друга. В то же время для каждого языка отмечается характерный, формируемый в основном гласными, "акцент", в некоторых случаях приводящий к неузнаванию общих лексем.

Часть I. Вокализм персидского языка и дари

Глава 1. Количественные характеристики гласных в персидском языке и дари

Ранее проведенные инструментальные обследования персидских гласных показали, что противопоставление трех пар монофтонгов по долготе (е - I, о - й, а - а) имеет место не во всех позициях. В ряде случаев длительности гласных обеих групп весьма схожи, а иногда даже краткие бывают длительнее своих долгих аналогов. В то же время есть позиции — главным образом предударный открытый слог, где краткие явно короче долгих. Это и позволило считать, что долгота не является дистинктивным признаком персидского вокализма и что противопоставление по долготе/краткости следует заменить противопоставлением по устойчивости/неустойчивости (Соколова 1950, с.6).

В последующих работах этот подход был широко признан (Расторгуева 1953, Рубинчик 1970, с. 794; Гаприндашвили и Гиунашвили 1964, с. 45; Поляков 1988, с. 34). Аналогичные выводы были сделаны и в отношении таджикского языка (Ефимов, Расторгуева, Шарова 1982, с. 23). Что же касается языка дари, который и генетически, и географически занимает между персидским и таджикским промежуточное положение, то в нем было декларировано противопоставление гласных по долготе/краткости, а не по устойчивости/неустойчивости (Ефимов, Расторгуева, Шарова 1982, с. 25; Пахалина 1964, 45— 51). Причины такого расхождения пока не были объяснены.

На материале западноевропейских языков были выявлены распределения длительностей гласных в разных слоговых и акцентуаль-ных структурах (ЬеЬ^е 1976, р.227—228). Вот основные из них:

• чем меньше элементов в просодической структуре — слове, слоге — тем больше времени приходится на каждый из них;

• гласный односложного слова длительнее гласного многосложного;

• гласный в открытом слоге типа СУ должен быть протяженней, чем в закрытом слоге типа СУС.

Теория устойчивости/неустойчивости имеет одну странность с точки зрения перечисленных закономерностей: краткие гласные при прочих равных условиях должны были бы наиболее сильно сокращаться в безударном закрытом слоге (СУС), а не открытом (СУ).

Общая теория требует, чтобы меньшую длительность имели узкие гласные /и/ и Щ, Но в теории устойчивости/неустойчивости, так же как и в классическом описании по долготе/краткости, они часто длительнее, чем широкий /а/. Наконец, возникает вопрос, почему устойчивость/неустойчивость не была обнаружена в дари, хотя она в полной мере проявляет себя в персидском и таджикском.

Замена долготы/краткости на устойчивость/неустойчивость неравноценна с точки зрения уровней лингвистического описания. Долгота/краткость — свойство фонологической системы языка. Противопоставляя фонемы по долготе, мы абстрагируемся от более высоких уровней — акцентуации, просодики, интонации. Долгота как

дистинктивный признак фонемы проявляется уже на уровне односложных минимальных пар.

Устойчивость, напротив, выявляется лишь при противопоставлении двусложных акцентуально-ритмических структур. Для ее описания помимо фонемных признаков необходимо оперировать еще и понятиями строения слога (CV vs CVC) и местом ударения. Все эти новые данные иранистики требовали увязки с общей теорией.

Для эксперимента по определению области действия закономерностей устойчивости/неустойчивости было составлено 2 текста на персидском и дари, которые п подавляющем большинстве состояли из сходных слов. Все подвергавшиеся обследованию слова были двусложными с первыми слогами типа V, СУ, VC, CVC; вторыми — CV, CVC, CVCC. Все слова были именными частями речи — существительными или прилагательными — и обладали финальным ударением.

В рассматриваемых языках в предударном открытом, предударном закрытом и в закрытом ударном слогах могут быть все гласные, в то время как на финальный открытый ударный слог накладываются существенные ограничения.

В персидском языке в финальном ударном открытом слоге типа CV как правило не бывает /а/. Исключения из этого правила: заимствованный из арабского союз va и, слово-предложение па нет и междометие ha-ha-ha ха-ха-ха. Все они не подходят для экспериментирования с устойчивостью как односложные (последнее произносится как три односложных слова). Слоги с непроизносимым айном на конце в словах типа asra' скорейший нужно считать закрытыми1. Гласный /о/ нечасто встречается в этой позиции. Он бывает в исконных односложных словах to ты, do dea. В многосложных словах он встречается только в франкоязычных заимствованиях типа manto, metro, sapo.

В дари в ударном аусл ауте не обнаруживаются краткие /о/ или /е/; долгие /б/, /ё/ там могут оказаться как разговорные комбинаторные варианты литературно-книжных фонемных пар (знак " I " обозначав

Например, fâteh > fâtë победитель, qâte' > qâtë решительный, sami' > samé слышащий, soru' > sorô начало. В отличие от персидского для передачи в заимствованных словах конечного ударного /о/ используется не краткий, а долгий /о/; для передачи конечного ударного вместо /е/ краткого используется /а/: metrô метро, porosa процесс соответственно из фр. métro, procès.

В предложенном информантам тексте гласные в каждой из 4к позиций — Ударный открытый слог (Уо), Ударный закрытый слог

1 Интонограммы показывают, что хотя "айн" не произносится как отдельный звук, при нем происходит такое же сокращение гласного, как если бы слог был закрытым. Аналогично, в словах с удвоенным согласным типа паИая (дари) произносится не два I, а одно с несколько большей длительностью, чем обычно (40—60 мс вместо 20—40 мс). Но предшествующий удвоенному согласному гласный сокращается так, как будто он находится в закрытой слоге. Между гласным и согласным оказывается хорошо различимая иа интонограмме пауза.

(Уз), Безударный открытый слог (Бо), Безударный закрытый слог (Бз) — встречались минимум 3 раза (кроме перечисленных невозможных случаев). Корпус состоял из несвязных по смыслу слов, которые были рандомизированы, т.е. перетасованы так, чтобы, с одной стороны, информант не мог предугадать порядок ритмических моделей, а с другой стороны, помехи временного порядка не влияли на одну ритмическую модель больше, чем на другую.

В эксперименте приняло участие 5 информантов (2 иранца, 3 афганца), которые получали образование в столицах своих стран — Тегеране и Кабуле. Запись производилась на стандартном студийном оборудовании в ИСАА при МГУ и в Университете дружбы народов им. Пагриса Лумумбы. Тексты были начитаны в среднем темпе с заметной перечислительной интонацией.

В речи обоих иранских информантов краткие были противопоставлены долгим в безударных СУС и СУ-структурах. Причем более резко они были противопоставлены именно в позиции безударного открытого слога — критическом объекте теории устойчивости/неустойчивости.

Аналогичное положение наблюдается и в дари. В речи всех трех информантов в этой позиции (Бо) краткие были существенно короче долгих, причем в речи одного информанта они были противопоставлены только в этой позиции. За некоторыми статистически несущественными исключениями как в группе долгих, так и в группе кратких, прослеживается тенденция к сокращению узких гласных по сравнению с широкими, что хорошо согласуется с общей фонетикой и с более ранними исследованиями. Среди долгих узкие Щ, /и/ в большинстве позиций короче широкого /а/. Специфические для дари /ё/, /б/, занимают промежуточное положение между ними. Среди кратких контраст между большей длительностью широкого /а/ по сравнению с несколько более узкими /е/, /о/ еще более заметен.

В речи всех 5 информантов долгие гласные последовательно сокращаются по мере смены позиций Уо — Уз — Бо — Бз (т.е. самые долгие из них обнаруживаются в позиции Ударного Открытого слога, в Ударном Закрытом и Безударном Закрытом — они несколько короче, самый краткий вариант обнаруживается в Безударном Закрытом), что хорошо согласуется с данными европейских языков. Своеобразием персидского и дари является то, что краткие гласные ведут себя существенно отличным образом. У двух персидских информантов наиболее сильное сокращение наблюдается в позиции Бо (еще одно подтверждение выводов В.С.Соколовой). Проходя весь ряд позиций от Уо до Бз и долгие, и краткие сокращаются примерно одинаково в 1,5—2 раза. Однако краткие в позиции Бо сокращаются еще больше — в 2,5—3 раза-В дари такое же поведение кратких наблюдалось только у одного информанта — Д2. У двух других функционирование кратких не отличалось в этом смысле от долгих — наиболее редуцированные реализации встречались в позиции Бз (см. табл.1). Здесь мы наблюдаем своеобразие дари по сравнению с другими иранскими языками, в которых было обнаружено явление устойчивости/неустойчивости. Однако позиция Бо в речи всех 5 информантов принципиально не различается: наибольший контраст между долгими и краткими обнаруживается именно в ней.

В табл. 2 полужирным шрифтом обозначены экстремальные соотношения в речи каждого информанта, которые приходятся на предударный открытый слог.

Таблица 1

Средние длительности гласных персидского и дари по группам долгие — краткие (в сг=10 мс)

Позиция Персидский Дари

П1 П2 д 1 Д 2 ДЗ

дол кр. дод кр. дол кр. дол кр. дол Кр.

Уо 29 30 31 32 22 21 24 23 22 21

Уз 22 24 24 16 19 15 18 18 15 14

Бо 20 12 22 8 18 12 16 7 13 10

Бз 18 13 17 13 15 11 14 9 И 9

Таблица 2

Средняя длительность долгих гласных по отношению к кратким

Позиция Персидский Дари

П1 П2 Д1 Д2 ДЗ

Уо 0,97 0,97 1,05 1,04 1,05

Уз 0,96 1,5 1,27 1 1,07.

Бо 1,67 2,75 1,5 2,29 1,3

Бз 1,38 1,31 1,36 1,56 1,22 .

Случаев, когда дисперсия долгих и кратких существенно не различалась, было немного. Причем, что несколько неожиданно, в каждой конкретной позиции дисперсия устойчивых была выше, чем неустойчивых. Объяснение этому факту видится в том, что неустойчивые, будучи краткими в большинстве позиций, ограничены в длительности с двух сторон. С одной стороны, они не могут быть короче 30—40 мс, так как перестанут восприниматься как гласные. С другой стороны, они противопоставлены долгим. Долгие же ограничены практически только с одной стороны — типичной длительностью кратких. Верхняя граница длительности весьма расплывчата, так как лежит за пределами фонологической системы языка. Поэтому колебания длительности у долгих (устойчивых) могут происходить в более широких пределах, чем у кратких.

В табл. 3 подчеркнуты позиции, которые статистически существенно противопоставлены долгим. Это краткие гласные в позиции безударного открытого слога (Бо) в речи всех дикторов. Согласно табл. 3 краткие гласные не только короче долгих в этой позиции, но и наиболее сильно сокращаются по сравнению со своим основным вариантом — реализацией в ударном закрытом слоге (Уз). В речи информантов Д2 и П1 существенное сокращение наблюдается не только в позиции Бо (специфика иранских языков), но и Бз, что естественно для многих языков. В речи афганских информантов хорошо заметна повышенная устойчивость /а/, которое не допускает больших колебаний в отличие от периферийных Л/ и luí.

Периферийные гласные склонны к неустойчивости, причем /и/ в этом смысле более неустойчиво, чем Д/. В позициях Бз и Бо периферийные гласные по относительной длительности весьма близки к кратким. Они могут сближаться с краткими и в позиции Уо.

Таблица 3

Относительные длительности гласных персидского и дари (в %% по отношению к своей длительности в ударном закрытом слоге — Уз)

Дик тор Позиция Долгие Краткие

i ё à ô u e a 0

Д1 Уо 115 119 110 121 130 128

Бо 96 89 100 79 106 72 81 100

Бз 78 64 100 75 86 100 66 75

Д2 Уо 124 139 131 159 105 126

Бо 85 82 90 88 60 61 53 49

Бз 61 72 86 76 71 43 66 29

ДЗ Уо 161 130 126 169 159 140

Бо 94 92 80 . 107 69 67 .74 -73 '

Бз 71 55 : si . 71 54 56 . 71 65

П1 Уо 132 119 132 118 127

Бо 89 85 77 40 57 58

Бз 74 73 78 55 58 46

П2 Уо 148 108 135 161 196

Бо 123 82 86 61 58 56

Бз 82 70 64 72 72 93

Такое поведение исторически долгих Д/ и /и/ проливает свет на причины, которые позволили исторически кратким Д/ и /и/, существовавшим в новоперсидскую эпоху, объединиться в одну фонему во время формирования таджикского вокализма. В настоящее время существование краткого fif как варианта /е/ в определенных позициях, способствующих сужению, отмечается в тегеранском диалекте и даже шире в общеразговорном персидском языке. Напр. лит. devist « разг. divist двести, лит. belit <=> разг. bilit билет. В несколько меньшей степени аналогичный процесс отмечается и в заднем ряду, т.е. в разговорном языке можно услышать краткое /и/ как вариант /о/. Напр. лит. sokolât <=> разг. sukulât конфета, лиг. telefon о разг. telefun телефон. Значительное количество примеров, иллюстрирующих это явление, приведено в работах [Пейсиков 1960, сс.15, 19 и Lazard 1957, р. 16—17].

Проверка положений работы [Соколова, Лившиц, Фархадян 1952] в отношении современного персидского языка показала, что отмеченные ею закономерности подтверждаются в большинстве случаев вплоть до деталей, несмотря на использование других информантов и другой аппаратуры. Основные из них распространяются и на язык дари:

• Ударность/неударность слога сильно влияет на длительность гласного: безударный гласный примерно в 1,5 раза короче ударного.

• Открытость/закрытость слога также влияет на длительность гласного, но в меньшей степени, чем ударение. Исторически долгие гласные сокращают свою длительность примерно в 1,25 раза, переходя из открытого слога в закрытый как в ударном, так и в безударном вариантах.

• Краткие гласные подчиняются этой закономерности только в ударной позиции. В безударном варианте они, наоборот, сильнее сокращаются в открытом слоге (примерно в 1,1—1,2 раза по сравнению со своими закрытыми реализациями). В остальном их поведение принципиально не отличается от долгих.

• В группе долгих узкие гласные /1/ и /и/ по длительности и свойству сокращаться в ряде фонетических позиций сходны с краткими и противопоставлены по этому признаку наиболее широкому /¿V.

Полученные результаты в отличие от упомянутой работы свидетельствуют о том, что даже несмотря на своеобразие Щ и /и/ исторически долгие гласные как в персидском, так и в дари в большинстве фонетических позиций длительнее кратких. В одних позициях, как в неударном открытом слоге, контраст между долгими и краткими больше; в других, как в ударном закрытом слоге — меньше. Но почти во всех случаях он статистически значим.

Деление гласных на долгие и краткие в системах вокализма персидского и дари актуально и для их современного состояния. Поэтому долгота/краткость вполне пригодна при описании системы фонем этих языков. Устойчивость/неустойчивость в том виде, в каком она была введена В.С.Соколовой, также существует, но она характеризует совсем другой уровень — ритмику и просодику.

Долгота/краткость существует в иранских языках с древнего состояния. Устойчивость/неустойчивость не может быть обнаружена в мертвых языках, но ее существование и сходное проявление в персидском и дари позволяет ее возвести по крайней мере к новоперсидскому периоду.

Глава 2. Качественные характеристики гласных в персидском языке

Длительное время изучение качественных характеристик гласных в персидском и дари проводилось без инструментальных средств. Пользуясь слуховыми данными и собственными артикулягорными ощущениями, специалисты составили классификацию персидских гласных в координатах ряда/подъема. В этой классификации гласные расположились по сторонам трапеции, которая с незначительными вариациями приводилась во многих работах по фонетике, словарях и учебниках (Расторгуева 1958, с.616; Соколова 1953, с.6; Эдельман 1975, с.65; Рубинчик 1970, с.794; Ефимов, Расторгуева, Шарова 1982, с.22). Эта традиционная система фонем приведена в табл. 4 (по общему мнению, гласные заднего ряда одновременно являются огубленными).

Вопрос об аналогичной классификации гласных дари выглядит сложнее. Большинство специалистов считают, что вокализм совре-

менного литературного дари насчитывает 8 монофтонгов.

