EN
   Е-Транс
    Главная        Контакты     Как заказать?   Переводчикам   Новости    
*  Переводы
Письменные профессиональные


Письменные стандартные


Устные


Синхронные


Коррекция текстов


Заверение переводов
*  Специальные
 Сложные переводы


 Медицинские


 Аудио и видео


 Художественные


 Локализация ПО


 Перевод вэб-сайтов


 Технические
*  Контакты
8-(383)-328-30-50

8-(383)-328-30-70

8-(383)-292-92-15



Новосибирск


* Красный проспект, 1 (пл. Свердлова)


* Красный проспект, 200 (пл. Калинина)


* пр. Карла Маркса, 2 (пл. Маркса)
*  Клиентам
Отзывы


Сертификации


Способы оплаты


Постоянным Клиентам


Аккаунт Клиента


Объёмные скидки


Каталог РФ


Дополнительные услуги
*  Разное
О Е-Транс


Заказы по Интернету


Нерезидентам


Политика в отношении обработки персональных данных


В избранное  значок в избранном









Подробная информация о табасаранском языке
Табасаранский язык

Табасаранский язык (таб. Табасаран чӀал) — язык табасаранов — народа Российской Федерации, живущего преимущественно в Дагестане. Один из государственных языков Дагестана.

Относится к лезгинской ветви нахско-дагестанской семьи языков. Наиболее близкими к табасаранскому языку являются лезгинский и, особенно, агульский, с которыми он образует подветвь восточнолезгинских языков.

Табасаранский язык примечателен своей падежной системой: имена имеют около 46 различных падежей, в том числе около 40 местных. В северном диалекте имеются два грамматических класса имён: класс разумных существ и класс неразумных существ и предметов. В южном диалекте грамматические классы имён отсутствуют.

Глагол изменяется по лицам и числам, имеет сложную систему времён и наклонений. Для синтаксиса характерно простое предложение с номинативной, эргативной, дативной конструкциями.

Письменность с 1928 года на латинской основе, с 1938 — на основе русского алфавита.

На табасаранском языке издаются газеты «Табасарандин нурар», «Аку хяд», «Ас-Салам», «Табасарандин сес».

Табасарандин нурар (Зори Табасарана) — общественно-политическая газета на табасаранском языке, издающаяся в Дагестане. Газета освещает общественно-политические события, происходящие в Дагестане, а также публикует материалы по истории и культуре табасаранов. Выходит 1 раз в неделю на 8 полосах формата А3.

Основана 5 мая 1932 году под названием «Красный Табасаран». Вскоре газета была переименована в «Колхоздин уьмур» (Колхозная жизнь). Первоначально печаталась на латинизированном алфавите, а с 1938 года — на кириллице. В 1970-е годы получила нынешнее название.

Ас-Салам (от араб. السلام‎ — мир) — мусульманская (суфийская) духовно-просветительская газета, издающаяся в Дагестане (Россия). Учредитель — Благотворительный фонд «Путь».

Газета издаётся на русском, аварском, даргинском, кумыкском, лакском, лезгинском и табасаранском языках. В газете публикуются материалы о вопросах веры, о жизни мусульманского общества в России и других странах, интервью с деятелями разных общественно-политических, религиозных и многих других важных для читателей направлений.

Газета печатается по согласованию с Духовным управлением мусульман Дагестана. Главный редактор — Патимат Гамзатова.

В газете периодически появляются критические публикации о других направлениях ислама, прежде всего шиизме, распространённом в юго-восточных регионах Дагестана.

Табасаранский язык занесён в Книгу рекордов Гиннесса как один из самых сложных языков мира. В рекордном списке он упоминается в одном ряду с языками чиппева, хайда, эскимосским и китайским.

В современном табасаранском языке различают три диалекта: нитрихский, сувакский, галинский (этегский), каждый из которых объединяет группу говоров. В основу литературного табасаранского языка положена фонетическая и грамматическая система нитрихского диалекта.

«При составлении первого свода орфографических правил литературного табасаранского языка было решено не отмечать в глаголе изменение грамматических классов. В первых изданиях грамматик табасаранского языка так оно и было. Однако позднее, на научной сессии, посвященной вопросам нормализации литературных дагестанских языков, было решено обозначать в глаголе табасаранского языка изменение грамматических классов. Такое решение было принято вследствие того, что в большинстве говоров табасаранского языка глагол изменяется по грамматическим классам. По этому решению литературный язык отошел от норм говора, легшего в основу литературного языка». (Магометов А. А. Табасаранский язык (Исследования и тексты), 1965)

Список диалектов:

• Нитрихский диалект:

o дырчинский говор (субдиалект)

o калукский говор (субдиалект)

o нитрикский говор (субдиалект)

o аркитский говор (субдиалект)

• Сувакский диалект:

o гумгумский (хурикский) говор (субдиалект)

o хирганский говор (субдиалект)

o чуркуланский говор (субдиалект)

o сувакский говор (субдиалект)

o кухрикский говор (субдиалект)

• Галинский диалект:

o этегский говор (субдиалект)

o дюбекский (тивканский) говор (субдиалект)

o аркитский говор (субдиалект)

• Современный табасаранский алфавит

А а Аь аь Б б В в Г г Гъ гъ Гь гь Д д

Е е Ё ё Ж ж З з И и Й й К к Къ къ

Кь кь КӀ кӀ Л л М м Н н О о П п ПӀ пӀ

Р р С с Т т ТӀ тӀ У у Уь уь Ф ф Х х

Хъ хъ Хь хь Ц ц ЦӀ цӀ Ч ч ЧӀ чӀ Ш ш Щ щ

ъ ы ь Э э Ю ю Я я Ӏ '



Фонетика

Гласные оральные и умлаутированные. Согласные: четверичная система оппозиций смычных и аффрикат, троичная — спирантов. Язык знаменит обилием вибрантов, которых насчитывается, по различным оценкам, от 9 до 14. Имеются фарингализованные, лабиализованные и особая серия дентолабиализованных. Ударение подвижное.

Морфология

В табасаранском различают грамматические классы 1) разумных существ и 2) неразумных существ и предметов. 10 частей речи, в том числе и послелоги (предлоги отсутствуют). Существительные изменяются по числам и падежам — выделяют от 44 до 52 падежей (прежде всего за счет серии локативов). Относительные местоимения отсутствуют. Счёт десятичный. У глагола различаются категории лица, числа, времени, наклонения, способа действия. Очень употребительны заимствованные из азербайджанского языка суффиксы -лу и -суз, которые могут сочетаться и с некоторыми незаимствованными словами: адлу 'славный', адсуз 'бесславный', жилсуз 'безземельный'.

Синтаксис

Эргативная стратегия кодирования глагольных актантов. Порядок слов в предложении относительно свободный, обычный порядок: подлежащее, объект, сказуемое.

Лексика

Наиболее древними являются заимствования из персидского (относятся преимущественно к таким сферам лексики, как военная, ремесленническая и бытовая терминология) и арабского (заимствована вся религиозная, научная и философская терминология) языков. В лексике много заимствований из азербайджанского языка. Из азербайджанского языка заимствованы также многие сложные глаголы отвлечённого характера: ишлетмиш апIуб 'использовать', бахиш апIуб 'подарить', тебрик апIуб 'приветствовать', къаршулимиш апIуб 'встречать'. Заимствования последнего времени в основном из русского языка.