В работе (Ефимов 1982, с.25; Пахатина 1964, с.46-51) была измерена их длительность в ряде позиций фонетического слова. Это продемонстрировало долготную противопоставленность гласных и отсутствие отмеченного для персидского и таджикского языков явления устойчивости/неустойчивости. Артикуляторные измерения не проводились (подробнее см. раздел 4 данной главы).

Таблица 4

Традиционная артикуляторная классификация персидских гласных по слуховым данным

Ряд Подъем Передний Задний

Верхний 1 и

Средний е о

Нижний а а

В отношении персидских гласных были предприняты инструментальные исследования спектров и артикуляторных характеристик звуков. В 1964 году была опубликована объемная работа Ш.Г.Гаприн-дашвиди и Дж.Ш.Гиунашвили. Их классификация существенно отличается от традиционной как по числу рядов и подъемов, так и по взаимному расположению элементов.

Традиционная система была устроена значительно проще: в ней рассматривается 2 ряда и 3 подъема, тогда как в системе Ш.Г.Га-приндашвили и Дж.Ш.Гиунашвили — насчитывается 3 подъема и 4 ряда. В первой системе нет гласных среднего ряда, а во второй — нижнего подъема. Во второй системе гласный /а/ не считается огубленным. Довольно спорным выглядело отнесение трех гласных /а/, /а/, /о/ к одной и той же степени подъема — средней, так как неизвестны языки, в которых было бы зафиксировано аналогичное состояние. Кроме того стяжение половины гласных в относительно узкую область артикуляции, ограниченную только средним подъемом, противоречит принципу максимального контраста. Согласно последнему гласные располагаются в артикуляторном пространстве таким образом, чтобы обеспечить максимальное расстояние друг от друга (РеШо-Сосогс1а 1985). Эта закономерность выведена на материале десятков языков, и исключения2 нам пока неизвестны.

Тем не менее ьовая классификация персидских гласных получила дополнительное обоснование в работе К.И.Полякова (Поляков 1988, с. 32—33). В частности, там отсутствие нижнего подъема в системе персидского вокализма аргументируется тем, что при артикуляции персидских гласных /а/ и /а/ язык напряжен, что "достигается сжатостью массы языка внутрь, а следовательно, некоторым общим подъемом его вверх".

2 Материал в работе Дж.Ш.Гиунашвшш и Ш.Г.Гаприндашвили представлен тагам образом, что не позволяет построить формантную классификацию гласных, как это делается ниже. Поэтому мы не можем корректно сопоставить акустическую и артикуля-торнух» систему, полученнне в упомянутой работе.

В диссертации описываются два эксперимента по выявлению формантного состава и артикуляторных характеристик персидских гласных в сопоставлении с русскими. Оба эксперимента были построены таким образом, чтобы исключить межъязыковые помехи от различий в строении артикуляторных аппаратов информантов, представляющих разные языки. Первый эксперимент проводился с участием трех билингвов, т.е. в этом случае для генерации всех персидских и русских гласных использовался один и тот же речевой аппарат. Во втором эксперименте один и тот же набор из 120 синтезированных односложных стимулов с разнообразными гласными был предъявлен для аудирования 6 иранцам и 12 русским информантам.

В обоих экспериментах были получены сходные результаты:

• русский [а] расположился в нижнем подъеме между персидскими [а] и [а];

• в среднем подъеме персидские [е] и [о] оказались несколько более задними и уже своих русских аналогов;

• в высоком подъеме ¡-образные гласные были очень близки друг к другу, персидский [и] — чуть ниже по подъему русского [у], [ы] противопоставлен остальным гласным;

• контраст между ближайшими гласными среднего и высокого подъема [е] уз 11], [о] Ув [и] в персидском меньше, чем в русском.

Персидский краткий /а/ реализуется в основном в пределах среднего ряда (некоторые варианты русского /а/ как в слове пять более сдвинуты вперед). Принадлежность этого гласного к среднему раду подтверждают и другие измерения [Поляков 1988, с.42]. В эксперименте по восприятию персидских гласных французами (ОИапЬ 1970, р. 15), он был опознан в 22 случаях как переднее /а/, а в 6 случаях даже как заднее /а/. Поэтому нет особой необходимости изображать эту фонему в латинице с умлаутом.

Глава 3. Гласные дари

Существует множество проблем практического и теоретического порядка, которые не получили в дари удовлетворительного решения, как в близкородственных литературных языках — персидском и таджикском.

В последних можно найти незначительное количество слов, вокализм которых неоднозначно отражается в лексикографических работах. Как правило, они характеризуются невысокой частотностью употребления, имеют диалектальную или стилистическую окрашенность. В персидском языке, так же как и в дари, обнаруживается вариативность не изображаемых на письме гласных. Но в персидских словарях эти варианты систематизированы, и в подавляющем большинстве случаев можно указать правила, определяющие их стилевую предпочтительность.

В лексикографии дари эта работа находится в начальной стадии. Расхождения в транскрибировании касаются самых распространенных слов. Например, в словаре (Островский 1987) находим se три, wali но, kocak маленький. Те же слова в работе (Киселева, Миколайчик 1978) зафиксированы как se, wale, kucek. Подобные расхождения требовали обращения к эксперименту.

Известные инструментальные исследования гласных дари (Ефимов 1982, с.25) и (Пахалина 1964, с.46—51) касались длительности гласных. Они продемонстрировали их долготную противопоставленность. Артикуляторные измерения не проводились, поэтому дифференциация гласных по ряду/подъему не уточнялась.

По мнению одних авторов долгие /ё/, /о/ были более открыты и ниже по подъему, чем соответствующие краткие (Ефимов, 1982, с.26—27; Пахалина, 1964, с.46). По мнению других, наоборот, краткие /е/, /о/ более открыты и ниже по подъему соответствующих долгих (Островский 1964, с.55; Островский 1994, с.19; Киселева 1985, с.21-22).

Из монографий афганских авторов было очень трудно получить однозначное представление по данной проблеме. В работе (Фар-хади 1974, с. 15) маджхульные гласные классифицируются отдельно от кратких. В книге (Эльхам, 1970, с. 53—56) с одной стороны, утверждается, что маджхульные гласные уже кратких, но, с другой стороны, помешаются в классификации ниже них (с.56).

В данной работе ставилась задача проведения спектрального анализа гласных дари, определения на его основе артикуляторных характеристик и интерпретации полученных результатов с точки зрения диахронии. По ряду причин, подробно излагаемых в тексте диссертации, для определения формантных частот гласных дари не удалось использовать синтезированную речь.

Отрицательный результат эксперимента с синтезом речи в дари, однако, позволяет сделать определенный выводы в плане психолингвистики. Самый важный из них тот, что в отличие от иранцев и таджиков афганцы по-иному осознают гласные. Эти отличия обусловлены тремя категориями причин:

1. Лингвистические различия. В дари 8 монофтонгов вместо 6 в персидском и таджикском. Расположение в одном и том же артику-ляторном пространстве большого количества звукотипов приводит к размыванию категориальных границ и к взаимопроникновению и сужению областей их существования. Для сохранения разборчивости требуется компенсация в виде уменьшения энтропии на других уровнях, напр. в строении слога, просодике, лексике.

Эта компенсация выражается в том, что гласные утрачивают смыслоразличительную роль в чистом виде. Слова и составляющие их морфемы различаются не только и не столько гласными, но и еще каким-либо дополнительным признаком. За некоторыми гласными закрепляются определенные позиции, в которых наиболее вероятно их появление. Например, в исходе фонетического слова3 могут быть безударные гласные-морфемы /ё/ (артикль) и /е/ (изафет). Но не может быть сходный с ними по звучанию безударный /i/. Поэтому в спонтанной речи вместо литературного wali но произносится wale (см. выше). В безударном исходе могут также находиться /а/ (разговорная форма послелога) и /о/ (энклитический союз и).

К числу уменьшающих энтропию факторов относится и то, что в ударном исходе не могут быть гласные /е/ и /о/ (односложные сло-

3 На определенные фонетические и фонологические ограничения как для начала, так и для конца слова во многих языках обращалось внимание в работе [Кузнсцоп 1968, с.218].

ва типа литературного с!о два представляют собой особый случай, так как в разговорной речи ему соответствует с1и). Гласный /ё/ может быть в этой позиции только в небольшом числе односложных слов, а также в многосложном слове 5ашЬё суббота и производных от него.

В результате структурные ограничения резко уменьшает число сигнификативных оппозиций, сужая выбор гласных, необходимых для идентификации слова.

2. Графические различия. Энтропия графики дари существенно выше персидской, которая в свою очередь выше таджикской. Опущение кратких гласных при написании приводит к их неосознанию как единицы речи (по принципу "с глаз долой, из сердца вон"). Возрастание многозначности графем приводит к тому, что все варианты их звучания осознаются как одно и то же. Для поддержания разборчивости текста используется избыточность на других уровнях: напр., существует несколько графем для изображения согласных /б/, /г/, /I/, /Ь/, дифференциация лексики по стилям и сочетаемости и т.п.

3. Психо лингвистические различия, обусловленные разными методиками обучения родному языку в народном образовании Ирана и Афганистана.

Эти различия касаются только гласных, в то время как в отношении согласных особой разницы не обнаруживается. В слогообразо-вании гласный и согласный играют качественно различную роль. СУ[С]-слоги устроены так, что согласный кодируется в гласном. Произносятся они одновременно, точнее, согласный закодирован в части гласного, поэтому в свое время не удавались попытки в магнитной записи отсегментировать начальный согласный от остальной части слога. Полученный сегмент, составленный из формантных переходов гласного при воспроизведении воспринимается как щелчок, а не звук речи (РеШо-Сосогс1а 1985, р.241).

Полагается, что в историческом развитии речи вокалическая дифференциация была второстепенной по сравнению с консонантной, и первоначально вокалический тембр был лишь призвуком, позволяющим реализовать согласные. Видимо этим и объясняется отсутствие значков для гласных в ряде графических систем, прежде всего арабской (Тайметов 1986, гл.1). По всей вероятности, из-за этой фундаментальной причины и своеобразной методики преподавания родного языка в сознании носителя дари гласный выступает как субстанция для реализации согласного. По крайней мере, согласный и гласный в их сознании далеко не равноценны.

Для исследования спорных вопросов вокализма дари был использован акустический анализ естественной речи. В эксперименте приняло участие 4 афганца (в дальнейшем условно обозначаемых А1, А2, АЗ, А4), язык дари для которых является родным. Все они обладают сходными по типу голосами — баритоном, что при прочих равных условиях уменьшило разброс измерений. Информант А1, выпускник лицея, в момент проведения эксперимента был слушателем Ташкентского Государственного Университета. Трое других уже окончили высшие учебные заведения, причем двое из них (АЗ и А4) работали в качестве дикторов-профессионалов. Каждому из них было предложено прочесть для магнитной записи текст из односложных слов. Большинство слогов имело СУС-структуру, за исключением слов с гласным в абсолютном исходе.

Каждый из 8 гласных встречался в 6 различных словах. Эти б слов повторялись в тексте 3 раза. Всего текст насчитывал 8x6x3 = 144 слова, которые были рандомизированы, т.е. приведены в беспорядок. Результаты приведены в табл. 5 и на рис. 1.

Таблица 5

Средние частоты формант в Гц и число измерений (п) спектров гласных дари

Глас ные Р1 ¥2 РЗ П Глас ные Р1 Р2 РЗ п

{ 264 2125 3038 25 ц 279 802 1487 18 ..

ё 398 2049 2817 18 б 408 903 1658 19

е 422 1874 2674 12 о 441 1024 1821 19

а 695 1459 2476 . 17 а 558 1084 2082 21

На рис. 1 заметно, что гласные расположились по периметру трапеции, как это обычно и принято изображать в иранистике (см., например, Здельман 1975, с.65; Ефимов и др. 1982, с.21-22).

Ближайшим соседом /¡/ оказался долгий /ё/, далее вниз по трапеции расположился краткий /е/. Аналогично, в заднем ряду долгий /б/ находится выше /о/ краткого и ближе к гласному высокого подъема /и/. Таким образом, маджхульные гласные оказались выше по подъему соответствующих кратких. Спор о том, какие гласные считать более узкими, нужно решить в пользу маджхульных /б/ и /ё/.

По значениям двух первых формант в табл. 5 построен рис. I, на котором изображено расположение гласных в акустическом пространстве.

Относительно небольшое расстояние между гласными внутри пар среднего ряда объясняется хорошей противопоставленностью по длительности и другим избыточным признакам, что уменьшает необходимость дифференциации по положению спинки языка. Многомерный дисперсионный анализ противопоставленности пар сходных гласных показал, что двух первых формант достаточно для недвусмысленной классификации. Существенность противопоставления по ряду/подъему для ё/е составила р<0.1, для о/о — р<0.034.

Очень информативным оказалось положение третьей форманты Гз, которая отражает участие губ в артикуляции гласного. Судя по этому параметру, краткие /е/, /о/ менее огублены, чем соответствующие долгие. По двум признакам — третьей форманте и длительности — возможна почти безошибочная классификация внутри пар: е-образные гласные различимы с надежностью р<0.03, а о-образные с еще более высокой надежностью — р<0.001.

4 Числа р означают вероятность ошибочности утверждения: чем меньше число р, тем выше надежность выводов.

Рис.1. Система монофтонгов дари.

Возможно хорошее различение и по одной длительности: е-образные гласные различимы с надежностью р<0.03, а о-образные — р<0.001.

Между краткими /е/ и /а/ расстояние больше, чем между любыми другими соседними гласными (противопоставленность i/u имеет качественно иной характер), что естественно: они оба относятся к категории не изображаемых на письме кратких и противопоставлены только по ряду/подъему. Поэтому для обеспечения необходимого контраста расстояние между ними должно быть большим.

Гласный /а/ отдален от /а/ но месту артикуляции, помимо этого необходимый контраст между ними поддерживается и различиями в количестве (см. рис. 2). Тем не менее оба гласных занимают разный подъем: /а/ артикулируется выше, хотя и не выходит за пределы нижнего подъема. В то же время едва ли можно говорить о про-двинутости долгого /о/ вперед. Наоборот, он располагается глубже краткого /о/ и даже несколько глубже /и/. Гипотеза о более заднем расположении /о/ по сравнению с кратким /о/ подтверждена дисперсионным анализом (р<0.01). Тот же метод подтвердил и более переднее расположение /ё/ по сравнению с /е/ кратким (р<0.05). Таким образом, маджхульные /ё, о/ занимают периферийное положение по сравнению с тяготеющими к центру краткими /е, о/. Обнаруженное свойство хорошо согласуется с положениями общего языкознания: за время артикуляции кратких гласных органы речи не успевают далеко продвинуться от средней позиции, в то время как длительность маджхульных вполне позволяет это сделать.

Статистика не выявила существенной разницы в длительности соседних долгих i/ё, u/o. Поэтому в акустическом пространстве расстояние между ними больше, чем внутри е- и о-образных пар, хотя и не такое большое, как между краткими е/о.

Поскольку в дари не удается поставить эксперимент по восприятию синтезированных гласных, приходится считаться с погрешностями, вносимыми естественной речью. На формантную структуру и длительность гласных оказывал большое влияние консонантный контекст. Встречались реализации, спектры которых нарушали закономерности, наблюдаемые по средним величинам. Области реализации монофтонгов пересекаются. Поэтому в некоторых случаях взаимное расположение ё/е, особенно в произношении информанта АЗ, не соответствовало изображенным на рис.1 соотношениям: кёк кекс р1=418, Рг=2182; рех у (мсжд.) р1=364, Рг=2109. В этих примерах подъем /е/ выше, нежели /ё/. Поэтому в целом дисперсионный анализ не подтвердил существенности различия средних значений первых формант, т.е. эти гласные не противопоставлены по подъему.

Результаты обследования современного состояния дари требуют пояснений с точки зрения истории развития вокализма. Предлагаемая ниже гипотеза в общем согласуется с гипотезой В.С.Соколовой (Соколова 1954, сс.4-11), заполняя определенные лакуны, которые возникли из-за того, что во время написания ее работы язык дари (фарси-кабули) еще не был обследован и осознан как отдельный язык. Добавлены также некоторые построения, которые имплицитно содержались в работе В.С.Соколовой, но не получили эксплицитного выражения.

320 300 280 260 240 220

оае1иеоа

Рис.2. Средняя длительность гласных дари в односложных словах (мс)

Рис. 3. Вокализм позднего древне-, средне-и новоперсидского языков

Результаты обследования инструментальными методами десятков живых языков, где есть чисто количественное противопоставление гласных высокого подъема и — й, i — I, свидетельствуют о том, что краткие артикулируются ближе к центру трапеции системы вокализма, чем соответствующие долгие (см. рис. 3). Существует весьма естественное объяснение этому факту: за более короткое время говорящий не успевает продвинуть органы речи в экстремальные позиции, т.е. спинку языка как в крайнее верхне-переднее положение для IV, так и крайнее верхнезаднее для /й/. Он лишь намечает движение речевых органов в нужном направлении от той позиции, которую они занимали в предыдущем слоге. Поэтому краткие Щ и /и/ располагаются ближе к среднему ряду среднего подъема. Нам не известны исключения из этого правила, поэтому мы можем распространить действие указанной закономерности на мертвые иранские языки (см. рис. 3).

Централизованное расположение кратких Щ, /и/ позволило им перейти в современных диалектах в гласные среднего подъема /е/, /о/. Это объясняет также, почему мигрировали именно краткие, а не долгие. Раннее состояние древнеперсидского вокализма отличается от изображенного на рисунке тем, что дифтонги /а!? и /аи/ еще не перешли в монофтонги /ё/ и /о/. Несомненно также, что уже тогда существовала дифференциация в паре нижнего подъема: долгий /а/ был огублен и приближен к заднему ряду [Borah 1934, р.326].

Те дифтонги, которые функционировали в древнеперсидском и дали в среднеперсидском монофтонги /ё/ и /б/, были единственно возможны с точки зрения логики развития вокализма. Они формировались движением артикулирующих органов от основания трапеции к экстремальным точкам: движение вперед дало /ау/, назад — /aw/. Образование дифтонга в верхней части трапеции при древнем составе вокализма было невозможно, так как граница между /1/ и /и/ имеет качественно иной, катастрофический характер (в терминах теории катастроф Petito-Cocorda 1985, р. 295—300). Поэтому дифтонги типа французского /ui/ возможны только в языках с большим количеством моно- и дифтонгов, где более вероятные ниши для звукотипов уже заняты.

В современном дари функционируют сходные квазидифтонги (бифонемные дифтонги) более позднего происхождения /ау/ и /aw/. В персидском им соответствуют их "укороченные" аналоги /еу/ и law/. При их образовании органы речи вместо того, чтобы начинать движение от нижнего подъема среднего ряда (место артикуляции а-образных гласных), стартуют значительно выше — на среднем подъеме в переднем и заднем ряду соответственно. Процесс монофтонгизации дифтонгов продолжается и в настоящее время. В персидском языке квазидифтонги /еу/, /ow/ в разговорном языке произносятся как долгие /ё/, /о/, В дари квазидифтонг /aw/ превращается в /б/.

Рассмотрим положение дари в свете гипотезы В.С.Соколовой о развитии вокализма среднеперсидского/новоперсвдского языка к современному состоянию персидского и таджикского языков (примеры взяты из Ефимов и др. 1982, с.28—47).

¡<= /СГ , 1

ЬЫ Ь№ / бнст двадцать

Ыт Ыт Ьгга бич страх

АЛ - *

( хеИ ) I "л) д^.я хит т \ кирп ич

\eroruz У ¡игйг ^ кчруг / сегодня

а

\ тИ 1 тЧ ши и еш онца

V гИ \ га гей рсш рана

Рис. 4. Соответствия гласных переднего ряда

Краткий Ш среднеперсидского языка, будучи противопоставлен по количеству соседним долгим, мог менять свое качество в широких пределах от Д/ до /е/. В таджикском за ним закрепилось ¡-образное произношение, и он объединился с долгим /I/ по качеству. В персидском за ним закрепилось е-образное произношение. Это стало возможным только после устранения дополнительного е-образного гласного — долгого /ё/, который объединился с долгим Д/ по количеству. Для этого в персидском языке в определенный момент должно было произойти необозначенное в гипотезе В.С.Соколовой явление — перестановка двух е-образных звукогипов в артикуляторной трапеции (своеобразная рокировка, которая на рис. 4 и 5 обозначена дугами). На рисунках не приводятся данные по соответствиям гласных нижнего подъема.

По мере эволюции персидского языка перестановка происходила следующим образом. Среднеперсидский краткий /1/ начал движение вниз по стороне трапеции. Долгий /ё/ начал встречное движение вверх. В определенный исторический период оба гласных не различались по подъему, но были противопоставлены по количеству и, судя по современному состоянию дари, по ряду. Краткий /е/ находился ближе к среднему ряду, но не закрепился в нем. Пройдя эту критическую точку, долгий /ё/ получил возможность сблизиться с Щ и слиться с ним в одну фонему.

Персидский Дари Иовоперсндский Таджикский Значение

и<= й г^у

dur dur с!йг / ДУР далекий

Йис1 аиа аа<1 дуд дым

и АЛ

яогх ] БОГХ ] БЦГХ сурх красный

Ч^озк/ \XOsJp/ хи§к V хушк у сухой

б<= 6 V__^ =>У

1 гиг го г гог руз день

V V го§ 8Й5 гуш ухо

Рис. 5. Соответствия гласных заднего ряда

В дари, отражающем более древнее состояние, перестановка произошла сравнительно недавно, что выражается в высокой вариативности гласных среднего подъема. В языке встречаются реализации, являющиеся отражением прежнего состояния. Процесс слияния i/ё в одну фонему идет в современном дари, хотя и сильно заторможен консервативными экстралингвистическими факторами.

К их числу прежде всего относятся средства массовой информации — радио, телевидение, кино, которые создают произносительную норму для широких масс населения. Другой фактор — народное образование5, роль которого в отношении развития вокализма двоякая. С одной стороны учащиеся ориентируются на произношение учителя, что способствует закреплению определенной произносительной нормы; с другой стороны, различению маджхульно-мааруф-ных звуков в Афганистане уделяется не так уж много внимания, что не мешает слиянию гласных, как это произошло в свое время Иране.

Аналогичные явления имели место в развитии гласных заднего ряда (см. рис.5). Среднеперсидский краткий /и/ начал движение вниз по трапеции, тогда как долгий /о/ стал подниматься. В определенный исторический период оба гласных перестали различаться по подъему. Для поддержания контраста они должны были существенно отличаться по долготе. Судя по современному состоянию дари, краткий /о/ обходил долгий /о/ с внутренней стороны трапеции. Затем в персидском языке два долгих гласных /оI и /и/ слились в одну фонему. В дари этот процесс еще не завершен.

Хотя внешне в переднем и заднем ряду движение гласных выглядит одинаковым, маловероятно, чтобы в обоих рядах перестановка гласных среднего подъема произошла одновременно. Большая дифференцированность б/u по сравнению с ё/е по нашим статистическим данным, и большее сходство ó/u (Островский 1981, с.27) позволяет предположить, что перестановка гласных в заднем ряду произошла раньше.

Если мы примем новоперсидский (классический персидский) язык за исходное состояние (средняя колонка на темном фоне на рис. 4 и 5), то увидим, что по обе стороны от него движения кратких гласных диаметрально противоположны. Слева, в персидском и дари, они двинулись вниз, а справа — в таджикском — вверх. В дари (вероятно, и в персидском в период эволюционирования маджхульных гласных) долгий гласный среднего подъема заднего ряда /о/ сдвинулся назад, в таджикском — вперед. Но наиболее фундаментальное сходство персидского и дари заключается в перестановке кратких гласных, что не имело место в эволюции таджикского языка. Все это наводит на мысль о том, что хотя все три языка родственны и произошли от одного предка, образовались они далеко не одновременно и находятся в различных генетических связях друг с другом. Вначале произошло разделение классического персидского на два диалекта — мавераннахрекий и хорасанский. (О понятиях Хорасан и Маверан-нахр в ту историческую эпоху см. Расторгуева 1982, с.6; Оранский 1988, с.223—224). Мавераннахрекий диалект стал непосредственным предком таджикского языка. После отделения в нем наметилось дви-

5 Различными видами образования в Афганистане охвачены в основном мужчины, что предполагает значительные статистические различия в лексике обоих полов.

жение кратких гласных высокого подъема по направлению к позициям схожих долгих, что через несколько веков привело к их объединению. Границей общения между диалектами, которые способствовали закреплению различий, были горные цепи и государственные границы.

По мере развития хорасанского диалекта в нем наметилось движение кратких вниз по направлению к ближайшим долгим в среднем подъеме. Через несколько веков с появлением границы общения внутри него, чему помимо прочего немало способствовало функционирование различных религиозных толков Ислама на территориях Ирана и Афганистана, эволюция вокализма в разных частях хорасанского диалекта становится неравномерной. Западная ветвь, приведшая к современному персидскому языку, быстрее завершила объединение маджхульных с мааруфными и перевод кратких гласных из высокого в средний подъем. Восточная ветвь, приведшая к современному дари, характеризовалась намного большим числом контактов с таджикским языком, что тормозило объединение фонем по западному образцу. В результате пересечение гласных в дари произошло относительно недавно, а объединение маджхульных и мааруфных далеко от завершения.

Имеющиеся у нас данные по диалектам в целом подтверждают эту гипотезу. В гератском диалекте, где отмечена утрата смыслоразли-чительной функции внутри маджхульно-мааруфных пар, каждая пара представляет собой два аллофона одной фонемы. Вокализм находится на стадии перехода от восьмифонемного состава к шестифонемно-му. Гласный /о/ (новоперсидский /и/) продвигается вперед до смешанного ряда (Ионесян 1987, с.35). Это означает, что и в истории развития гератского диалекта тоже менялись местами маджхульные и краткие (раньше, чем в дари, но позже, чем в персидском).

Положение диалекта хазара, характеризующегося объединением гласных по таджикскому типу, но расположенного внутри ареала дари, на первый взгляд противоречит выдвинутой гипотезе (о диалекте хазара см. Ефимов 1971, с.33—34). Действительно, при таком подходе нельзя полагать, что хазара является потомком хорасанского диалекта. Однако, вряд ли есть сомнения, что хазарейцы появились на территории Афганистана в результате миграции либо во времена монгольского нашествия, либо после него. Косвенным свидетельством этому является большой лексический пласт специфически хаза-рейских монголизмов, функционирующих в диатекте. Таким образом, диалект хазара проник в ареал дари в результате миграции через Среднюю Азию через несколько веков после разделения классического персидского на мавераннахрский ихорасанский диалекты.

^■^Ряд Под'емЧ^ Ступень Перешит Средний Задний

1 2 - 1 2

Высокий - 1 и

С ре л пий 2 с о

1 е о

Низкий 2 а

1 а

Рис. 6. Артикуляторная классификация гласных дари. 21

Генетические связи гласных метафарси (т.е. близкородственных персидскому языков, носители которых свой родной язык называют фарси) с учетом данных гератского диалекта и хазара представлены на рис. 76, классификация монофтонгов дари — на рис. 6.

Персидский Герагский Дари Новоперсидский Х:( :арл Таджикский

1 < 1 * - д. ' 1 ' и

1 — г~~

_

4 с « е

л , я , я , а > а > °

о ' о > V

О и

и/6 и *—

Рис. 7. Генетические связи гласных языков, близкородственных персидскому

Глава 4. Динамика вокализма в персидском языке и дари

Процессы эволюции гласных по мере развития персидского и дари от средне- и новоперсидского состояния к современному изучены и описаны в иранистической литературе. Помимо этих чисто диахронических процессов в обоих современных языках наблюдается ряд динамических процессов чередования гласных на синхронном уровне. В своей основе они напоминают диахронические процессы, но таковыми не являются, так как, во-первых, они искаженно отражают диахронию (т.е. исходная форма с точки зрения синхронии может не являться таковой исторически и появиться позже производных от нее форм) и, во-вторых, все формы сосуществуют одновременно, различаясь функционально.

Для обоих языков (в этом их сходство) можно указать три стилистические разновидности (варианта) слов, которые имеют различное вокалическое наполнение: архаично-торжественный стиль, нейтрально-литературный и просторечно-разговорный. Существует также и ряд аналогий б реализации этих разновидностей в обоих языках. Переход от более высокого уровня к более низкому (от архаично-торжественного к нейтрально-литературному или от нейтрально-литературного к просторечно-разговорному) т.е. снижение стиля предполагает:

• сужение слогоносителя, т.е. замену широкого гласного на соседний узкий;

6 Таджикские гласные приведены в современной кириллице. Гласные хазара даются в транскрипции, приближенной к дари.

• редукцию слогоносителя, т.е. замену долгого гласного на соседний краткий.

Иногда оба фактора действуют согласно, в одном направлении, иногда — противоречиво. Для персидского языка решающее значение имеет первый фактор: при возможности переход к более низкому функциональному уровню сопровождается сужением гласного /а > а > е > И и /о > и/. Например, atas > ätes > ätis "огонь", kueak > kucek > kueik "маленький" sakar > sekar > sikar "сахар"; kas > kes OHB глагола kasi-dan/kesidan "тянуть"; kas-i-ke > kes-i-ke "тот, кто..."; 'atr > 'etr "духи"; zamin > zemin "земля"; janäh > jenäh "крыло"; äfarin > äferin "молодец!"; angar > engar "будь-то"; handase > hendese "геометрия"; [sas >] ses > sis "шесть"; [hafdah >]7 hefdah > hifde "семнадцать"; [hajdah >] hejdah > hizde "восемнадцать"8; nähär > nahär "обед"; tumän > toman "туман" (денежная единица); dahän > dahan "рот"'; bàrakallâ > bârekallâ > bârikallâ "слава Богу!"; sokolSt > sukulát "конфета"; xord >xurd "мелкий".

На эту закономерность более высокого порядка накладываются ограничения более низкого (т.е. не всегда проявляющегося) уровня: замена гласного производится таким образом, чтобы в глагольных формах гармония гласных усилилась, а в именах — ослабла.

В дари монофтонги распадаются на три кластера — /i — ё — е/, /и — ó — о/ и /а — а/. Внутри кластеров фонемные границы ослаблены, а выбор того или иного гласного внутри кластера определяется скорее современным функциональным уровнем речи, нежели исторической основой. При переходе от более высокого стиля к более низкому решающую роль играет редукция, и более долгий гласный кластера заменяется на более краткий: /ё > i > е/, /ó > и > о/ и /а > а/.

Примеры:

digar > dega "еще"; rësmân > respân "веревка"; sir "молоко" > serin "сладкий"; cist что? > cestän "загадка"; tärik "темный" > täreki "темнота"; bosöy > bosuy "стирай, мой"; jöy > juy "ручей"; surâx > soláx "дыра"; malum > mäJom "известный"; sogur > sogor "лоток"; sotun > soton "колонна"; budan > bodan "быть"; äzmäyes > azmäyes "испытание"; âwêzân > awëzân "висящий"; âwâz > awâz "голос"; äräyes > aräyes "украшение"; hàwan > awang "уступка"; äina > ay na "зеркало"; gandanâ > gandana "лук"; sah "шах" > sayi "шахи" (монета); pay "нога" > payzär "вид обуви".

Регулярно меняет свое качество приставка më-, которая в разговорном языке расширяется и редуцируется до me: mèzanam > mezanom "быо". То же самое происходит с гласным безударного энклитического артикля -ё > -е: sâl-ë yak bar > säl-e yag bär "раз в год", metr-è hastäd afyäni > metr-e astäd awyäni "по 80 афгани за метр"(Фархади 1974, с.74.)

Межкластерная граница, проходящая между гласными ä | а, довольно слаба и допускает чередования sekast > sekest "сломал"; nazdik >

7 Квадратные скобки в данном абзаце содержат вышедшую из употребления форму, встречающуюся только в диалектах.