В Энциклопедическом словаре Брокгауза и Ефрона, изданном в 1890—1907 гг., отмечено:

К таким же малоисследованным языкам вост.-горской группы принадлежит табасаранский, распространённый в южном Дагестане, в бассейне р. Рубаса. На севере язык этот соприкасается с кайтагскими наречиями, на юге — с кюринскими, с запада к нему примыкает агульский язык (сродный, по показанию одних, с табасаранским, по показанию других — с кюринским), а на востоке область его отделяется от Каспийского моря прибрежной полосой, занятой тюркскими племенами. Вследствие близкого соседства и постоянных сношений с последними, табасаранцы усвоили себе их азербайджанское наречие и забывают понемногу свой родной язык. Исследование табасаранского языка было последним трудом бар. П. К. Услара, который не успел при жизни окончательно его обработать грамматически. Труд Услара продолжал Л. П. Загурский, но также не успел довести его до конца.

Табасаранский язык был последним языком, который изучал П. К. Услар. Он приступил к его изучению в 1870 году, отмечая, что «из всех дагестанских языков табасаранский представил наиболее затруднений». Затруднения эти заключались прежде всего в том, что исследователь долгое время не мог подыскать пригодного информанта: «Почти год уже, как я приступил к исследованию табасаранского языка, — пишет Услар Шифнеру в сентябре 1871 года, — но принужден беспрестанно менять руководителей… в них не удаётся мне развить хоть какое-либо грамматическое понимание». Сбор материала в Табасаране производился в Ерси (ауле с азербайджанским населением, но с резиденцией уездного начальника), куда вызывались информанты из табасаранских аулов. Обработку табасаранского материала Услар частично вел в Темир-Хан-Шуре, административном центре Дагестанской области, в основном же — в родовом имении, куда он обычно уезжал на лето с накопленным материалом.

Монография о табасаранском языке осталась незавершенной, хотя уже был отлитографирован заглавный лист и алфавит. Дочь покойного отослала рукопись табасаранской грамматики, а также все лингвистические и нелингвистические заметки и даже черновые бумаги отца академику Шифнеру. Однако тот до своей смерти в 1879 году не успел заняться последней монографией Услара, и она оставалась неизданной более 100 лет. Лишь в 1953—1954 годах табасаранская грамматика была подготовлена к печати в Тбилиси дагестановедом А. А. Магометовым (весь текст грамматики Услара был переписан им от руки) и опубликована в 1979 году с его комментариями и дополнениями.

В 1905 году был напечатан «Грамматический очерк табасаранского языка» А. Дирра, а в 1930-х гг. над диалектологией табасаранского языка работал А. Н. Генко, который оставил после себя диалектологический очерк и словарь табасаранского языка.

Крупнейшим специалистом по табасаранскому языку был Бейдуллах Гаджи-Курбанович Ханмагомедов (1927—1999) — доктор филологических наук, профессор Института языка, литературы и искусства ДНЦ РАН, заслуженный деятель науки ДАССР. В списке трудов лингвиста 4 фундаментальные монографии, десятки школьных учебников и пособий, многочисленные переводы из поэзии, а также Табасаранско-русский, Русско-табасаранский, Орфографический и Терминологический словари табасаранского языка. Не успел Б. Ханмагомедов завершить работу над «Табасаранско-лезгинско-русским словарём».

Внучатый племянник Бейдуллаха Гаджи-Курбановича Риад Ханмагомедов, шеф-редактор газеты «777», в целях популяризации табасаранского языка в соавторстве с Раисой Ханмагомедовой опубликовал серию кроссвордов на родном языке, среди которых и первый табасаранский сканворд.

Бабан ч1алниинди гафар ап1инай йиз ватанагьлийир табасаранар!

Самоназвание - табасаран ч|ал ("табасаранский язык"), бабан ч|ал ("материнский язык"). [название на иностранных языках] английский эквивалент: tabasaran немецкий: tabasaranisch французский: tabassaran [общие сведения о языке] Семья северо-кавказская, группа нахско-дагестанская.

Табасаранский язык, язык табасаранов. Распространён в Табасаранском и Хивском районах Дагестанской АССР. Один из младописьменных языков нахско-дагестанской группы кавказских языков. Имеет северный и южный диалекты. Табасаранский язык относится к балкано-кавказской расе большой европеоидной расы нахско- дагестанской группы языков. В фонетической системе 13 гласных А, аь, О, оь, У, уь, Я, Е, Ю, Э, Е, И, Ы и 55 согласных (с четвёрочной системой оппозиций смычных и аффрикат и троечной — спирантов). Табасаранский язык не относится ни каким ветвям и не к каким подгруппам. Среди согласных — фарингализованные, лабиализованные и особая серия дентолабиализованных. В морфологии за счёт 8 серий локативов (местных падежей) представлена богатейшая в мире падежная парадигма. Глагол различает категории лица, класса, числа, времени, наклонения, способа действия. Имеются причастия и деепричастия. Типология предложения — эргативная. Порядок слов: подлежащее — дополнение — сказуемое. Определение предшествует определяемому.

В 1905 году был напечатан «Грамматический очерк табасаранского языка» А. Дирра,

Адольф Дирр (нем. Adolf Dirr, 17 декабря 1867, Аугсбург — 9 апреля 1930, Пассау) — немецкий лингвист и этнограф, много лет проживший в России, исследователь кавказских языков. Автор грамматических описаний агульского, табасаранского, рутульского, цахурского, удинского, арчинского, андо-цезских языков, убыхского и грузинского.

Почётный доктор Мюнхенского университета (1908). Лауреат Макарьевской премии Санкт-Петербургской академии наук (1909). Хранитель Музея народоведения в Мюнхене в 1913—1930 гг.

а в 1930-х гг. над дилектологией табасаранского языка работал А.Н. Генко, который оставил после себя диалектологический очерк и словарь табасаранского языка.

Анатолий Несторович Генко (4 ноября (16 ноября) 1896, Санкт-Петербург — 26 декабря 1941, Ленинград) — российский и советский языковед, кавказовед, историк, этнограф.

Алфавит табасаранского языка впервые был составлен в 1928 году. В своей основе он имел латинскую графику. Первая книга на этом алфавите была издана в 1931. В первой версии алфавита не было заглавных букв, они появились лишь в 1933 году, когда алфавит претерпел реформу.

Табасаранский латинизированный алфавит 1931—1937 гг.

В 1938 году табасаранский алфавит, как и алфавиты других языков народов СССР, был переведён на кириллицу.

Первый вариант табасаранского алфавита на кириллической графике:

А а, Б б, В в, Г г, Гъ гъ, ГI гI, Д д, Джв джв, Е е, Ж ж, Жв жв, З з, И и, Й й, К к, Къ къ, Кь кь, КI кI, Л л, М м, Н н, О о, П п, ПI пI, Р р, С с, Т т, ТI тI, У у, УI уI, Ф ф, Х х, Хъ хъ, Хь хь, Ц ц, ЦI цI, Ч ч, Чв чв, ЧI чI, ЧIв чIв, Ш ш, Шв шв, Щ щ, Ъ ъ, Ы ы, Ь ь, Э э, Ю ю, Я я.