8 Сужению конечного гласного /а/ > /е/ в числительных "семнадцать" и "восемнадцать" способствовало также исчезновение конечного /11/, а в ауслауте из этих двух гласных возможен только /е/.

9 "Чистое" сужение а > а встречается гораздо чаще в дари, чем в современном персидском.

пегсИк "близкий". Напротив, две другие межкластерные границы весьма отчетливы (см. ниже).

В системах вокализма обоих языков помимо обычных фонемных границ между топологически смежными гласными на вокалической трапеции проявляются две качественно иные, катастрофические границы. Они располагаются:

• между /И и /и/, наиболее удаленными соседними гласными в артикуляторной трапеции; данная фонемная граница имеет катастрофический характер во многих языках;

• между /а/ и /о/, довольно сходными по тембру гласными; эта фонемная граница обладает катастрофическим характером в персидском и дари.

Чередования гласных с пересечением катастрофических границ встречаются очень редко. Катастрофические границы совпадают с межкластерными.

Часть II. Просодика в персидском языке и дари

Глава 1. Границы слова и иикапсуляция10 в персидском и дари

До настоящего времени в иранистике еще не сложилось единого подхода к определению слова как к фундаментальной языковой единице. В нашей работе предлагаются следующие определения11:

Слово — это часть высказывания между двумя ближайшими словесными границами. Словесные границы в свою очередь могут быть слабыми и сильными.

Правило I. Сильная словесная граница начинает и/или завершает высказывание.

Практически это означает совпадение словесной и фразовой границ. Другими словами, все, что можно сказать одной фразой (на одном выдохе, непрерываемом вдохом) обрамлено словесными границами. А так как подавляющее большинство слов в рассматриваемых языках можно представить в виде отдельной фразы (односоставных предложений, слов-предложений, междометий), то таким способом устанавливаются словесные границы для имен, глаголов и других знаменательных частей речи, а также для некоторых незнаменательных — междометий, союзов.

Они имеют следующие иерархические свойства:

1. Проходят по фонетическому слогоразделу (+).

2. Проходят по фонологической межсловной паузе (#).

3. Проходят по границам между фонетическими словами.

4. Границы более высокого уровня (между синтагмами, составом подлежащего и сказуемого, между темой и ремой) могут проходить только по сильным словесным границам.

Следствие. В литературно-прозаических вариантах двух близкородственных языков, поскольку глагол завершает предложение,

личное окончание указывает на следующую за ним словесную границу-

Первого правила недостаточно, чтобы классифицировать все образования по принципу слово/часть слова. В потоке речи в персидском и дари (в отличие от русского и других европейских языков) встречаются образования, которые носителями языка интуитивно считаются словами, а языковедами аргументировано классифицируются как части речи, и в то же время только с одной стороны могут

10 Под инкапсуляцией понимается объединение знаменательного слова с незна-иенательньши таким образом, что это объединение по ряду признаков функционирует в речи как самостоятельное слово (определения см. ниже). Многие свойства инкапсуляции данного вида схожи с инкапсуляцией в объектно-ориентированных алгоритмических языках (С++, Pascal, Small Talk). В частности, инкапсулированные элементы получают структурные связи только внутри капсулы, теряя возможность непосредственно соотноситься с другими языковыми элементами вне ее.

" Наш подход принципиально не противоречит идеям П.С.Кузнецова [Кузнецов 1964, сс.75-77], разработанным в основном на русском материале, уточняя и дополняя их в аспекте иранистики.

быть оформлены фразовой границей, а с другой — не могут, т.е. всегда примыкают к другим образованиям.

Аксиома I. Слово обладает свойством непроницаемости, т.е. внутрь одного слова нельзя вставить другое.

При ином подходе в грамматику пришлось бы вводить множество отрицательных правил, объясняющих, почему, например, словом не являются словосочетания и предложения, что сделало бы ее излишне громоздкой.

Аксиома II. Любое высказывание (фразу, предложение) можно поделить на слова.

То есть, текст делится на синтаксические группы, которые в свою очередь делятся на более мелкие образования и т.д, которые в конечном счете членятся на слова. При этом на некотором этапе анализа синтаксическая группа может быть расчленена на словоформы.

Правило II. Слабая словесная граница внутри высказывания проходит там, где, хотя и нельзя начать/закончить высказывание, можно вставить слово.

То есть, если какой-то отрезок речи по правилу I является словом, то он может быть использован для диагностики образований, состоящих из нескольких морфем (слогов). Если нам удается вставить такое слово между исследуемыми морфемами (например, с целью распространения: marz-esan — marz-e semáli-yesán их граница — их северная граница), то мы заключаем, что в этом месте проходит словесная граница. С помощью правила II понятие слова расширяется на оставшиеся незнаменательные и несамостоятельные части речи: местоименные энклитики, послелог -га, краткая форма глагола-связки, артикль, нумеративная частица ta, союзные энклитики -ham, -niz, исконно иранский сочинительный союз -о (в отличие от заимствованного из арабского языка va/wa), частица ке и преверб.

Правило II является рекурсивным, т.е. для использования в правиле II слово не обязательно должно быть определено по правилу 1, может быть предварительно использовано правило II.

Слабые словесные границы, разделяющие слова в капсуле (см. ниже), обозначаются дефисом (-) и обладают следующими свойствами:

1. Они в общем случае не проходят по межсловной паузе (#).

2. Как правило, они проходят по морфемному шву (т.е. соединение фонем на границе (-) происходит также как и внутри морфемы). В некоторых случаях имеет место фузия — такое сращение знаменательного и незнаменательного слов, когда фонемный состав результирующей капсулы не тождественен сумме фонем составляющих ее слов. При фузии на морфемной границе возможна замена одних фонем на другие, их исчезновение и/или появление, а также комбинация этих случаев, например:

перс, лт rafte-am ~ перс, рз raftaam я ушел, во втором случае на месте суффикса и окончания произносится один долгий ударный гласный); дари лт raftaam ~ дари разг. raftém я ушел; ru + as ~ перс. разг. rus на нем; be+as ~ перс. разг. behes ему, mizanad +- as ~ mizanateS перс, разг. он ее бьет', mezanad + at ~ mézanet дари разг. он тебя бьет; Ьасса + at ~ дари разг. baccet твой сын; koja + ast ~ перс, и дари разг. kojas?¿de он та + ham ~ перс, и дари разг. mam мы тоже.

3. Они в общем случае не совпадают со слогоразделом (следствие второго свойства, см. примеры в пункте 2).

Слова, разделенные слабыми словесными границами, образуют капсулу — единое фонетическое слово, объединенное одним словесным ударением.

В пехлевийской графике оба вида словесных границ регулярно (хотя и не во всех случаях последовательно) обозначались на письме: сильные — пробелом, слабые — отсутствием соединения между в принципе соединяемыми буквами внутри графического слова (в транскрипции среднеперсидских текстов их принято обозначать дефисом).

В современной персидской вязи в Иране и Афганистане регулярность обозначения слабых словесных границ в значительной степени утрачена. Для некоторых энклигик характерно слитное написание — местоименные энклитики, артикль; для некоторых раздельное — нумеративная частица -ta, частицы -ham, -niz также; остальные допустимо писать и слитно, и раздельно — послелог -га, союзная частица -ке. В последние годы, однако, в Иране введен ряд орфографических правил, которые в большой степени восстанавливают обозначение слабых словесных границ (раздельно пишется предлог be к, который раньше можно было писать как слитно, так и раздельно). Местоименные энклитики после слов, оканчивающихся на /\/ или /е/, пишутся с разрывом без пробела, как если бы они начинали слово, напр. dai-[ya]s его дядя, uiU** hame-[ya]s все это. По таким же

правилам стали писать глагольную приставку mi-, которая была словом на новоперсидском этапе развития фарси, но перестала быть таковым в современных персидском, таджикском и дари.

Своеобразие близкородственных иранских языков по сравнению с инструментально обследованными европейскими заключается помимо прочего в том, что деление речи на морфологические слова нечасто совпадает с делением на слова фонетические, т.е. группы слогов, объединенных одним словесным ударением. Причем граница между словами морфологическими, если не принимать во внимание инкапсуляцию, может проходить в непривычных для европейского языкознания местах: внутри слога — между согласным и последующим гласным, как напр. в перс, cesm-as (дари casm-as) его глаз[а] (слогоделение — ces-mas, словоделение — cesm-as).

Словесные границы для изафетного показателя — наиболее грамматикализованной и лексически опустошенной частицы — можно установить по аналогии: pedar-e sagerd ~ pedar-o madar-e sagerd отец ученика ~ родители ученика (распространение понятия приводит к вклиниванию еще одной лексемы между изафегным показателем и первой лексемой. Проблема заключается в том, что из-за лексической опустошенности нет возможности доказать, что после распространения мы имеем дело с тем же самым изафетом, а не с другим.)

Проблема частей речи

Выяснив инвентарь слов, будем исходить из тех достаточно тривиальных утверждений, что, во-первых, всякое слово должно быть классифицировано как часть речи, и, во-вторых, во всяком высказывании слова между собою связаны синтаксической связью.

Синтаксическая связь имеет иерархический характер. Речь (текст) членится на сверхфразовые единства (абзацы), которые в свою очередь делятся на фразы (предложения).

Предложения делятся на словосочетания. Между словосочетаниями и словами современная иранистика пока промежуточных единиц не предусматривает. В то же время можно привести множество примеров регулярно образуемых комплексов, больших чем слово, но не укладывающихся в традиционное определение словосочетания. Принимая во внимание наличие синтаксических связей между знаменательными и незнаменательными словами, их можно назвать субсловосочетаниями.

В рассматриваемых языках обнаруживается 9 классов энклитических частей речи, образующих субсловосочетания12:

1. Местоименные энклитики: й^-ат ~ ёея^т разг. моя рука

2. Артикль: гаги ~ гап-ё некая женщина

3. Краткая связка: гаЛе^ ~ гаЛа-ая! он ушел

4. Послелог -га: КеШна хапйат. ~ КеиЬ-га хапс1ат. Я купил книгу.

5. Нумеративная частица 4а: (1о4а ~ с1о4а две штуки

6. Сочинительный союз -о: ЫбЬо сЗо ~ ЫхЬо с!и двадцать два

7. Союзная частица -ке: М1ёапаш-ке кав-! п^Т. ~ Мес1апат-ке каБ-ё пс^. Я знаю, что никого нет.

8. Частица перс, -ке/дари -хау: 1!п-ке цоЛе ~ и-хау gofta он же сказал

9. Союзные частицы -[Ь]аш, -шг также: Ьагас1аг-ат-[11]ат и мой брат.

Синтаксические связи незнаменательных частей речи

Основное отличие инкапсуляции от других видов синтаксической связи, проявляющихся на уровне словосочетаний, таких как изафетная, предложная, местоименная, заключается в том, что при связываемых ею словах не возникает дополнительных служебных элементов — материальных носителей связи (изафетного показателя, предлога, местоимения). Не выражается эта связь и в флексиях связываемых слов, как это происходит при управлении и согласовании. Отличие инкапсуляции от примыкания, которое так же не предполагает подобного носителя связи, заключается в устранении межсловной паузы (#), после чего служебное слово встраивается вместе с знаменательным в одну капсулу. Переход стыка в шов после знаменательного слова перед энклитикой является фонологическим следом инкапсуляции.

Структура субсловосочетаний. Аналогично изафетным словосочетаниям в субсловосочетаниях распространяющие элементы располагаются в постпозиции по отношению к распространяемому. Первую позицию занимает не более, чем одно самостоятельное слово, один из слогов которого несет на себе словесное ударение, цементирующее субсловосочетание в одно фонетическое слово (в отличие от словосочетания, которое в полном стиле представляет собой несколько фонетических слов). Самостоятельными словами могут быть:

12 Примеры перечисляются в порядке персидский ~ дари. Наличие одного примера говорит о совпадении примеров на фонемном уровне.

Существительные: dast-as его рука. Прилагательные: bistar-esun большинство из них. Местоимение: man-[h]am я. Числительное: bist-o dota 22штуки. Глагол: raft-es разг. онуше/i. Преверб: var-es darin поднимите его (разг.) Приглагольное имя: vel-es konin оставьте это, lov-es däde он его выдал разг. Предлог: baräye + as ~ barä-yas/barä-s для него, tu + as ~ tu-yas/tu-s внутри него, az-es у него. Союз: va-niz а также.

Для всех самостоятельных слов характерно сохранение ударения. Имена имеют финальное ударение. В предложных субсловосочетаниях допустимо двоякое акцентирование: чаще на последнем слоге предлога (bará-s для него), реже на энклитике (az-és у него). В разговорном персидском возможно ударение на вставке между предлогом и энклитикой (ba-há-sun с ними). В глагольных образованиях ударение ставится по тем же правилам, что и в некапсулированных глагольных формах nádidi-s? разг. [ты/ не видел его?. Сохранение словесного ударения внугри субсловосочетания отличает его от схожих по структуре синтактикоподобных сращений: Слово farámusammakón незабудка (дословно не забудь меня), хотя и допускает вычленение глагольной makon части с отрицанием ma-, оформлено одним финальным словесным ударением (что и сигнализирует нам о том, что это сращение), границы между бывшими словами срослись, не допускают вставок или замен (не существует, например, слова *farâmuses-nákon дословно не забудь его), т.е. оно функционирует в языке как существительное-лексема.

Последующие позиции в субсловосочетании занимают одна или несколько энклитик. Изафетный показатель, следующий за именами, завершает субсловосочетание. В субсловосочетании на одно самостоятельное слово может быть навешено до 5 энклитик: Bist-tä-sun-o-[h]am-ke nádidam разг. ¡Я] же тоже двадцатерых из них не видел.

Словосочетания

В современной иранистике для персидского, таджикского и дари общепризнанными полагаются 3 типа словосочетаний:

1. Изафетные словосочетания (xiyäbän-e markazi центральная улица).

2. Словосочетания с предложной связью (az hame bozorgtar больше всех).

3. Словосочетания, основанные на примыкании (xeyli behtar гораздо лучше).

Что касается четвертого типа — местоименных словосочетаний или словосочетаний с местоименной связью — типа Ahmad zana-s dar gozast. Жена Ахмеда умерла., который был введен в обиход Л.С.Пейси-ковым (см. Пейсиков 1964), то оно признается не всеми.

Вводимый в диссертации пятый тип словосочетаний — словосочетания, основанные на артикле, — соответствует всем классическим требованиям. Они имеют 6 основных структурно-семантических моделей:

1. Числительное + артикль + числительное. Используется для обозначения процентов: sad-i bist 20%, sad-i bist-o yek 21%...

2. Существительное 4- артикль + числительное. Используется для указания приблизительного количества: nafar-i panj человек пять, kärgar-i haft человек семь рабочих.

3. [Числительное] + существительное + артикль + числительное + существительное. Обозначает регулярность какого-либо процесса, частоту какого-либо действия: ruz-i do bar два раза в день, sàl-i se ruz три дня в год.

4. Существительное + артикль + [факультативный предлог az] + существительное во мн. числе для указания неопределенного количества чего-либо: edde-i [az] mosâferin некоторые пассажиры, pàre-i [az] xânandegân некоторые читатели, kuh-i [az] asnâd гора документов, meqdâr-i [az] âb немного воды, besyâr-i [az] dânesmandân многие ученые.

5. Трудноклассифицируемые случаи: andak-i ta'ammol немного погодя, cand-i pis недавно, moddat-i tafakkor некоторое раздумье, gâh-i owqât иногда.

6. Существительное + артикль + качественное прилагательное (ат-трибутивное словосочетание): bâq-i qasang [какой-то] красивый сад, ruz-i xos прекрасный день эквивалентны изафетным словосочетаниям с артиклем bâq-e qasang-i какой-то красивый сад, ruz-e xub-i один прекрасный день, но выше по стилю. Данная модель функционирует в обоих литературных языках со времен классического периода.