Современный табасаранский алфавит.

По данным БСЭ (1955 год, т. 37) табасаранский алфавит использовал следующие дополнительные буквы: Аь аь, Гъ гъ, Гь гь, Жв жв, Жъ жъ, Къ къ, Кь кь, КI кI, ПI пI, ТI тI, Уь уь, Хъ хъ, Хь хь, ЦI цI, Чв чв, Ччв ччв, ЧI чI, ЧIв чIв Шв шв, I, Дз, дз.

В табасаранском языке много слов с употреблением этих букв:

жви - мужчина, жвулли - мелький.......,

швеъ - медведь, швит1 - свист, швушв - невеста......,

чвул -- осень, чвуг -- сарай для сена.....,ч1вурд - минарет, ч1вал - ива,

ич1врув –кислый,

гъиччвар --- смородина, уччвур --- красивый,

муччвур --- ложка,

йиччв --- мёд....,

дзав ---- небо, дзадз --- колючка...

УрчIвудваржагъзурна урчIвудваржна урчIвуцIурна урчIвуб –девятьсот девяносто девять тысяч девятьсот девяносто девять,

Чвччву – брат (делал, сказал).

Гъуьмп1атIатIа – лягушка.

Вряд ли найдется представитель другого народа, который смог бы произнести эти слова.

Табасаранский язык относится к одному из самых сложных языков в мире и занесён в книгу рекордов Гиннеса, по сложности стоит после языков североамериканских индейцев чиппева и хайда. Очень схож с агульским языком. Имеются заимствования из северо-кавказских языков, арабского, иранских, тюркских. Заимствования последнего времени в основном из русского языка. Система письма — кириллица. В основу литературного табасаранского языка положена фонетическая и грамматическая система нитрихского диалекта. Табасаранский литературный язык в настоящее время находится на стадии становления. Часть лексики стоит на стыке между диалектным и нормативным, разговорно-просторечным и литературным употреблением. В табасаранском языке два резко противопоставленных друг другу диалекта: северный и южный (развивается галинский - этегский), каждый из которых объединяет группу.

Говоры табасаранского языка:

северный (мисибский) диалект

дюбекский (тивканский)

хурикский

хирганский

чуркуланский

кухрикский

сугхакский

куркакский

аркитский

южный (уханский, кадиринский) диалект

дырчинский

калукский

нитрикский

этегский

Оба диалекта взаимно противопоставлены целым рядом фонетических и грамматических особенностей. Целый ряд грамматических форм образуется в южном и северном диалектах по-разному. Например, если отрицательные формы глагола в южном диалекте образуются посредством префикса м-, то в северном он инфиксально вклинивается в корень глагола; северному диалекту не свойственен способ образования некоторых отрицательных форм посредством редупликации слога основы глагола и т.д.

В северном диалекте классному показателю -б соответствует -в. В говорах южного диалекта встречается двадцатеричная система счета, чего нет в северном диалекте.

Северный диалект [North Tabasaran (Khanag, Misib, Wider Ghumghum)] - Самоназв. - misibdin. В Табасаранском районе Дагестана, в верхнем течении реки Рубас [Rubas].

В северном диалекте имеются геминированные спиранты, отсутствующие в южном диалекте.

Говор селения Дюбек [Dyubek (T'iwkan)] - В бассейне реки [Dyubekchay]. Селение Дюбек [Dyubek] и другие. Выделяется в ряду других. Имеет значительные особенности в фонетике, морфологии и лексике.

Говор Хурик [Ghumghum (Khurik)] - Самоназв. - Xurk:in (ğumğum, ğunnar). В нижнем течении реки [Dutsa]. Селение Хурик [Khurik] и другие.

Говор [Khirghan] - Самоназв. - Xirq'an. В бассейне среднего течения реки [Khanagchay]. Селение [Khuzhnik] и другие.

Говор Чуркул [Churkulan] - Селение [Gurik] и другие.

Говор Кухрук [Qukhrik] - Селение [Gumi] и другие.

Говор Сувак [Sughak] - На севере Хивского района. Селение [Vertil'] и другие.

Говор [Kurkak (Kurkakh, Kurkkan)] - В бассейне реки [Aradir]. Селение [Kurkak] и другие.

Говор [Akhit (Arkit)] - Селение [Arkit] и другие.

Южный диалект [South Tabasaran] - Самоназв. - q'adirin; (агул.) uxan.

В южном диалекте имеются заднеязычные и фарингальные лабиализованные согласные, которых нет в северном. Нет характерного для северного диалекта звонкого фарингального къ. Согласным чI, дж южного диалекта в северном регулярно соответствуют тI и д (иногда р).

Говор [Qaluq (Q'aluqan)]

Нитрикский говор [Nitrik (Nit'riqan)] - В "Языках мира. Табасаранский язык. Б.Г.-К. Ханмагомедов." говорится что нитрикский говор с некоторыми элементами северного диалекта лег в основу литературного языка.

Этегский говор [Eteg (Etegan)] - Наиболее отличается. Включает в себя и отдельные особенности северного диалекта, а в некоторых случаях - обоих диалектов.

Фонетика. Особенность фонетической системы табасаранского языка - наличие четырех оральных и двух умлаутизированных гласных. В диалектах есть фарингализованные гласные. Среди согласных - глухие смычные геминаты (пп, тт, кк, цц, чч), денто-лабиализованные (джъ, чъ, ччъ, чIъ, жъ, шъ), заднеязычный звонкий спирант гг и фарингальные спиранты гI и хI.

Ударение слабое, разноместное.

Морфология. Категория грамматических классов имен исчезает. Имеется грамматический класс разумных существ и грамматический класс неразумных существ и предметов. Существительные изменяются по падежам и числам. Для Табасаранского языка характерна развитая система падежей: от 48 до 52 падежей (прежде всего за счет серии локативов). Относительные местоимения отсутствуют. Существительное в родительном падеже выполняет роль относительного прилагательного.

Есть количественные, порядковые, дробные, кратные и разделит, числительные. В глаголе различаются категории лица, числа, времени, наклонения, способа действия. Глагол имеет сложную систему. Глагольная основа может быть осложнена локальными превербами, префиксами, показателями грамматич. класса имен и др.

Синтаксис. Для синтаксиса характерно простое предложение с номинативной, эргативной, дативной конструкциями. Порядок слов в предложении относительно свободный, обычный порядок: подлежащее, объект, сказуемое.

Лексика. Имеются заимствования из северо-кавказских языков, арабского, иранских, тюркских. Заимствования последнего времени в основном из русского языка. Письменность и орфография Система письма - кириллица.

Вопросы о долгих и кратких гласных и о дифтонгах табасаранского языка.

Долгие и краткие гласные. Ваджибов М. Д.

Долгие гласные характеризуются длительностью в произношении по сравнению с другими гласными, а для кратких гласных характерна меньшая длительность в произношении, чем для долгих и для нейтральных в отношении к признаку "долгота-краткость”.