Семантически первые пять типов артиклевых словосочетаний в наиболее общем виде имеют значение партитивности: они обозначают часть чего-то. В них нейтрализуется главная функция артикля — указание на выделенность (им невозможно противопоставить невыделенные образования). Поэтому в словосочетаниях такого типа артикль несет чисто связочную функцию. Шестой тип передает атрибутивные значения. Каждому из словосочетаний шестого типа можно противопоставить невыделенное изафетное словосочетание. Функция выделенности в нем за артиклем сохраняется и сочетается со связочной. Поэтому, уточняя грамматическую терминологию, следовало бы именовать артикль связочно-выделительным. Партитивность в глубинном смысле возводима к атрибутивным отношениям: распространяющий элемент указывает, к чему относится часть чего-то, чему она принадлежит.

Во всех шести моделях артиклевых словосочетаний есть стержневое и распространяющее слова, артикль выступает в них связующим элементом (в контактном положении). Опущение артикля приводит к нарушению грамматико-смысловой целостности словосочетания, к бессмыслице. При обычном, несвязочном употреблении артикля со значением единичности или неопределенности его опущение возможно, грамматических нарушений это не вызывает, меняется только смысл высказывания: mard мужчина — mard-i какой-то мужчина. В первых двух моделях артиклевых словосочетаний (для обозначения процентов и приблизительности) артикль полностью грамматикализован и не имеет лексического значения (напр. единичности). Аналогичная грамматикализация наблюдается в местоименно-артик-левом блоке се...-i? что за... ? который...?, включающем в себя слово, к которому ставится вопрос, например: ce sâat-i? в котором часу?, ce kas-i? кто?, be бе ellat-i? по какой причине?. Грамматикализация в частности проявляется б том, что артикль, обычно обозначающий неопределенность и единичность, в этой функции употребляется и по отношению к существительным во множественном числе, которое помимо

множества обозначает определенность: се asxäs-i? Что за люди?, бе ruz[h]ä-i? По каким дням ?

Вполне возможно, что, раз начав употребляться в атрибутивно-связочной функции, артикль по мере развития языка расширит свою приложимость в персидском языке. Аналогичное развитие уже прошел изафетный показатель, будучи на уровне древнеперсидского языка относительным местоимением, вводящим придаточное определительное предложение, на среднеперсидском уровне развился в грамматический показатель, обеспечивающий в современных языках подавляющее большинство атрибутивных связей в словосочетаниях.

Проблема сочинения в словосочетаниях

Если снять ограничение на наличие подчинения как категории синтаксической связи в словосочетаниях, то в сфере анализа появляются словосочетания с так называемой сочинительной связью. В диссертации вводятся только две модели таких сочетаний, из которых первая значительно более продуктивна и представляет больший интерес:

1. Словосочетания, основанные на сочинительном энклитическом союзе и перс. -o/-vo ~ дари -o/[-]wo/-w~ средн. перс. [-]ud13. В смысловом плане они обладают номинативной функцией, т.е. также как и другие виды словосочетаний обозначают сложное понятие, могут образовывать назывное предложение. С точки зрения ритмики они схожи с изафетными словосочетаниями: энклитический союз образует одну капсулу с первым элементом словосочетания. После первого знаменательного слова перед союзом (внутри капсулы) пауза отсутствует, а перед вторым знаменательным словом — пауза хотя и допустима, но не употребительна. Все сочинительное словосочетание как правило произносится в одну синтагму.

В свободных словосочетаниях этот союз используется для связывания двух или более однородных членов предложения. Для связи предложений он используется в персидской прозаической речи редко (для этого служит заимствованный в исламский период из арабского языка неэнклитический союз va/wa). В современном таджикском и дари энклитический союз для связи предложений используется существенно чаще, что является наследием прошлого этих языков: в средне- и новоперсидском языках он был единственным союзом и как для связи слов, так и предложений. Большая часть подобных словосочетаний представляет собой фразеологизмы, т.е. имеет фиксированный порядок слов и воспроизводится целиком1*: pedar-o mädar родители, sabz-o xorram цветущий, farhang-o honar культура и искусство, soste-vo rofte вылизаный, перс, hezär-o nohsad-o haftäd-o hast ~ дари nuzdah-o haftäd-o hast 1978.

13 Средкеперсидский ud - дари wo отмечены как в энклитической, так и неэнклитической форме.

14 Для повышения разборчивости речи (при диктовке, при плохой слышимости во время телефонного разговора, для уточнений в сомнительных случаях, в ответ на переспрос и т.п.) иранцы заменяют энклитики сходными по смыслу самостоятельными словами, на которые можно поставить логическое ударение и которые можно отделить от других слов паузами, нанр. -о => va и; -am => man я; -ast hast есть и т.п.

Связываемые энклитическим союзом элементы далеки от равноправия: последующие элементы распространяют предыдущий, зависят от него, имеют подчиненное значение. Ассиметрия этих словосочетаний подчеркивается и тем, что изменение порядка компонентов как правило не допускается: такая замена либо нарушает стиль высказывания, либо приводит к полной бессмыслице (как в случае с составными числительными). Все это весьма непохоже на сочинительную связь, к которой обычно такие сочетания относят.

Напротив, сочетания слов, основанные на неэнклитических сочинительных союзах уа или, ham... ham... и... и..., va и существенно отличаются от союза -о. Их компоненты не имеют такой тесной смысловой связи как словосочетания, основанные на энклитическом союзе, и поэтому их номинативная функция (способность обозначать одно сложное явление) ослаблена (т.е. они обозначают столько явлений, сколько в них знаменательных компонентов). Они редко выступают как фразеологизмы, являются свободными сочетаниями, cai yä qahve [biyäram]? [Мне] принести чай или кофе?ham man ham somä ...и я, и вы..., Joqrafyá va adabiyät dar in list hast. География и литература в этом списке есть.

О менее тесной связи компонентов в таких сочетаниях нам сигнализирует и их ритмика: между любыми их компонентами возможна более или менее значительная смысловая пауза. Перестановка их компонентов не приводит к заметным нарушениям. В отличие от энклитических сочинительных словосочетаний они не являются строительным материалом для построения предложений, а вычленяются из него. Их отдельное от оставшейся части предложения произношение вызывает впечатление неполноты. Однако, категориальная граница между словосочетаниями на основе энклитического союза -о и сочетаниями на основе неэнклитического союза va размыта, что допускает переходы сочетаний из одной категории в другую и пополнение сочинительных фразеологизмов за счет свободных сочетаний.

2. Словосочетания, основанные на примыкании, состоящие из двух повторяющихся элементов. Они используются:

а) для указания распределительности sis-tä sis-tä по шесть штук разг., daste daste повзводно, däne däne по зернышку.

б) для усиления признака bälä bälä на самом верху, kam kam чуть-чуть. Та же тенденция просматривается в глагольных фразеологизмах типа dast dast kardan ощупывать (в то время как dast kardan означает дотронуться).

Большая часть редуплицированных сочетаний является фразеологизмами типа rafte rafte постепенно. Произносятся они как одно фонетическое слово с основным ударением на последнем слоге и второстепенным на первом (а не на последнем слоге первой основы, как этого можно было ожидать). По сравнению со словосочетаниями, основанными на энклитическом сочинительном союзе -о, редуплика-ционные словосочетания малопродуктивны.

Строгость "сочинительности" связи в редупликационных словосочетаниях небезупречна: с одной стороны, равноправие входящих в них компонентов нельзя проверить перестановкой из-за их немаркированности; с другой стороны, часть из них схожа с редупликаци-онными изафетными словосочетаниями типа tamiz-e tamiz очень чистый, в которых второй элемент распространяет первый, усиливая его

качество, признак. Однако ассиметрия редупликационных словосочетаний существенно меньше, чем у словосочетаний, основанных на энклитическом союзе -о. Фонетический фактор — оформление словосочетаний в одну синтагму или даже одно фонетическое слово — играет второстепенную роль; он подчинен более фундаментальным морфологическим, синтаксическим и семантическим закономерностям и лишь сигнализирует нам о характере глубинных связях компонентов словосочетания. Редупликапионные словосочетания по многим показателям сходны со словосочетаними, построенными на примыкании: отсутствуют материатьные носители связи, произносятся в одну синтагму, имеют сходный ритмический рисунок. Отличие их заключается только в повторяемости элементов.

Синтаксические связи иезнаменательных частей речи. Если исходить из того постулата, что все слова в высказывании связаны между собой синтаксической связью, появляется необходимость определения типов такой связи для всех без исключения разрядов слов, и в сферу анализа попадают сочетания с энклитиками, предлогами, пре-вербами и другими незнаменательными частями речи. Ранее синтаксические структуры на таком уровне не рассматривались. Мы можем указать три типа синтаксических структур, образуемых с участием незнаменательных частей речи (субсловосочетания):

1. Капсула.

2. Изафетное субсловосочетание.

3. Субсловосочетание, основанное на примыкании.

Капсулу образуют все вышеперечисленные энклитики, которые присоединяются к знаменательным частям речи, некоторым незнаменательным и друг к другу инкапсуляцией; примеры см. выше. Изафетное субсловосочетание образуют именные или изафетные предлоги, перешедшие в эту категорию из именных частей речи и утратившие свою номинативную функцию, например, перс, tu-ye otäq в комнате, дари kat-e mä для нас.

В изафетном [суб]словосочетании изафетный показатель образует капсулу с первым знаменательным словом, т.е. для того чтобы образовалось изафетное [суб]словосочетание, необходима капсула в составе первого знаменательного слова с изафетным показателем, поэтому инкапсуляция представляет собой более элементарный вид связи по сравнению с изафетной. Изафетное субсловосочетание произносится в два фонетических слова (изафетный предлог и существительное), но в одну синтагму.

Примыкание на уровне субсловосочетания связывает следующие части речи:

Предлоги (простые): az из, baräye для, dar

ворном стиле. Однако, капсулы могут образовывать многие изафет-ные предлоги, в этой позиции они не отличаются от именных частей речи: tu-yas/tu-s в нем, post-es позади него, jelo-yes впереди него и т.п.

Субсловосочетания не являются сращениями (к которым относятся некоторые виды композитов), так как, во-первых, словесные границы внутри последних не являются омертвевшими; во-вторых, один элемент в них в зависимости от содержания высказывания может быть заменен на другой, что в сращениях невозможно; в-третьих, от одного элемента к другому можно задать вопрос, что характерно для единиц более высокого уровня — словосочетаний и предложений; напр. Be-s telefon kardi? [Ты] ему звоиил[а]? Ве ki? Кому ? Ве un. Ему. Во всех описанных видах субсловосочетаний первый элемент — главный, последующие распространяют его.

Превербы. Приставочные глаголы bar dästan поднимать, dar avordan вынимать, farä xändan созывать, vä dästan вынуждать в положительной форме отличаются сильным синтагматическим ударением на иревербе, глагольная часть почти полностью утрачивает словесное ударение. В отрицательной форме, напротив, ударение утрачивает преверб, а синтагматическое и словесное ударение переходит на отрицание па/пе. Преверб (вместе с возможной местоименной энклитикой) отделяется от следующего за ним глагола сильной словесной границей. Отрицательная приставка па/пе в глагольных формах словом не является (поэтому ее отнесение к частицам не оправдано) и сигнализирует о том, что перед ней проходит сильная словесная граница.

Несмотря на то, что предлоги и превербы весьма сходны по структуре и происхождению, степень семантической абстракции последних существенно выше. По лексической опустошенности они уступают только послелогу и изафетному показателю. Поэтому задать вопрос к превербу или от него не представляется возможным, что не позволяет однозначно определять структуру превербных субсловосочетаний.

Глава 2. Персидское ударение

В совокупности сведений об ударении в персидском и дари существует ощутимая ассиметрия — персидское ударение рассматривалось большим числом авторов и более подробно, в то время как об ударении в дари можно найти лишь краткие упоминания.

Большая часть языковедов полагала персидское ударение экспираторным (динамическим), поэтому стоит привести мнение единственного из известных иранских лингвистов, который занимался экспериментальными исследованиями просодики — П.Н.Ханлари (1958):

"Современное персидское ударение, во всех работах европейских лингвистов называемое динамическим, явилось предметом тщательного исследования, которое автор провел в фонетической лаборатории в Париже, и результаты которого описаны на французском языке в монографии, находящейся в печати.

В результате этого исследования было установлено, что словесное ударение в современном персидском языке не является результа-

том усиления звука, но вопреки теориям европейских лингвистов фактор силы в нем весьма слаб. Напротив, фактор повышения тона обнаруживается в нем очень отчетливо. То есть, в современном персидском языке наблюдается явление, имевшее место в древних индоевропейских языках, в том числе в санскрите и греческом.

Результаты, полученные в упомянутой лаборатории коротко состоят в следующем:

1. Ударный слог, как в начале, так и в конце слова всегда отличается повышением голоса. Это повышение тона по сравнению с безударным слогом составляет около 3,9 полутона.

2. Тон неотделим от ударения. Везде, где есть ударение, тон повышается. И ни в одном случае нельзя обнаружить одного без другого. Поэтому можно сказать, что персидское ударение состоит в повышении голоса, которому в большинстве случаев сопутствует некоторое усиление звука.

Персидское ударение никак не связано с длительностью. То есть, ударение может падать как на долгий, так и на краткий слог.":

Отмеченное Е.Э.Бертельсом музыкальное ударение можно выявить, сопоставляя следующие фразы: ОогобК^. Правильно, и ПогойЬ Правильно?(рис.8).

Рис.8 Интонационный контур повествования (слева) и общего вопроса в персидском языке (в центре) и дари (справа).

Обе фразы состоят из одного речевого такта, в обеих фразах словесное ударение15 падает на последний слог прилагательного (1ого51 правильный. Если мы сравним в обеих фразах связки -ав^ которые энклитически примыкают к предыдущему слову (Зон^ и поэтому не образует отдельного фонетического слова, то обнаружится, что не только второе -аз!16 звучит гораздо сильнее и длительнее первого, но второе является самым сильным и долгим слогом во всей фразе. Именно на нем происходит самое сильное повышение голоса.

В близкородственных языках — дари и таджикском — интонация вопроса (переспроса) в этом и подобных случаях мало отличается от русской. В персидском же последний слог вопросительных предложений такого типа имеет специфический нисходяще-восходящий характер: вначале тон идет плавно вниз, затем довольно резко вверх. Такое движение тона на слух воспринимается весьма схожим с китайским третьим тоном.

В дари есть акцентуальная модель нефинального именного ударения. Она применима к словам с исконным стечением в абсо-

15 Здесь мы абстрагируемся от фразового ударения, которое в данном случае, совпадает со словесным.

16 Точнее поскольку при присоединении энклитики с гласным в анлауте происходит перераспределение консонантного обрамления слогоносителей.

лютном исходе 2-х согласных, второй из которых сонорный. Такие слова отличаются двугорбой сонорностыо (первый экстремум сонор-ности находится на гласном, второй — на конечном сонорном согласном, между ними спад сонорности на глухом или реже звонком согласном, см. рис.15) типа zekr (перс.) — zeker (дари) упоминание, toxxn (перс.) — tox°m (дари) семя, xatm (перс.) — xatem (дари) конец.

Носители обоих языков приводят сонорность слога к более удобному для произношения одногорбому виду, но делают это различными способами:

в персидском оглушается сонорный вплоть до полной редукции: zekr > zek упоминание, inqadr > inqad столько, sabr > sab терпение, fekr > fek мысль, cesm > ces глаз;

в дари образуется второй финальный безударный слог за счет вставки безударного /е/ или /о/ (по законам гармонии) непосредственно перед сонорным.

Персидское просторечие использует еще один способ приведения финального слога к одногорбости — перестановку сонорного и глухого: лит. qofl « разг. qolf замок (рис. 9).

Рис.9 Распределение сонорности в словах с исходом на два согласных

Рассмотренные в обзоре работы не разрешали проблемы определения акустической природы персидского словесного ударения в полной мере. Несмотря на имеющиеся детальные описания реализаций, ударных и безударных слогов, статистического анализа характеристик, до проведения экспериментов не было ясно, какая из акустических характеристик наиболее существенна для выделения слога в слове.

Поскольку в персидском языке не представляется возможным подобрать полный ряд экспериментальных слов с необходимыми параметрами, была проведена серия экспериментов с искусственными словами (нонсенс-словами) типа taktak, tata, bebe и т.н. с различным вокалическим наполнением. Часть реализаций была произнесена дикторами, часть — синтезирована на программном синтезаторе Клатта. Синтезированная речь (несколько сот стимулов) предъявлялась для восприятия носителям языка. По всему материалу путем дисперсионного анализа были определены статистические связи и оценка надежности полученных результатов.

В естественных реализациях интенсивность и длительность больше зависели от сегментной структуры слова, чем от просодики. Ударный слог (при соответствующем вокалическом наполнении) может быть не самым сильным и долгим в слове. В то же время вершина

qofl "замок" qolf

Эксперимент с нонсенс-словами

частоты основного тона (Р0) всегда приходилась на ударный слог. Приращение Р0 по сравнению с безударными слогами было весьма заметным и составляло примерно терцию.

Глава 3. Ударение в дари

К постановке проблемы

До настоящего времени экспериментально-фонетические исследования ударения в дари не проводилось. В диссертации сравниваются две разные просодические структуры с одинаковым фонемным составом:

J гаЬа1 "твой путь" — Со-1 J гаИМ "спокойный"

Они удобны информантам тем, что различаются на письме графемами, обозначающими звук Ь (« и С соответственно). Первая структура состоит из двух морфологических слов: существительного гаИ "путь" и местоименной энклитики 2 лица ед. числа -а1, которая не употребляется самостоятельно, всегда примыкает к имени, образуя с ним одно фонетическое слово (см. с.27).

Второе фонетическое слово состоит из одного морфологического, которое на синхронном уровне с точки зрения грамматики дари членению на морфемы не поддается.

К эксперименту было привлечено 3 информанта — носителя языка дари. Из проанализированных 77 реализаций был составлен гест для аудирования. В аудировании принимали участие те же информанты приблизительно через 2 недели после записи. Аудиторы безошибочно распознавали тип интонации и просодики в своей и чужой речи. Это свидетельствует в пользу того, что просодическая структура слов является устойчивым образованием и хорошо распознается в разных интонемах.

Все 77 реализаций были разделены на 4 группы (2 типа ударения х 2 типа интонем):

Ударение Повествование Вопрос

Начальное 20 реализ. (группа 1) 19 реализ. (группа 3)

Конечное 17 реализ. (группа 2) 21 реализ. (группа 4)

С помощью интонографического анализа в каждой реализации измерялись следующие параметры:

• Т — Длительность слова в мс.

• ТУ2/ТУ1 — Отношение длительностей гласных.

• Т82/Т51 — Отношение длительностей слогов.

• 12/11 — Отношение максимумов интенсивностей слогов.

• Р02/Т01 — Отношение частот основного тона слогов.

Данные были классифицированы по методике однофактор-ного многомерного дисперсионного анализа.

Таблица 6

Средние величины параметров по коммуникативно-просодическим группам реализаций

Параметры Т (мс) TV2/TV1 TS2/TS1 12/11 F02/F01

Группы

1 668 0,458 0,83 0,428 0,932

2 619 0,768 1,31 0,786 1,21

3 641 0,664 1,2 0,712 1,34

4 602 0,8795 1,4 1,09 1,86

Наибольший контраст обнаружился между группами 1 и 4, где просодика и интонация усиливали взаимный эффект. В первой группе и ударение, и интонация усиливали 1-й слог и ослабляли второй. В 4-й группе факторы действовали противоположным образом. Здесь контраст по всем параметрам был очень яркий, и поэтому этот случай особого интереса не представлял. Более интересны случаи, когда группы различались только по одному признаку — просодии или интонации (1 vs 2, 3 vs 4, 1 vs 3, 2 vs 4). Особый интерес представляет взаимная нейтрализация факторов (группа 2 vs группа 3).

Из всех параметров только два оказались классифицирующими: соотношение слогов по длительности TS2/TS1 и тону F02/F01. Они обнаружили значимые различия между реализациями с разным ударением в повествовании и вопросе.

Длительность высокозначимо различает слова с разным ударением в повествовании. При вопросе контраст между ними гораздо меньше. Этот параметр менее информативен для идентификации ин-тонем, чем просодем. В этой части эксперимента обнаружилось, что главный коррелят ударения в дари — длительность слогов в фонетическом слове; а значит ударение в дари можно считать квантитативным.

В отличие от переноса ударения смена коммуникативного типа не оказывала существенного влияния на внутреннюю темпоральную структуру слога, хотя и влияла на его длительность в целом. Под воздействием вопросительной интонации финальный слог удлинялся, не обнаруживая изменений в соотношении компонентов. Темпо-рально-просодические структуры слов в дари проявляют устойчивость в различных синтаксических и коммуникативных позициях. Аналогичное явление было отмечено в отношении тонального контура слова в персидском языке. Но в персидском, в отличие от дари, темпоральная структура слога оказалась неустойчивой с точки зрения просодики. В то же время тональный контур является фундаментальной просодической характеристикой персидского слова, а пик частоты основного тона в его пределах недвусмысленно указывал на ударный слог. Вопросом в лучшем случае удавалось поднять F0 безударного слога до уровня ударного, но ни в одном случае не удалось превысить его.

Против ожидания, в дари тон оказался несущественным для просодики, но значим для интонации. Высокая частота основного тона (F0) в дари не маркирует ударный слог: этот параметр может

быть в нем выше, а может быть и ниже, чем в безударном. В повествовании соотношение регистров тонов ударных и безударных слогов составляет от 0.29 до 2.5, а в вопросе — от 0.67 до 2.83, т.е. их диапазоны в значительной части пересекаются.

Исследования амплитудных составляющих в персидской и таджикской речи показали нерелевантность интенсивности для маркировки ударного слога. В то же время при прочих равных условиях ударный слог имеет как правило большую интенсивность, чем безударный.

В дари энергетические соотношения слогов не зависят от просодики, но существенны с точки зрения интонации (р < 0.05). При этом зависимость интенсивности от интонации обнаруживается не во всех ритмических моделях. Начальное ударение препятствует влиянию интонации на соотношение интенсивностей слогов. При финальном ударении вопрос существенно усиливает амплитудные характеристики последнего слога. Этот случай противопоставлен всем остальным: хотя собственная интенсивность /а/ больше /а/, финальный слог /-hat/ в 1.17 раза интенсивней начального /га-/. Для амплитудных характеристик характерен большой разброс значений. Интенсивность финального слога может быть на 10 Дб меньше начального (в повествовании без ударения), а может быть и на 4 Дб больше (в вопросе под ударением).

Таким образом, ударение в дари следует считать долготным (квантитативным). Амплитудные и тональные характеристики лишь дополняют темпоральный фактор.

Сопоставительный анализ акцентуальных параметров в персидском и дари

Исследования фонетики персидского языка и дари отличаются как материалом и его объемом, так и методикой исследования. Некоторые отличия в методике экспериментов обусловлены различной языковой культурой носителей языков (как, например, способность различать гласные внутри кластеров Д - ё — е/, /ц — ö — о/) и носят неустранимый характер.

Для сопоставления результатов использованные для выяснения природы ударения в дари стимулы были введены в эксперимент, в котором приняло участие 8 аудиторов-носителей персидского языка. Тест проводился по той же схеме, что и тестирование дариязычных информантов.

Дисперсионный анализ показал, что зависимость восприятия места ударения от соотношения F0 слогов высокозначима. Разницы в 20 Гц информантам было вполне достаточно, чтобы услышать ударение на нефинальном слоге. Снижение различий в тоне до 10 Гц уменьшает вероятность восприятия ударения до 60%. При разнице в тоне, не превышающем 10 Гц (7%), локализация ударения становится нечеткой и зависит от контекста.

Реализации, описанные в Главе I, использовавшиеся для анализа долготы и неустойчивости гласных, были обработаны таким образом, что в пределах каждого слога определялся максимум интенсивности и F0.

Sil Di2

Рис. 10. Нормализованная интенсивность безударных 01) и ударных (¡2) гласных дари.

Интенсивность и И0 были подвергнуты масштабированию таким образом, что самому большому из них приписывалось значение 100, а самому малому — 1. Практически это означает, что интенсивность и тон измерялись в %% от максимума, который определялся отдельно для каждого информанта и версии чтения. После этой нор-мализационной процедуры становится возможным сравнение голосов разных информантов, и даже голосов разного типа — мужских и женских. Данные измерений были введены в базу данных, объем которой составил 840 записей (реализаций).

Для каждого гласного персидского и дари в двусложном слове рассматривалось 4 позиции: безударный открытый слог (Бо), безударный закрытый (Бз), ударный открытый (Уо) и ударный закрытый (Уз). Все слоги были прикрытыми; за исключением безударных слогов в ошё(1 "надежда" и аша!" "действие".

□ Fol OFo2

Рис. 11 Нормализованный тон безударных (Fol) и ударных (Fo2) гласных дари.

17 В персидском языке наличне прикрывающего айна ('amal) не проявляется ни фонетически, ни фонологически, в то время как в дари айн, комбинируя с /а/, дает /а/: лит. 'aros > разг. aros "невеста".

Таблица 7

Средние значения интенсивности и тона гласных в персидском и дари

Язык Дари Персидский

Параметр Интенс. Тон Интенс. Тон

Гласные Уд Безуд Уд Безуд Уд Безуд Уд Безуд

а 37.7 43.1 24.2 25.9 39.5 45.4 20.9 25

а 41.5 48.2 25.8 28.2 42.1 50.7 27.9 27.2

е 43.5 32.8 29.6 30.1 40.5 46.2 29.4 27.6

с 43.1 50.1 28.2 29.9

о 37.6 50 27.3 22.4 37.2 51.1 26,1 24.6

б 48 43 26 23.6

и 38.2 48.3 24.5 24.2 37.6 38.8 26.5 25.4

1 45.6 46.5 24.6 25 48.2 47.3 26.3 27.7

Наиболее информативным параметром по всей базе данных (в персидском и дари) с точки зрения акцентуации, позволяющим почти безошибочно определять место ударения, оказалась частота основного тона. В среднем ИО ударного слога была выше, чем в безударном на 18% для персидского материала и на 23% для дари. В тех случаях, когда гласные были одинаковы в ударном и безударном слогах, регулярно маркировала ударный слог интенсивность. В среднем она возрастала до 75% в персидском и до 30% в дари. Однако, в тех случаях, когда в безударном слоге был более широкий гласный, (/К/ уб /и/) она составляли в ударном всего лишь 39%.

Заключение

Рассмотрение всего экспериментального материала по двум близкородственным языкам — персидскому и дари — подтвердило ряд ранее высказанных положений, сделанных на основании неинструментального, слухового восприятия. Подтвердилось большинство артикуляторных характеристик гласных дари с точки зрения ряда/подъема, узости/открытости. Не нашло подтверждения отнесение маджхульных гласных /б/ и /6/ к широким. Эти гласные оказались уже кратких /о/, /е/ и расположены выше их по подъему.

Подтвердилась закономерность функционирования гласных в качестве устойчивых и неустойчивых в персидском языке. Экспериментальное обследование, проведенное в том же аспекте по отношению к дари, позволило распространить эту закономерность и на этот язык. Основные положения теории устойчивости/неустойчивости и долготы/краткости в отношении персидского и дари заключаются в следующем:

• Ударность/неударность слога сильно влияет на длительность гласного: безударный гласный примерно в 1,5 раза короче ударного.

• Открытость/закрытость слога в меньилей степени влияет на длительность гласного, чем ударение. Исторически долгие гласные

сокращают свою длительность примерно в 1,25 раза, переходя из открытого слога в закрытый как в ударном, так и в безударном вариантах.

• Краткие гласные подчиняются этой закономерности только в ударной позиции. Без ударения они сильнее сокращаются в открытом слоге (примерно в 1,1—1,2 раза по сравнению со своими закрытыми вариантами). В остальном их поведение принципиально не отличается от долгих.

• В группе долгих узкие гласные /¡/ и /и/ по длительности и свойству сокращаться в ряде фонетических позиций сходны с краткими и противопоставлены по этому признаку наиболее широкому гласному /а/.

• Исторически долгие гласные как в персидском, так и в дари в большинстве фонетических позиций длительнее кратких. В одних позициях, как в неударном открытом слоге, контраст между долгими и краткими больше; в других, как в ударном закрытом слогс — меньше. Но почти во всех случаях он статистически значим.

Деление гласных на долгие и краткие в системах вокализма персидского и дари актуально и для их современного состояния. Поэтому долгота/краткость вполне может быть использована при описании системы фонем этих языков. Устойчивость/неустойчивость в том виде, в каком она была введена ранее, также существует, но она характеризует совсем другой уровень — ритмику и просодику.

Долгота/краткость существует в иранских языках с древнего состояния. Устойчивость/неустойчивость не может быть обнаружена в мертвых языках, но ее существование и сходное проявление в персидском и дари позволяет ее возвести по крайней мерс к новоперсидскому периоду.

Метод исследования вокализма русского и персидского языков через восприятие синтезированных стимулов показал, что ¡-образные звуки двух языков весьма близки и практически неразличимы в восприятии носителей языка. Они расположены в близости от фонемной границы английских /¡/ и /1/. Е-образные звуки также довольно близки друг к другу и к английскому /е/, хотя область определения последнего и /е/ значительно уже. Русское /а/ противопоставлено персидским /а/ и /а/, причем персидское /а/ артикулируется между русскими /э/ и /а/, русское /а/ между персидскими /а/ и /а/, /а/ находится на границе между фонемными областями а-образных и о-образных звуков русского языка.

О-образные звуки обследованных языков достаточно близки друг другу, персидский /о/ близок к у-образным звукам. Фонемные границы персидского /о/ значительно уже, чем у соответствующего русского звука из-за более тесного расположения фонем в заднем ряДУ-

Результаты инструментального обследования гласных дари позволили сделать ряд уточнений, касающихся эволюции гласных в истории персидского, дари и близкородственных им языкам. В эпоху перехода от новоперсидского к современному состоянию краткий Д/, будучи противопоставлен по количеству соседним долгим, мог менять свое качество в широких пределах от /1/ до /е/. Это привело к тому, что в таджикском за ним закрепилось ¡-образное произношение, и он объединился с долгим /¡/ по качеству. В персидском за ним за-

крепилось е-образное произношение. Это стало возможным только после устранения дополнительного е-образного гласного — долгого /ё/, который объединился с долгим Щ по количеству. Это объединение произошло вслед за перестановкой двух /е/: долгий /ё/ стал уже и занял более высокий подъем, чем его краткий аналог. В определенный исторический период оба гласных не различались по подъему, по были противопоставлены по количеству и, судя по современному состоянию дари, по ряду. Краткий /е/ находился ближе к среднему ряду, но не закрепился в нем. Пройдя эту критическую точку, долгий /ё/ получил возможность сблизиться с Ш и слиться с ним в одну фонему.

В дари, отражающем более древнее состояние, перестановка произошла сравнительно недавно, что выражается в высокой вариативности гласных среднего подъема. Конвергенция Цё в одну фонему идет и в современном разговорном дари, хотя их дивергенция поддерживается в литературном языке дикторским произношением в средствах массовой информации, в народном образовании, а также манерой чтения стихотворных произведений.

Аналогичные явления имели место в развитии гласных заднего ряда. Средне-/новоперсидский краткий /и/ занял более низкий подъем, тогда как долгий /б/ перешел на более высокий. В определенный исторический период оба гласных по подъему не различались. Для поддержания контраста они отличались долготой. В персидском языке два долгих гласных /б/ и /и/ слились в одну фонему. В дари этот процесс не завершен.

Хотя внешне в переднем и заднем ряду движение гласных выглядит одинаковым, маловероятно, чтобы в обоих рядах перестановка гласных среднего подъема произошла одновременно. Большая дифференцированность б/и по сравнению с ё/е по нашим статистическим данным, и большее сходство о/и позволяет предположить, что перестановка гласных в заднем ряду произошла раньше.