П.К. Услар отмечал, что в табасаранском языке решительно не существует различия между долгими и "короткими” гласными. А. М. Дирр писал, что "в табасаранском языке нет долгих. Конечно, неударяемые гласные беглее, короче других…”. Долгие и краткие гласные, по А.А. Магометову, - это результат фонетических изменений. Б.Г.-К. Ханмагомедов отмечал , что в различных говорах ТЯ представлены долгие и краткие гласные. На взгляд К.Т. Шалбузова, гласные в отношении к признаку "долгота-краткость” в СТЛЯ нейтральны. Долготу имеют лишь некоторые заимствования. Отмечено, что эта долгота является отголоском качественной характеристики гласных, она в орфографии СТЛЯ не отражена. В литературе констатировано, что долгота гласных не имеет фонематического значения.

Нам думается, что в табасаранском языке долгие гласные а, аь наличествуют в словах иноязычного происхождения, ср.: ъажжугъ (аз.) "гнев, гневный”, лазим (ар.) "нужный”, ъаьлим (ар.) "ученый”, маьлим (ар.) "учитель”. Между тем, в литературе отмечено, что "в немногочисленных заимствованных словах с долгими гласными ударный гласный не совпадает с долгим”, что наглядно отражено в указанных выше примерах.

В отличие от литературного табасаранского языка, в ряде говоров нитрикского диалекта нами зафиксированы слова, в которых представлены долгие гласные. Ниже даем примеры, в которых долгие гласные выделены и подчеркнуты снизу. Литературная норма и форма в диалекте даны через вертикальную черточку и на первом месте дана литературная норма, а на втором - форма в диалекте, ср.: ъагъзур/ъазур "тысяча”, jагълачи/jалачи "сковородка”, jагъчIвур/jаьчIвур "сорок”, гьагъму/гьому (мест.) "расположенное далеко наверху” и пр. Как видим, в указанных примерах на месте долгих гласных в СТЛЯ представлены сочетания гласных звуков и согласного звука гъ.

Следует отметить, что в отрицательных формах повелительного наклонения и в табасаранском литературном языке, и в межгюльском говоре нитрикского диалекта представлены долгие гласные, ср.: ъилдитуб "снять” ъилдит "сними” миъилдитан/милдита "не сними”; ъалахьуб "одеть” ъалахь "одень” маъалахьан/малахьа "не одень”; ъулупуб "показать” ъулуп "покажи” муъулупан/мулупа "не покажи”.

Очевидно, появление этого долгого гласного связано и с фиксированным ударением в указанных глагольных формах, и с близким расположением одинаковых гласных. Долгота как бы отличает один гласный от другого. Что касается МГ, в нем, возможно, налицо процесс гаплологии.

В табасаранском языке долгие гласные функционируют и в ряде исконно табасаранских слов, ср.: магъа "сопля”, вари "все” и пр.

В орфографии табасаранского литературного языка не только используется долгота звуков, но и не отражается краткость гласных, которые функционируют в хивском, межгюльском и других говорах нитрикского диалекта. В статье краткие гласные в табасаранских словах выделены. На месте краткого звука в табасаранском литературном языке используется или простой безударный гласный (китаб/киттаб "книга”, кумиш/кумиш "айва” и др.), или же в редких примерах ничего не используется (хпар (орфогр.)/хуппар "женщины”, штар (орфогр.)/шиттар "воды” и др.).

Можно полагать, что в примерах типа циркил/циккил "ветка” в говорах нет краткого гласного, а призвук является огласовкой последующего за ним ударного гласного. Однако положение о том, что для табасаранского языка не характерно стечение согласных в анлауте, предполагает обязательное наличие гласного между согласными. Следует отметить и то, что при изменении формы слова простой ударный гласный в южных говорах может выпадать, а призвук остается, ср.: чимил/чимил "кизил” чимлар/чимлар (мн.ч.); чурчул/чуччул "ящерица” чурчлар/чуччлар "ящерицы” и др.

Исходя из вышесказанного, мы считаем, что призвук является самостоятельным кратким звуком, хотя указанное выше положение не всегда действует – при изменении ряда двусложных исходных лексем ранее ударный гласный не выпадает, ср.: хилинцц/хилинцц "крыло птицы” хилинццар/хилинццар (мн.ч.); кукушв/куккушв "пустой грецкий орех” кукушвар/куккушвар (мн.ч).

Отмеченные выше в южных говорах ( села Чере, Зирдаг и др.) краткие гласные, являющиеся только гласными верхнего подъема, встречаются исключительно в предударных слогах как в исходных формах двусложных слов, так и в косвенных формах, ср.: исх. и/и - хина/хина "краска для волос”; уь/уь – хуьни/хуьни "корова”; у/у – чухра/чухра "прялка”; исх. и – хил "рука” косв. и/и - хилар/хилар "руки”; исх. уь – куьл "ветка” косв. уь/уь – куьлэр/куьлир "ветки”; исх. у – сул "лиса косв. у/у – сулар/сулар "лисы”.

Здесь уместно отметить, что краткий гласный а, являющийся гласным неверхнего подъема, редко встречается, причем только в косвенных формах: хьа "есть находится рядом” хьтар/хьаттар "нет, не находится рядом”; кас "человек” касар/касар "люди”.

Б.Г.-К.Ханмагомедов отмечал, что краткие гласные не являются фонемами. Мы полагаем, что в говорах селений Межгюль, Хив и др. в косвенных формах они могут иметь смыслоразличительное значение, о чем свидетельствует следующая минимальная пара с корреляцией у – у, ср.: хулар "канавы” - хулар "дома”. Примеры с коррелятами и – и; уь – уь; а – а в говорах не отмечены. Исследователи дюбекского говора сувакского диалекта подчеркивают, что в говоре "базисная система гласных удваивается за счет корреляции по краткости-долготе”. Как видим, это положение почти подтверждается в МГ.

Таким образом, в табасаранском языке представлена корреляция по долготе-краткости. Специфическим отличием некоторых говоров от литературной нормы в области долгих и кратких гласных является наличие в говорах кратких гласных и, уь, у, а. Кроме того, функционирование долгих гласных в говорах шире, чем в литературном языке.

Крупнейшим специалистом по табасаранскому языку был Бейдуллах Гаджи-Курбанович Ханмагомедов (1927—1999)с. Кондик — доктор филологических наук, профессор Института языка, литературы и искусства ДНЦ РАН, заслуженный деятель науки ДАССР. В списке трудов лингвиста 4 фундаментальные монографии, десятки школьных учебников и пособий, многочисленные переводы из поэзии, а также Табасаранско-русский, Русско-табасаранский, Орфографический и Терминологический словари табасаранского языка.

Внучатый племянник Бейдуллаха Гаджи-Курбановича Риад Ханмагомедов, шеф-редактор газеты «777», в целях популяризации табасаранского языка в соавторстве с Раисой Ханмагомедовой опубликовал серию кроссвордов на родном языке, среди которых и первый табасаранский сканворд.

Ханмагомедов, Б. Г.- К. Табасаранско-русский словарь: Ок. 25 000 слов / Б. Г. - К. Ханмагомедов, К. Т. Шалбузов, К. К. Курбанов. – Москва : Наука, 2001.

Курбанов Кази Керимович родился в с. Джули - доктор филологических наук, профессор Дагуниверситета, языковед, заслуженный учитель РД, издал 4 монографии и 7 учебников, десятки статей;

Шалбузов Темирхан (1895-1978) с. Хив.