Если принять новоперсидскнй/классический персидский язык за исходное состояние, то по отношению к нему в обеих ветвях — Хо-расанской и Мавераннахрской — направление эволюции кратких гласных выглядит диаметрально противоположным. В западном регионе, в персидском и дари, они двинулись вниз, в северо-восточном — в таджикском — вверх. В дари (вероятно, и в персидском в период эволюционирования маджхульных гласных) долгий гласный среднего подъема заднего ряда /б/ сдвигался назад, в таджикском — вперед. Но наиболее фундаментальное сходство персидского и дари заключается в перестановке гласных, которой не было в эволюции таджикского языка. Это означает, что хотя все три языка родственны и произошли от одного предка, их разделение произошло не одновременно и находятся они в различных генетических связях друг с другом. Вначале произошло разделение классического персидского на два диалекта — мавераннахрский и хорасанский. Мавераннахрский диалект стал непосредственным предком таджикского языка. После отделения в нем наметилось движение кратких гласных высокого подъема по направлению к позициям долгих аналогов, что через несколько веков привело к их объединению. Границей общения между диалектами, которые способствовали закреплению различий, были горные цепи и государственные границы.

По мере развития хорасанского диалекта происходило движение кратких гласных вниз по направлению к ближайшим долгим в среднем подъеме. Через несколько веков с появлением границы общения внутри него, чему помимо прочего немало способствовало функционирование различных религиозных толков Ислама на территориях Ирана и Афганистана, эволюция вокализма в разных частях хорасанского диалекта становится неравномерной. Западная ветвь, приведшая к современному персидскому языку, быстрее завершила объединение маджхульных с мааруфными и перевод кратких гласных из высокого в средний подъем. Восточная ветвь, приведшая к современному дари, характеризовалась намного большим числом контактов с таджикским языком, что тормозило объединение фонем по западному образцу. В результате перестановка гласных в дари произошла относительно недавно, а объединение маджхульных и мааруфных далеко от завершения.

Данные по диалектам подтверждают эту гипотезу. В гератском диалекте дари, где отмечена утрата смыслоразличительной функции внутри маджхульно-мааруфных пар, они представляют собой два аллофона одной фонемы. Вокализм находится на стадии перехода от восьмифонемного состава к шестифонемному. Гласный /о/ (новоперсидский /и/) продвигается вперед до смешанного ряда. Это означает, что и в истории развития гератского диалекта имела место перестановка маджхульных и кратких (раньше, чем в дари, но позже, чем в персидском).

Диалект хазара, характеризующийся объединением гласных по таджикскому типу, но расположенный внутри ареала дари является потомком мавераннархского диалекта. Он проник в ареал дари в результате миграции его носителей через Среднюю Азию спустя несколько веков после разделения классического персидского на маве-раннахрский и хорасанский диалекты.

Процессы эволюции гласных по мере развития персидского и дари от средне- и новоперсидского состояния к современному изучены и описаны в иранистической литературе. Помимо этих чисто диахронических процессов в обоих современных языках наблюдается ряд динамических процессов чередования гласных на синхронном уровне. В своей основе они напоминают диахронические процессы, но таковыми не являются, так как, во-первых, они искаженно отражают диахронию (т.е. исходная форма с точки зрения синхронии может не являться таковой исторически и появиться позже производных от нее форм) и, во-вторых, все формы сосуществуют одновременно, различаясь функционально.

Для обоих языков (в этом их сходство) можно указать три стилистические разновидности (варианта) слов, которые имеют различное вокалическое наполнение: архаично-торжественный стиль, нейтрально-литературный и просторечно-разговорный. Существует также и ряд аналогий в реализации этих разновидностей в обоих языках. Переход от более высокого уровня к более низкому (от архаично-торжественного к нейтрально-литературному или от нейтрально-литературного к просторечно-разговорному, иными словами снижение стиля) предполагает:

• сужение слогоносителя, т.е. замену более широкого гласного на ближайший в кластере более узкий;

• редукцию слогоносителя, т.е. замену более долгого гласного на более краткий.

Иногда оба фактора действуют согласно, в одном направлении, иногда — противоречиво. Для персидского языка решающее значение имеет первый фактор: при возможности переход к более низкому функциональному уровню сопровождается заменой гласного в слове по ряду /а > а > е > i/ и /о > и/. Например, atas > ates > atis "огонь". На эту закономерность более высокого порядка накладываются ограничения более низкого (т.е. не всегда проявляющегося) уровня: замена гласного производится таким образом, чтобы в глагольных формах гармония усилилась, а в именах - ослабла.

В дари монофтонги распадаются на три кластера — /i — ё - е/, /и — б — о/ и /а — а/. Внутри кластеров фонемные границы ослаблены, а выбор того или иного гласного внутри кластера определяется скорее современным функциональным уровнем речи, нежели исторической основой. При переходе от более высокого стиля к более низкому решающую роль играет редукция, и более долгий гласный кластера заменяется на более краткий: /ё > i > е/, /о > и > о/ и /а > а/.

В системах вокализма обоих языков между топологически смежными гласными проявляются две качественно иные, катастрофические границы:

• между /i/ и /а/, наиболее удаленными соседними гласными в артикуляторной трапеции; данная фонемная граница имеет катастрофический характер во многих языках;

• между /а/ и /о/; эта фонемная граница обладает катастрофическим характером в персидском и дари.

Чередования гласных с пересечением катастрофических границ встречаются очень редко. Катастрофические границы совпадают с межкластерными.

Дальнейшая разработка проблемы словесного ударения потребовала ряда уточнений определений слова и словесных границ. В близкородственных языках — персидском, таджикском и дари — словесные границы бывают сильными и слабыми. Сильные словесные границы могуг совпадать с фразовыми и сингагменными. Они характерны для знаменательных частей речи. Слабые словесные границы с границей фраз и синтагм не совпадают. Они обозначают такой раздел между морфемами, который допускает вставку слова с сильными словесными границами с целью распространения высказывания. В подавляющем большинстве случаев они указывают на место присоединения энклитик к знаменательному слову. Помимо этого они обозначают место скрепления энклитик между собой.

Определение слова через слабые и сильные словесные границы, позволяя считать слово базовой единицей языка, упрощает дальнейшие определения единиц более высокого уровня — словосочетания и предложения. Помимо описанных ранее четырех типов словосочетаний с подчинительной связью — изафетных, предложных, словосочетаний с местоименной связью и словосочетаний, основанных на примыкании, существует пятый тип — словосочетания, построенные на артикле. Кроме того, имеет смысл рассматривать еще два типа сочинительных словосочетаний:

1) словосочетания, построенные на энклитическом союзе -о и;

2) редупликационные словосочетания.

На уровне более низком, чем словосочетания функционируют субсловосочетания — сочетания незнаменательных частей речи — энклитик и превербов со знаменательными частями речи и друг с другом.

Серия экспериментов с персидским словесным ударением показала, что из возможных акустических факторов для маркировки ударного слога наиболее важна частота основного тона (F0), а остальные — амплитудные и квантитативные характеристики — играют второстепенную роль и легко могут быть нейтрализованы подбором сегментов в слоге. Пик частоты основного тона в персидском слове приходится на ударный слог. Исключения из этого правила немногочисленны. Нейтрализация тона интонацией в лучшем случае позволяет приблизиться к пику F0 в ударном слоге, но не позволяет превзойти его.

В языке дари главным фактором для маркировки ударного слога является его длительность. Длительность ударного слога, включая суммарную длительность всех его сегментов и пауз между ними, как правило больше длительности безударного. Тон и интенсивность играют второстепенную роль и могут быть нейтрализованы интонацией и сегментным составом соответственно.

Эксперимент с синтезированной речью в общем подтверждает этот вывод. 10-процентное увеличение длительности слога при прочих равных условиях достаточно для восприятия его ударным.

Синтез речи позволил получить и ряд принципиально новых результатов. Выяснилось, что 20-процентное повышение тона способно нейтрализовать действие темпорального фактора. Интенсивность также может влиять на восприятие просодики, но при еще больших уровнях — от 25% и выше. Контур тона не влияет на восприятие ударения.

Поскольку в близкородственных языках - таджикском и персидском — ударение тоническое, можно предположить, что просодическая роль тона в дари была отодвинута на второй план его историческим развитием. Существенное влияние на дивергенцию просодических моделей дари могли оказать контакты с языком пушту, просодику которого еще предстоит обследовать экспериментально.

Афганистан

Краткая информация

Первое письменное упоминание про Афганистан относится к VI веку до н. э. Понятно, что на самом деле история этой страны уходит глубже на много веков. До сих пор в Афганистане можно встретить потомков греков, которые пришли туда вместе с Александром Македонским. В этой древней стране сохранилось, несмотря на многочисленные войны, много уникальных достопримечательностей. Кроме того, там существуют отличные условия для альпинизма и скалолазания. К сожалению, из-за политической ситуации Афганистан пока остается закрытым для иностранных туристов.

География Афганистана

Афганистан расположен на пересечении Южной, Центральной и Западной Азии. На юге и востоке Афганистан граничит с Пакистаном и Китаем (на востоке), на западе – с Ираном, на севере – с Узбекистаном, Туркменистаном и Узбекистаном. Выхода к морю нет. Общая площадь этой страны – 647 500 кв. км., а общая длина государственной границы – 5 529 км.

Большую часть Афганистана занимают горы, но есть долины, степи и пустыни. С северо-востока на юго-запад тянется горная система Гиндукуш. Самая высокая точка страны – гора Ношак, чья высота достигает 7 492 метров.

На севере Афганистана есть река Амударья. Другие большие афганские реки - Герируд, Гильменд, Фарахруд и Хашруд.

Столица

Столицей Афганистана является Кабул, в котором сейчас проживают около 700 тыс. человек. По данным археологии, городское поселение на месте современного Кабула существовало уже во II веке н.э.

Официальный язык Афганистана

В Афганистане два официальных языка – пушту и дари (фарси), оба относятся к иранской группе индоевропейской языковой семьи.

Религия

Практически все жители Афганистана исповедуют ислам, подавляющее большинство из них – сунниты, а около 15% - шииты.

Государственное устройство Афганистана

Согласно действующей Конституции 2004 года, Афганистан – это исламская республика, в которой государственной религией является ислам. Глава страны - Президент, избираемый на 5 лет.

Двухпалатный парламент в Афганистане называется Национальная Ассамблея, он состоит из двух палат – Дома старейшин (102 человека) и Дома народа (250 депутатов).

Для принятия особо важных решений (например, для утверждения Конституции) в Афганистане собирается совет старейшин «Великое собрание». История «Великих собраний» уходит в глубь веков и теряется где-то в XV веке.

Климат и погода

Большая часть Афганистана находится в субарктическом горном климате (зима сухая и холодная). На остальной афганской территории климат пустынный и полупустынный. Горы и долины на границе с Пакистаном летом подвергаются воздействию муссонов с Индийского океана. Летом температура воздуха достигает +49С, а зимой - -9С. Большая часть осадков выпадает в период между октябрем и апрелем. В горах количество осадков в год в среднем составляет 1 000 мм, а в пустынях и полупустынях – 100 мм.

Реки и озера

На севере Афганистана течет река Амударья, притоки которой теряются на Гиндукуше. Вообще, многие афганские реки пополняются водными потоками с гор. Другие большие афганские реки – Герируд (течет из центральной части страны на запад, образуя там границу с Ираном), Гильменд, Фарахруд, Кабул и Хашруд. Кстати, река Кабул пересекает границу с Пакистаном и впадает затем в реку Инд.

Афганские озера небольшие по размеру. Из них следует выделить озера Zarkol (граничит с Таджикистаном), Shiveh в Бадахшане и соленое озеро Istadeh-ye Moqor, расположенное к югу от Газни.

Культура Афганистана

Афганистан состоит из различных этических групп. Поэтому культура этой страны очень разнообразна.

Один из самых главных праздников для афганцев – Навруз, но это и понятно, т.к. они в основном являются мусульманами (некоторые эксперты утверждают, что Навруз не является мусульманским праздником). Вообще, афганцы празднуют все основные исламские праздники – Маулид-ан Наби, Ид аль-Ада и Ид аль-Фитр (про Навруз мы уже упоминали).

Многие афганские праздники носят домашний характер (они отмечаются в кругу семьи).

Кухня

В Афганистане проживают пуштуны, таджики и узбеки. Это значит, что афганская кухня представляет собой слияние кулинарных традиций этих трех народов. Кроме того, на афганскую кухню очевидно влияние Индии. Именно из Индии в Афганистан пришли специи (шафран, кориандр, кардамон и черный перец). Афганцы предпочитают блюда, которые не слишком острые и не очень горячие.

Самые популярные блюда у афганцев - Qabli Pulao (вареный рис с морковью, изюмом и с бараниной), Kabab (шашлык из баранины), Qorma (мясо с овощами и фруктами), пельмени Mantu, суп Shorma. Кстати, афганцы любят есть Qorma с рисом Chalow. В Афганистане есть три вида хлеба - Naan, Obi Naan и Lavash.

Неотъемлемая часть рациона афганцев – свежие и сушеный фрукты (виноград, абрикосы, дыни, сливы, гранаты, различные ягоды).

Традиционные безалкогольные напитки – кефир, молочная сыворотка, чай.

Достопримечательности Афганистана

В древности территория современного Афганистана входила в состав некоторых из самых древних государств мира. До этих земель дошли (и покорили их) древние греки во главе с Александром Македонским. К сожалению, из-за многочисленных войн многие афганские памятники истории и культуры уже безвозвратно потеряны. Тем не менее, в этой стране все еще сохраняются уникальные достопримечательности. В Топ-10 самых интересных афганских достопримечательностей, на наш взгляд, могут войти следующие:

1. Мечеть Вазир-Акбар-Хан в Кабуле

2. Мечеть Шерпур в Кабуле

3. Крепость Газни

4. Мавзолей Тимур-шаха в Кабуле

5. Форт в Нуристане

6. Мечеть Пули-Хишти в Кабуле

7. Гробница Ахмад-шаха Масуда в Панджшере

8. Мавзолей эмира Абдуррахмана в Кабуле

9. Руины мечети Тахти-Пул в Балхе

10. Дворец эмира Хабибуллы возле Кабула

Города и курорты

Самые большие города в Афганистане – Герат, Кандагар, Мазари-Шариф, Джелалабад, Куцндуз и, конечно, столица – Кабул.

В Афганистане существуют отличные условия для альпинизма и скалолазания. На северо-востоке страны находится гора Нушак, которая входит в горную систему Гиндукуш. Покорить эту вершину мечтают многие альпинисты, однако из-за политической ситуации это пока неосуществимо.

Несколько лет назад власти Афганистана открыли горный маршрут Аби-Вахан, пролегающий через территорию одноименного живописного ущелья. Когда-то участок этого маршрута являлся частью Великого шелкового пути. Тем не менее, туристы пока не спешить приезжать в Афганистан.

Сувениры/покупки

Из Афганистана иностранцы обычно привозят изделия народных промыслов, ковры, афганские дубленки, национальную мужскую одежду, ножи и т.д.

Часы работы учреждений

Банки и магазины в Афганистане работают с понедельника по четверг (некоторые открыты и по пятницам). Магазины в разных регионах Афганистана имеют собственные рабочие часы.

Виза

Украинцам для посещения Афганистана необходимо оформить визу.

Валюта Афганистана

Афгани - официальная денежная единица в Афганистане (международное обозначение: AFN). Кредитные карты не распространены.

Таможенные ограничения

Ввозить иностранную валюту в Афганистан можно без ограничений, но ее необходимо вносить в декларацию. Вывезти иностранной валюты можно столько же, сколько было ввезено в страну. А вот местную валюту ввозить (или вывозить) в Афганистан можно в размере не более 500 афгани.

Запрещается ввозить литературу, которая противоречит нормам ислама. Запрещается вывозить предметы старины.