Учился у арабистов в различных селах Дагестана. Учительствовал во многих селах, в том числе и родном селе. После образования Табасаранского района в 1928 году Шалбузов Т. стал первым редактором райгазеты «Красный Табасаран», затем он находился на других ответственных постах.

Переехал в г. Махачкалу, где проявился яркий талант Шалбузова Т. как ученого-языковеда, переводчика и поэта. Он является одним из создателей табасаранского алфавита, первых школьных учебников и методических пособий на родном языке. Им составлен русско-табасаранский словарь, написан ряд песен, стихов и поэм.

За заслуги перед народным образованием Шалбузову Т. присвоено высокое звание «Заслуженный учитель школ ДАССР».

Дифтонги

Дифтонг – это сложный гласный, обладающий большей длительностью, чем простой гласный, и состоящий из двух элементов, образующих один слог.

Полагают, что дифтонги бывают истинными и ложными. Истинным называется дифтонг, в котором оба звука являются равноценными в пределах слога. Ложным называется дифтонг, в котором звуки неравноценны в пределах слога: в нем один звук является слогообразующим, а другой – неслогообразующим.

В зависимости от положения слогообразующих элементов дифтонги делятся на восходящие и нисходящие. В восходящих дифтонгах слогообразующим является второй элемент, а в нисходящих – первый.

Некоторые исследователи подчеркивали наличие дифтонгов в табасаранском языке. Так, например, А.М. Дирр писал, что, кроме аj, эj, уjи т.д., двугласных в табасаранском языке нет. Как видим, констатировано функционирование в табасаранском языке нисходящих дифтонгов. Отметим мнение Л.И. Жиркова, который считал, что "сочетание огубленного согласного с гласным, а может рассматриваться как сочетание такого неогубленного согласного с восходящим дифтонгом типа уа или оа”. А чем же тогда является лабиализация согласных в конце слов современного табасаранского литературного языка (ср.: накьв/накь "могила”, зикв/зуьрк "перо птицы” и др.), автор не писал. При этом следует учесть, что для современного табасаранского литературного языка не только не характерен полугласный w, но и ему не свойственна позиция c + w или c + в в ауслауте. Начертания у, о в "возможных дифтонгах” у Л.И. Жиркова не что иное, как передача лабиализации согласных на письме.

А.А. Магометов считает, что "дифтонги в табасаранском языке могут быть результатом сочетания классного показателя (полугласного) с гласным, либо результатом фонетических изменений”. Эта точка зрения отчасти можно считать правдоподобной, ибо, по мнению П.К. Услара, j служит для отделения гласных, которые в ТЯ избегают соприкосновения, ср.: цIа"огонь” цIиjир"огни”; хьа "хлопок” хьаjир (мн.ч.).

Как видим, при изменении односложных слов с гласным исходом согласный j приводит к появлению в языке звукосочетания j + и.

В табасаранском языке не должно быть истинных дифтонгов, т.е. для него не характерна позиция V +V. Что касается ложных дифтонгов, то они наличествуют как в современном табасаранском литературном языке, так и в говорах. При этом в роли неслогообразующих элементов в дифтонгах в табасаранском языке могут выступать согласные w, j, т.е. полугласные. Первый согласный, похожий на английский w (ср.: англ. - wine [wain] "вино”, wait [weit] "ждать” и др.), в литературном языке и в некоторых говорах нитрикского диалекта отсутствует. Значит, в табасаранском языке представлены ложные восходящие и нисходящие дифтонги с полугласным j: ложные восходящие дифтонги –jахъхъ "баран”,jурд "край” и др.; ложные нисходящие дифтонги – даj"жеребенок”, гьаьjван "конь” и др.

В табасаранском языке дифтонги представлены как в исконно табасаранских словах (jикк "мясо”,jэргуб "прыгать”, баj/баж"сын, мальчик” и др.), так и в заимствованиях (ъаjран (аз.) "сыворотка”, шэjъ (ар.) "вещь”, jимиш (аз.) "плод, фрукт” и др.).

Краткие гласные не могут быть слогообразующими элементами в дифтонгах в силу своей качественной и количественной характеристики: краткие гласные всегда безударны, а слогообразующий элемент в дифтонгах может быть и ударным (гьараj "крик, зов”, цIиjи "новый” и т.д.), и безударным (jирхьуб "шесть”, jаркур "лес” и т.д.); выдержка гласного при произношении в дифтонге дольше, чем выдержка при произношении краткого. В указанных в данном абзаце примерах подчеркнуты ударные гласные.

Дагестан — республика, в составе Российской Федерации, самый южный субъект Российской Федерации, входит в состав Северо-Кавказского федерального округа.

Образована 20 января 1921 года. Столица — город Махачкала.

Территория Дагестана граничит с Азербайджаном на юге, с Грузией на юго-западе, также с Чеченской Республикой на западе, со Ставропольским краем на северо-западе и с Республикой Калмыкия на севере.

Этимология

Территория современного Дагестана, и в большей степени горного Дагестана, именуется в исторической литературе по-разному, что имело отношение к соседским народам, или же к нашествиям завоевателей, которые именовали эту территорию на своём языке.

Некоторые историки относят к Южному Дагестану более раннее наименование «Албания», соответствующее «Стране гор». Грузины именуют Дагестан как «Лекетия».

Название «Дагестан» известно с XVII века и означает «горная страна» (от тюркского даг — гора, персидского стан — страна, земля). Согласно В. В. Бартольду название «Дагестан» появилось только в X/XVI вв. Название «Дагестан» справедливо лишь в историческом смысле, поскольку с включением в состав Дагестанской АССР (ныне Республика Дагестан) равнин Кизляра и ногайских степей на горные регионы приходится лишь 56 % от всей её площади.

Дагестан расположен в северо-восточной части Кавказа, вдоль побережья Каспийского моря. В северной части республики — низменность, в южной — предгорья и горы Большого Кавказа. Протяженность территории с севера на юг составляет около 400 км, с запада на восток — примерно 200 км. Дагестан на севере граничит со Ставропольским краем и Калмыкией, на западе с Чеченской Республикой и Грузией, на юге с Азербайджаном. По суше и Каспийскому морю проходят границы с пятью государствами — Азербайджаном, Грузией, Казахстаном, Туркменией и Ираном. На границе с Азербайджаном — крайняя южная точка России (41°10' с. ш.).

С востока территория Дагестана омывается водами Каспийского моря. Юг и среднюю часть республики занимают горы и предгорья Большого Кавказа, на севере начинается Прикаспийская низменность.

Через центральную часть республики протекают реки Терек и Сулак. В Дагестане протекает 6255 рек (в том числе 100 главных, имеющих длину более 25 км и площадь водосбора более 100 км, 185 малых и более 5900 мельчайших), наиболее крупными из них являются Терек, Сулак, Самур, Рубас с притоками. Все реки относятся к бассейну Каспийского моря, однако в море впадает только 20 из них.

Север Дагестана из-за сухого климата беден реками. Имеющиеся реки летом используются для орошения и не доходят до моря.

Наиболее многоводны горные реки, которые благодаря быстрому течению не замерзают даже зимой, им свойственны сравнительная многоводность и значительные уклоны.