Полезные телефоны и адреса

Адрес посольства Афганистан в Украине:

Индекс: 03037, г.Киев, ул.У.Громовой, 14

Т: (044) 249-66-63

Эл. почта: afghanembassy.kiev@gmail.com

Интересы Украины в Афганистане представляет посольство Украины в Туркменистане:

Индекс: 744001, г. Ашхабад, ул. Азади, 49

Телефон: (312) 39-12-40

Эл. почта: ukremb@online.tm

Экстренные телефоны

102 – вызов Скорой медпомощи

119 – вызов Полиции и Пожарной бригады

Время в Афганистане

Разница со временем в Киеве составляет +2,5 часа. Т.е. если в Кабуле, например, 09:00, то в Киеве – только 06:30.

Чаевые

Чаевые в Афганистане не распространены.

Медицина

Врачи рекомендуют всем туристам перед посещением Афганистана сделать прививки против брюшного тифа, малярии, бешенства, полиомиелита, гепатита А и В, и, особенно, против дифтерии и столбняка.

Безопасность

Политическая и военная ситуация в Афганистане такова, что путешествовать туристам по этой стране довольно опасно. т.е. последние годы в этой стране иностранные туристы встречаются очень редко.

Афганистан, Демократическая Республика Афганистан - государство в юго-западной Азии, на Среднем Востоке. Территория- 655 тыс. кв. км. Население -29 млн., гл. обр. афганцы (пуштуны) - ок. 55%, а также таджики, узбеки, хазарейцы, чараймаки, туркмены и др.



Почти 3 млн чел. ведут кочевой образ жизни. Столица - Кабул (ок. 850 тыс. жит.). Гос. языки - пушту и дари. Подавляющая часть населения исповедует ислам суннитского толка. Первое централизованное государство на территории Афганистана - Дурранийская держава - образовалось в середине XVIII в. В течение почти столетия вслед за этим английские колонизаторы пытались подчинить себе афганское государство, развязав против него войны 1838-42 гг. и 1878-80 гг., но каждый раз встречали мужественное сопротивление народа.

И все же кабальными договорами 1879 и 1893 гг. Англии удалось установить контроль над внешней политикой страны и серьезно затормозить социально-экономическое и политическое развитие Афганистана.

В ответ на провозглашение 28.02. 1919 г. Афганистаном независимости Англия развязала против него третью войну. Решительный отпор захватчикам со стороны афганского народа вынудил Англию подписать 8.08. 1919 г. прелиминарный мирный договор, по к-рому она признавала независимость афганского государства (19.08 договор был ратифицирован афганской стороной). Однако окончательный мирный договор с Афганистаном Англия подписала лишь в ноябре 1921 г. С 1978 г. декретом Революционного Совета Демократической Республики Афганистан День восстановления независимости ежегодно отмечается 19 августа.

Первой страной, к-рая уже 27.03. 1919 г., откликнувшись на призыв афганского правительства, признала независимость Афганистана, а 27.05. 1919 г. установила с ним дипломатические отношения, была молодая Советская республика. 28.02. 1921 г. в Кабуле был подписан советско-афганский Договор о дружбе - первый равноправный договор Афганистана с великой державой. Подписание договора фактически стало первым шагом на пути официального признания Афганистана другими странами. 24.06. 1931 г. Афганистан и СССР заключили Договор о нейтралитете и взаимном ненападении. Оба договора заложили основы дружбы и добрососедства между двумя странами и народами.

В результате вооруженного переворота 17.07. 1973 г. в Афганистане было покончено с монархией, и страна была объявлена республикой. Однако правительство, возглавляемое М. Даудом, близким, - родственником отрекшегося от престола короля, проводило фактически прежний, монархический политический курс. Запрещение в стране деятельности прогрессивных демократических организаций, репрессии против их руководства, резкое обострение классовой борьбы - все это привело к национально-демократической революции 27.IV 1978 г. Революцию возглавила и осуществила Народно-демократическая партия Афганистана (НДПА) - партия рабочего класса и всех трудящихся страны. Революционный совет, ставший у власти, ЗОЛУ 1978 г. провозгласил страну Демократической Республикой Афганистан (ДРА) и объявил о сформировании первого народного правительства. Новая власть приступила к осуществлению глубоких социально-экономических преобразований в интересах трудящихся масс, во внешней политике - провозгласила курс на неприсоединение и развитие добрососедских отношений со всеми странами региона.

СССР первым признал ДРА. В декабре 1978 г. состоялся официальный дружественный визит в СССР партийно-правительственной делегации ДРА, во время к-рого был подписан Договор о дружбе, добрососедстве и сотрудничестве, отражающий качественно новый этап традиционных добрых отношений между двумя странами.

Проведение мер, направленных на ликвидацию феодальных и дофеодальных отношений, демократизацию общественной жизни, происходит в Афганистане в сложных условиях. Политика правительства ДРА встречает ожесточенное сопротивление свергнутых классов. Внутренняя реакция, получившая прибежище на территории Пакистана и нек-рых других стран, развернула ожесточенную враждебную деятельность с целью свержения народного правительства. В этом ее активно поддерживают международный империализм во главе с США, Китай и их союзники из числа реакционных режимов на Ближнем и Среднем Востоке. Вооруженное иностр. вмешательство во внутренние дела Афганистана является, по существу, агрессией против суверенного независимого государства.

Сложность обстановки в стране была усугублена политикой Амина, к-рый в сентябре 1979 г., свергнув и физически уничтожив законного руководителя НДПА и государства Н. М. Тараки, узурпировал власть и развернул в стране кампанию террора и репрессий. По его указанию были убиты или брошены в тюрьмы тысячи невинных людей - активисты партии и представители всех слоев трудящихся Политика Амина, пользовавшаяся поддержкой международной реакции, ставила под угрозу свободу, независимость, национальный суверенитет и территориальную целостность Афганистана.

27.12. 1979 г. режим Амина был свергнут патриотическими силами и народной армией ДРА. Новое правительство возглавил Бабрак Кармаль. В ответ на неоднократные просьбы правительства ДРА Советский Союз, выполняя свой интернациональный долг, ввел в Афганистан ограниченный контингент войск для оказания содействия афганскому народу в отражении вооруженной агрессии извне. Эта акция была предпринята в полном соответствии с п. 51 Устава ООН и п.4 советско-афганского Договора о дружбе, добрососедстве и сотрудничестве, заключенного в декабре 1978 г.

После ликвидации аминовского режима в стране начался новый этап Апрельской революции, основным содержанием к-рого является сплочение народа на пути осуществления революционных задач.

В результате разгрома крупных банд контрреволюции и в условиях постепенной нормализации жизни в стране СССР по согласованию с правительством ДРА в июне 1980 г. вывел нек-рые части из советского воинского контингента в Афганистане.

В апреле 1980 г. Революционный совет ввел в действие Основные принципы ДРА на период до принятия в стране конституции республики. В соответствии с этими принципами гос. власть в ДРА принадлежит трудящимся города и деревни. Она опирается на широкий национальный отечественный фронт, объединяющий рабочих, крестьян, ремесленников, кочевников, интеллигенцию, женщин, молодежь, представителей всех национальностей и племен, все прогрессивные, демократические и патриотические силы и общественно-политические организации страны. Гражданам ДРА обеспечиваются и гарантируются неприкосновенность личности, право на труд, социальное обеспечение, образование. Основой внешней политики объявлены принципы мирного сосуществования и позитивного неприсоединения.

ДРА проводит курс на расширение и укрепление дружбы и традиционного сотрудничества с СССР, другими странами социалистического содружества на основе принципов интернациональной солидарности, стремится к поддержанию дружественных отношений с другими странами, особенно с соседними, и со всеми мусульманскими организациями и народами на основе взаимного уважения, независимости, национального суверенитета, территориальной целостности и невмешательства во внутренние дела друг друга.

Высший орган гос власти - Высший совет ДРА (Лойя джирга). До ее образования высшим гос. органом является Революционный совет. Глава государства - председатель Революционного совета, являющийся одновременно премьер-министром (с 28.12.1979 г. -Бабрак Кармаль).

Народно-демократическая партия Афганистана (НДПА) - авангард рабочего класса и всех трудящихся страны, руководящая и направляющая сила общества и государства. Создана в январе 1965 г. В апреле 1980 г принят новый устав партии. НДПА руководит борьбой всех народов Афганистана за создание нового справедливого общества, свободного от эксплуатации человека человеком. Генеральный секретарь ЦК НДПА - Бабрак Кармаль.

Действуют Демократическая организация молодежи Афганистана и Демократическая организация женщин Афганистана. В стране впервые в истории созданы профсоюзы

В соответствии с объявленными 9.5. 1978 г. «Основными направлениями революционных задач» в Афганистане проведены глубокие социально-экономические преобразования. Более 11 млн. крестьян освобождены от задолженности ростовщикам и помещикам. Закон о семье и браке предоставил женщине равные права с мужчиной. Провозглашена свобода вероисповедания. Проводится земельная реформа, установившая максимальный размер земельной собственности в 30 джерибов (6 га). Ок 300 тыс. крестьянских семей, в первую очередь безземельных и малоземельных, уже получили право на бесплатное владение собственными участками земли. В стране создано до 1 тыс с.-х. кооперативов Принимаются меры по ликвидации неграмотности и повышению общеобразовательного уровня населения Введено преподавание в школах, выходят газеты и ведется радиовещание на языках нацменьшинств

Новый пятилетний план экономического и социального развития страны, вступивший в силу в марте 1979 г., предусматривает проведение коренной перестройки всей материально-технической базы, значительное расширение и укрепление гос сектора, организацию управления народным хоз-вом на основе научного плани рования.

Основа экономики - сел. хоз-во (в нем занято 85% трудоспособного населения и создается ок. 2/з ВНП). Ведущая отрасль - животноводство Поголовье (1978/79 г., млн. голов): крупного рогатого скота - 3,7, овец - 19,1, в т. ч каракульских - 4,7, коз - 3,0, лошадей и мулов - 0,4 Произ-во зерновых в 1978/79 г. - ок. 4,4 млн т Основные отрасли пром-сти - газовая, угольная, нефтедобывающая, полиграфическая, электроэнергетическая, деревообрабатывающая, химическая и др. - сосредоточены преимущественно в гос. секторе Отрасли легкой пром-сти, а также кустарно-ремесленные промыслы находятся в руках частных предпринимателей

При экономическом и техническом содействии СССР в ДРА ведется строительство св. 70 и осуществляется эксплуатация более 50 объектов в области пром-сти, сел хоз-ва и ирригации, транспорта, связи, здравоохранения, высшего образования, профессионально-технического обучения и др.

Основной вид транспорта - автомобильный, длина автодорог - 18,3 тыс. км (1978 г.). Длина ж.-д путей - 5,5 км. По новому пятилетнему плану значительные ассигнования выделяются на дорожное строительство

Денежная единица - афгани. 100 афгани = 1,44 руб. (февраль 1980г.).

Основные статьи экспорта - сухие фрукты, хлопок, природный газ, ковры, каракуль и др.; импорта - нефтепродукты, машины и оборудование, прокат, стройматериалы и т. д.

Правительство намечает меры по повышению уровня народного благосостояния. За пятилетие планируется обеспечить бесплатное всеобщее обязательное начальное образование, увеличить почти в 2 раза число больничных коек и медицинских центров.

Компания Е-Транс оказывает услуги по переводу и заверению любых личных документов, например, как:

  • перевести аттестат с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением; перевод аттестата с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением;
  • перевести приложение к аттестату с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением; перевод приложения к аттестату с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением;
  • перевести диплом с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением; перевод диплома с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением;
  • перевести приложение к диплому с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением; перевод приложения к диплому с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением;
  • перевести доверенность с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением; перевод доверенности с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением;
  • перевести паспорт с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением; перевод паспорта с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением;
  • перевести заграничный паспорт с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением; перевод заграничного паспорта с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением;
  • перевести права с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением; перевод прав с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением;
  • перевести водительское удостоверение с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением; перевод водительского удостоверения с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением;
  • перевести экзаменационную карту водителя с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением; перевод экзаменационной карты водителя с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением;
  • перевести приглашение на выезд за рубеж с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением; перевод приглашения на выезд за рубеж с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением;
  • перевести согласие с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением; перевод согласия с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением;
  • перевести свидетельство о рождении с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением; перевод свидетельства о рождении с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением;
  • перевести вкладыш к свидетельству о рождении с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением; перевод вкладыша к свидетельству о рождении с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением;
  • перевести свидетельство о браке с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением; перевод свидетельства о браке с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением;
  • перевести свидетельство о перемене имени с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением; перевод свидетельства о перемене имени с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением;
  • перевести свидетельство о разводе с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением; перевод свидетельства о разводе с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением;
  • перевести свидетельство о смерти с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением; перевод свидетельства о смерти с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением;
  • перевести свидетельство ИНН с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением; перевод свидетельства ИНН с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением;
  • перевести свидетельство ОГРН с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением; перевод свидетельства ОГРН с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением;
  • перевести выписку ЕГРЮЛ с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением; перевод выписки ЕГРЮЛ с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением;
  • нотариальный перевод устава, заявления в ИФНС с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением; перевод устава, заявлений в ИФНС с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением;
  • перевести налоговую декларацию с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением; перевод налоговой декларации с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением;
  • перевести свидетельство о госрегистрации с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением; перевод свидетельства о госрегистрации с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением;
  • перевести свидетельство о праве собственности с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением; перевод свидетельства о праве собственности с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением;
  • перевести протокол собрания с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением; перевод протокола собрания с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением;
  • перевести билеты с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением; перевод билетов с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением;
  • перевести справку с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением; перевод справки с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением;
  • перевести справку о несудимости с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением; перевод справки о несудимости с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением;
  • перевести военный билет с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением; перевод военного билета с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением;
  • перевести трудовую книжку с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением; перевод трудовой книжки с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением;
  • перевести листок убытия с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением; перевод листка убытия с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением;
  • перевести листок выбытия с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением; перевод листка выбытия с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением;
  • перевести командировочные документы с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением; перевод командировочных документов с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением;
  • и нотариальный перевод, перевод с нотариальным заверением с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением других личных и деловых документов.

    Оказываем услуги по заверению переводов у нотариуса, нотариальный перевод документов с иностранных языков. Если Вам нужен нотариальный перевод с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением паспорта, загранпаспорта, нотариальный с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением перевод справки, справки о несудимости, нотариальный перевод с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением диплома, приложения к нему, нотариальный перевод с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением свидетельства о рождении, о браке, о перемене имени, о разводе, о смерти, нотариальный перевод с языка дари на русский язык или с русского языка на язык дари с нотариальным заверением удостоверения, мы готовы выполнить такой заказ.

    Нотариальное заверение состоит из перевода, нотариального заверения с учётом госпошлины нотариуса.

    Возможны срочные переводы документов с нотариальным заверением. В этом случае нужно как можно скорее принести его в любой из наших офисов.

    Все переводы выполняются квалифицированными переводчиками, знания языка которых подтверждены дипломами. Переводчики зарегистрированы у нотариусов. Документы, переведённые у нас с нотариальным заверением, являются официальными и действительны во всех государственных учреждениях.

    Нашими клиентами в переводах с языка дари на русский язык и с русского языка на язык дари уже стали организации и частные лица из Москвы, Санкт-Петербурга, Новосибирска, Екатеринбурга, Казани и других городов.

    Е-Транс также может предложить Вам специальные виды переводов:

    *  Перевод аудио- и видеоматериалов с языка дари на русский язык и с русского языка на язык дари. Подробнее.

    *  Художественные переводы с языка дари на русский язык и с русского языка на язык дари. Подробнее.

    *  Технические переводы с языка дари на русский язык и с русского языка на язык дари. Подробнее.

    *  Локализация программного обеспечения с языка дари на русский язык и с русского языка на язык дари. Подробнее.

    *  Переводы вэб-сайтов с языка дари на русский язык и с русского языка на язык дари. Подробнее.

    *  Сложные переводы с языка дари на русский язык и с русского языка на язык дари. Подробнее.

    Контакты

    Как заказать?

  •  Сделано в «Академтранс™» в 2004 Copyright © ООО «Е-Транс» 2002—2017