Самур является второй по величине рекой в Дагестане. Площадь его бассейна составляет 7,3 тыс. км². Исток находится в Рутульском районе Дагестана. При впадении в Каспийское море Самур распадается на рукава и образует дельту. На реке и на её главных притоках планируется строительство трёх ГЭС. Воды Самура также используются в целях орошения: из реки выведены оросительные каналы, орошающие Южный Дагестан и находящийся по соседству Азербайджан.

Сулак образуется при слиянии рек Казикумухское Койсу, Аварское Койсу и Андийское Койсу, которые берут начало в горах Большого Кавказа. Площадь его бассейна составляет 15,2 тыс. км². На Сулак приходится половина всех гидроэнергоресурсов Дагестана, здесь расположены Чиркейская ГЭС, Миатлинская ГЭС, Гельбахская ГЭС, Чирюртская ГЭС-1 и Чирюртская ГЭС-2.

Озеро Кезенойам (Ботлихский район, большая часть озера относится Веденскому району Чечни — самое большое и глубокое горное озеро на Северном Кавказе.

Орография Дагестана своеобразна: 245-километровая полоса предгорий упирается в поперечные хребты, которые окаймляют огромной дугой Внутренний Дагестан. Две основные реки вырываются из гор — Сулак на севере и Самур на юге. Естественными границами горного Дагестана являются: Снеговой и Андийский хребты — до гигантского каньона Сулака, Гимринский, Лес, Кокма, Джуфудаг и Ярудаг — между Сулаком и бассейном Самура, Главный Кавказский хребет — на юго-западе обоих бассейнов.

Внутренний Дагестан, в свою очередь, делится на среднегорный, платообразный район и альпийский, высокогорный.

Горы занимают площадь 25,5 тыс. км², а средняя высота всей территории Дагестана равна 960 м. Высшая точка — Базардюзю (4466 м). Породы, слагающие горы Дагестана, резко разграничены. Главные из них — чёрные и глинистые сланцы, крепкие доломитизированные и слабые щелочные известняки, а также песчаники. К сланцевым хребтам относятся Снеговой с массивом Диклосмта (4285 м), Богос с вершиной Адалла-Шухгельмеэр (4151 м), Шалиб с вершиной Дюльтыдаг (4127 м).

Каспийское побережье и большая часть Терско-Кумской и Терско-Сулакской низменностей лежит на 27 м ниже уровня мирового океана.

Климат Дагестана умеренный континентальный, засушливый. В горной части в зависимости от высоты падает температура и растет влажность. В южной и прибрежной зоне климат переходный, от умеренного к субтропическому.

Климатические данные

Средняя температура января от +1 °C на низменности до −11 °C в горах.

Средняя температура июля до +24 °C.

Количество осадков — 200—800 мм в год.

Вегетационный период — 200—240 дней.

Климатические зоны

Соседство равнин и высоких гор, моря и пустынь создало разно¬образие климатических условий Дагестана. В Дагестан имеется 5 растительно-климатических поясов: субтропические леса (дельта реки Самур), пустыни и полупустыни (Прикаспийская низменность), высокогорные тундры и ледники (Высокогорный Дагестан). На территории республики свыше 100 небольших озёр.

На высоте от 500—600 м до 1500—1600 м располагаются лесные массивы из дуба, граба, бука, березы и сосны. Леса и кустарники занимают 9 % территории Дагестана.

Зима в Дагестане непродолжительная длится всего три месяца, малоснежная, без устойчивого снегового покрова. Часты моросящие дожди.

Температура зимой колеблется от −30°С в горах, и до +10°С на побережье, где вода в море не замерзает.

Весна в Дагестане теплая и мокрая из-за частых дождей.

Лето в Дагестане жаркое и сухое. На северо-востоке При¬каспийской низменности выпадает всего 200 мм осадков. В приморских районах почти в течение всего года стоит ясная, солнечная погода. Купальный сезон продолжается с мая до середины сентября.

Ранняя осень в Дагестане обычно жаркая.

Географические зоны

Дагестан подразделён на три почвенно-климатические зоны: горная, предгорная и равнинная.

Равнинная почвенно-климатическая зона располагается на высоте от 28 до 150 (200) м и занимает площадь 2,35 млн.га (43,3 % территории Дагестана). Из-за сухости климата в равнинных районах северного Дагестана мало рек. Небольшие речки летом используются для орошения. Во время весенне¬-летнего половодья возможны затопления больших территорий. В низовьях рек образуются дельты с множеством озёр.

Приморские районы Дагестана

На юге вдоль Каспийского моря и на Прикаспийской низменности климат субтропический полусухой. Летом температура воды в Каспийском море поднимается до 28 °С.

Предгорная почвенно-климатическая зона располагается на высоте от 150 (200) до 850 (1000) м и занимает площадь 0,84 млн. га (15,8 % территории Дагестана). В этой части Дагестана из-за влияния высоты и Каспийского моря климат более умеренный и влаж-ный, чем на равнинах.

• Средняя температура января ко¬леблется от — 2°С до — 3,5°С, но бывают морозы и до — 25°С.

• Снежный покров держится 40—50 дней.

• Средняя температура июля от 21°С до 24°С.

• Количество осадков увели¬чивается с высотой от 350—450 до 600—700 мм.

Горная почвенно-климатическая зона располагается на высоте выше 850 (1000) м и занимает площадь 2,12 млн.га (39,9 % территории Дагестана). В горах климат умеренно прохладный. Самый влажный период в горных районах с конца весны до лета. В высокогорьях лето прохладное, а в долинах и котло¬винах — теплое.

• Среднеме¬сячные температуры января колеблются от — 4°С до — 7°С.

• Снежный покров невелик, но держится довольно долго.

Дагестан находится в часовом поясе Московское время. Смещение относительно UTC составляет +3:00.

Дагестан в географическом отношении делится на предгорный, горный и высокогорный физико-географические пояса, в каждом из них имеются различные виды растительности. В Дагестане произрастают около 4500 видов высших растений, из которых 1100 эндемиков. На равнине растительность в основном полупустынная. В предгорном поясе (начиная с высоты 600 м) распространены луга и леса. В субальпийских и альпийских лугах преобладают овсяница, клевер, астрагал, скабиоза, горечавка и др. На высоте 3200—3600 м преобладают мхи, лишайники и холодоустойчивые растения.

Древнейший период истории современного Дагестана связан с горным Дагестаном. Исторически Дагестан являлся федерацией горских княжеств. Находясь на пересечении мировых цивилизаций, Дагестан был ареной столкновений интересов многих государств.

Территория Дагестана обжита человеком с древнейших времён. Именно здесь недавно были обнаружены древнейшие на территории РФ следы пребывания первобытного человека возрастом не менее 1,4—2 млн лет в Акушинском (Айникаб-1 и 2, Мухкай-1 и 2) и Кулинском (Гегалашур-1, 2, 3), Гунибском (Ругуджа) районах. Дарвагчай на границе Дербентского и Кайтагского районов датируется возрастом 750—730 тыс. лет. Следы кострища на стоянке Айникаб 1 датируются временем около 1,7 млн л. н., но не позднее 1,24 млн лет назад.

Древняя история

Земледелие и скотоводство

Как доказал ещё академик Николай Вавилов, «Дагестан непосредственно входил в очаг происхождения культурных злаков», и, таким образом, в наиболее древнюю переднеазиатскую область становления производящего хозяйства — земледелия и скотоводства. Подтверждением чему служат, например, остатки поселения, открытого близ села Чох (Центральный Дагестан), датируемые 6000 лет до н. э.

Дагестан в зоне влияния Куро-аракской культуры

В IV—III тысячелетиях до н. э. Дагестан предположительно входил в ареал Куро-аракской культуры бронзового века, простиравшейся до самой Палестины, Анатолии, Армянского нагорья, Верхней Месопотамии и Иранского нагорья, известной чернолощёной керамикой и большими укреплёнными поселками, стоявшими на пороге цивилизации. Эта культура является древнейшей, надёжно связываемой с ещё неразделившейся в то время дагестано-вайнахской этнолингвистической общностью, и при этом имеет интересные связи с более западными регионами Троя, культуры Балкан, Карпат, Западного Средиземноморья.

Согласно основателю научного кавказоведения П. Услару, «Кавказские горцы представляют собой остатки множества народов населявших в доисторические времена огромные полосы земли в Азии и Европе и принадлежащих к одной расе, которая везде исчезла, за исключением Кавказа».

Тесные контакты предки дагестанцев имели и со своими непосредственными соседями — древнейшими цивилизациями Передней Азии, жители которых пользовались для себя отличительным термином «черноголовые». Однако не всегда эти контакты оставались мирными, и потревоженные горцы (кутии, луллубеи, субареи и др.) не раз устраивали погромы в царствах Шумера и Аккада.

Освоение железа

Уже на заре «железного века» — на рубеже II—I тысячелетий до н. э. — народами Дагестана было освоено железное оружие, что в дальнейшем позволило им, в тесной связи с близкородственными народами Урарту, не без успеха противостоять ассирийской экспансии (IX—VII веках до н. э.). Однако под напором кочевых племён киммерийцев и скифов, с их новой тактикой ведения конного боя, многие политические образования и этнокультурные центры пали, и в результате их население было частично ассимилировано, частично оттеснено в труднодоступные горные регионы, сохранившись в итоге в различной пропорции лишь на Восточном Кавказе — периферии своего прежнего расселения.

Албанцы

Албания, Армения, Иберия, Колхида в начале н. э.

Албанцы упоминаются в числе союзников Ахеменидской Персии в битве при Гавгамелах в IV веке до н. э., которым на своём фланге удалось прорвать строй македонцев и разграбить лагерь Александра.

Страбон пишет, что «албанцы говорили на 26 языках и образовывали несколько федераций со своими царями, но теперь над всеми племенами стоит один царь». В I веке до н. э. народы Албании вместе с народами Армении и Иверии вели героическую борьбу против вторжений древних римлян в Закавказье, походы Лукулла в 69-67 гг. и Помпея в 66-65 гг. до н. э. В конце II в. до н. э. на Восточном Кавказе было основано Албанское государство, которое в античности простиралось от реки Кура на юге и, по одной версии, до реки Терек на севере.

Территория Албании

Территория Кавказской Албании в ходе исторического процесса определялась исследователями по-разному. С. В. Юшков, как и В. Н. Левиатов, делал вывод, что весь Дагестан до реки Терек, в определённый период времени входил в состав Албании, ссылаясь на то, что к северу от албанов находились скифосарматские племена, обитавшие на равнинах Северного Кавказа. Другим аргументом Юшкова является название рек Албании как, например, приводимая Птолемеем река «Кас», которую Юшков связывает с даргинским и лакским наименованием реки Сулак как «Кас». Также, река «Албан» относится к Самуру, а «Кюр» к Куре. Юшков считает центром древней Албании область по реке Самур.

Согласно Плинию: «по Албании в море текут реки Кас, Албан и Камбюс в Кавказских горах, затем Кур» (VI, 39). Птолемей перечеслял реки Албании, как «Соана, Гера, Кайси, Албан и Кур» (V, 11, 3) и сообщал, что граница Сарматии шла «вдоль Албании до Гюрканского моря, где устье реки Соаны» (V, 8, 11); «Албания ограничивается с севера описанной частью Сарматии, с запада Иберией по указанной линии, с юга частью Большой Армении от границы с Иберией до Гюрканского моря к устью реки Кур, с востока частью Гюрканского моря до реки Соана» (V, 11, 1).

С. В. Юшков отождествлял Соану с Тереком, а Кречмер с Сунжой, притоком Терека. Албания являлась федерацией княжеств со своими царями, и таковой Албания не представляла собой одно единое государство. Северная и южная границы Албании не были постоянными ввиду частых нашествий завоевателей.

Согласно историку М. Г. Магомедову: «Птолемей упоминает о 29 городах и крупных населенных пунктах в Албании. Среди них особо выделены четыре крупных города: Телеба — в устье реки Герр; Гелда — в устье реки Кесия; Албана — в устье реки Албана; Гетеры — в устье реки Кир. Остатки этих городов, за исключением Гетеры, сохранились на территории Дагестана. Они являлись наиболее значительными культурно-экономическими центрами Кавказской Албании. С достаточной уверенностью они могут быть отождествлены с остатками древних городов, обнаруженных и исследованных археологами в Прикаспие».

Согласно академику Н. Я. Марру, греко-римские авторы под словом «Албания» понимали одновременно и «страну гор» и «гору языков». Историк К. В. Тревер считает что Албания это «горная страна». И. Шопен возводил топоним «Албания» к Дагестану. Вопрос о границах античной Албании остаётся нерешённым у историков.

Нашествия римлян, персов, арабов и хазар

В III веке Кавказская Албания под ударами римских легионеров распалась на мелкие владения.

В IV веке на смену римлянам в Албанию вторгаются сасанидские персы. Сасанидская империя приступает к длительной войне с Албанией на юге. В Албании утверждается христианство. В отличие от соседних Армении и Иберии, Албания удалённая от Византии не могла рассчитывать на серьёзную поддержку с её стороны.

В середине V века народы Албании, Армении и Грузии ведут упорную борьбу против персидского владычества на Кавказе. Присоединение к империи гуннов приводит к порядку во взаимоотношениях народов Кавказа в городах и в северной равнинной части Албании. Позднее в степном Дагестане обосновывается племя савиров, которое контролирует Закавказье.

В 510 году Сасанидскским шахам несколько раз пытавшимся ликвидировать албанское царство в ответ на череду восстаний, удаётся превратить его в особое наместничество именуемое как «марзпанство». Сасаниды ведут антихристианские гонения в Албании. Многие племена горных албанов откололись. В Дербенте располагалась резиденция персидского наместика. Горный Дагестан был в сфере влияния Персии.

В 552 году хазары заняли северный равнинный Дагестан. Хазарский каганат становится противником Сасанидской империи на Кавказе. В равнинном Дагестане находились такие ключевые города Хазарии как Беленджер и Семендер. Моисей Хоренский пишет что «албанский царь владел гористой местностью» за которой была граница «между Албанией и хазарами».

В 562—567 годах правитель Персии Хосров I Ануширван развернул в районе Дербента грандиозное фортификационное строительство, призванное защитить его владения от хазар перекрыв узкий проход между Каспийским морем и Кавказскими горами.

В VI веке весь горный Дагестан находился под властью Сасанидского шаха который назначил своих правителей во многих княжествах Восточного и Северо-Восточного Кавказа. В древности один из дагестанских царей владел золотым троном и его государство именовалось как Сарир у арабских историков. Согласно Ал-Масуди, столицей Сарира был некий Хумрадж. Ал-Масуди писал: «Доверенный Ездеджерда поселился в Сарире и был возведен на престол, сделавшийся впоследствии наследственным в его фамилии, а сам он назван был Сахиб-ас-Сарир. Столица этого царства Хумрадж».

Ануширван укрепил царство Сарир многими замками и выдал царю Сарира инвеституру на управление всеми горными осколками Албании. Союзные отношения Сарира и Персии продолжались вплоть до падения Сасанидской Персии под ударами арабских завоевателей. Правитель Персии Йездигерд III проиграв арабам последнее сражение отправил свой золотой трон и сокровищницу на хранение царю Сарира. В сохранившихся описаниях Сарир характеризовался густонаселённой и хорошо укреплённой страной, с большим числом крепостей и многотысячной армией, с христианской правящей династией, возводящей себя к династии Сасанидов и языческим населением.

Арабское вторжение в Дагестан — вторжение войск Арабского халифата на территорию Дагестана, начатое в годы правления халифа Омара.

Политическая обстановка в Дагестане накануне арабского нашествия

За долго до вторжения войск халифата на Кавказ в Дагестане сложилось множество политических образований разного уровня и типа.

Первым и наиболее крупным среди них была Кавказская Албания. Но накануне появления арабов она была ограничена до предела и потеряла свою самостоятельность. Ведущее положение в равнинной части Северо-Восточного Кавказа занимало Хазарское царство. Сасанидские правители в Дербенте держали гарнизон и находились в состоянии войны с хазарами. Каганат подверг большим разрушениям окрестности Дербента, а также земли Хайдака, Табасарана и Лакза. В то же время горные и предгорные районы были покрыты целой сетью феодальных и племенных образований, возглавляемых местными «царями», которые были связаны договорными отношениями с Сасанидами: иногда получали от них поддержку за охрану горных проходов.

Накануне Арабского нашествия на территории Дагестана располагались следующие феодальные образования: Лайран — горная оконечность Главного Кавказского хребта — южнее Самура, населенная южнодагестанскими народностями; Маскут (машкур) — плоскостные земли южнее Дербента, по обе стороны р. Самур; Лакз — территория бассейна р.Гюльгерычай и земля к северу от Самура; Табасаран — бассейн р. Рубас; Филан — по-видимому, территория нынешнего Левашинского плато; Зирихгеран — земли современного Дахадаевского района Дагестана и, наконец, Серир — территория Аварского Койсу и Кара-Койсу. Кроме того, источники говорят об отдельной области Дудании — возможно, это земли Дидойцев, известные в грузинских источниках под названием Ди-доэти.

Военные действия в VII веке. Уход арабов

После сокрушения Халифатом Сасанидского Ирана обстановка на Кавказе резко изменилась. Источники сообщают об уменьшении персидских гарнизонов в это время в Дагестане, о прекращении охранной службы во многих пограничных «воротах», о проникновении хазар в Закавказье. Халиф Омар начал активные военные действия на Кавказе. Под власть арабов подпала Албания, после взятия её столицы города Барда. После этого начинается вторжение в сторону Дагестана.

Арабский отряд Абд ар-Рахман ибн Раби'а (входивший в соединение арабского полководца Сураки ибн Амра), при халифе Омаре подступил к Дербенту в 643 году. Там все ещё оставался персидский гарнизон, едва сдерживавшихй натиск окрестных жителей. Его начальник Шахрбараз согласился сдать город арабам на условиях, что его вместе с отрядом примут к себе на службу, сохранив им прежнее положение привилегированной стражи. По этому поводу ат-Табари пишет: «Условия мира должны были заключаться в том, чтобы от дербентцев не требовали никаких податей и повинностей». За это дербентцы по условиям мира обязаны были запереть «все ущелья и не пропускать» в сторону Закавказья никого. Арабы согласились на это, причем договор был утвержден халифом Омаром. Сурака ибн Амр, став начальником города Дербент, старался превратить его в базу для дальнейших завоеваний арабов. Отсюда Сурака организовал завоевательные походы из Дербента на Северный Дагестан. Так, отряд Абдар-Рахмана и его брата Салмана совершил поход на хазарский город Баланджар в 652 году, но неудачно, Абдар-Рахман погиб. Отряд посланный вторично против хазар, был разгромлен, начальник его Салман ибн Раби погиб, а спасшиеся бегством истреблены у самых стен Дербента, так как дербентцы заперли перед отступавшими городские ворота.

В Дербент прибывали все новые подкрепления, арабы продолжали совершать походы, но результатом их в лучшем случае был лишь захват добычи — зерна, скота, рабов. Иными словами, их действия с самого начала превратились в обычные грабительские набеги. Оставалось недостижимой главная задача — захват новых земель, покорение их жителей, взимание податей и распространение мусульманства. В сдерживании арабов а их стремлении укрепиться на Северо-Восточном Кавказе исключительна роль хазар. Активную роль в борьбе с арабами хазары играли и в последующие периоды борьбы на Северном Кавказе.

В 656 году борьба за власть между родом Омейядов и сторонниками Али охватывает весь Халифат и перерастает в гражданскую войну. Войска арабов спешат принять в ней участие, бросая недавно завоеванные земли. Это приводит к отделению Закавказья и Дербента от Халифата. Хазары проникают далеко на юг. Земли до реки Араксер становятся их кочевьем.

Возобновление завоеваний Халифата в Дагестане

Хазаро-дагестанская борьба против арабских захватчиков

В 722 году правителем Армении был назначен Джаррах ибн Абдуллах ал-Хакими, начавший энергичную борьбу с хазарами. Обманув противника, он прошел через Дербент и обрушился на дагестанские земли. Историк Ат-Табари пишет о походах Джарраха: «Арабы разбив хазар в южном Дагестане, проникли в горы Дагестана и преодолели сопротивление жителей Хамзина и Гумика, разрушили и разграбили в результате карательных походов Кайтаг и Табасаран, за отказ признать их власть». Персидский историк Балами пишет что полководец Джаррах «позвал одного из своих приближенных, дал в его распоряжение три тысячи воинов и сказал ему: иди в сторону Кайтак, разоряй там все что встретишь, воюй с каждым кто вздумает оказать вам сопротивление и вернись ко мне до восхода солнца». В результате карательной экспедиции арабы увели из Табасарана до 2000 пленных, из Кайтага — свыше 700, захватили 10000 голов скота и другое имущество.

Преследуя хазарское войско, Джаррах взял две крепости в долине р. Гамри, а затем двинулся на север. Свидетельства арабских историков дополняет здесь известное дагестанское историческое сочинение «Тарихи Дербенд-намэ». Там сказано, что хазары, отступив далее на равнину, оставили караул в крепости Анджи-Кала, очень сильной и хорошо построенной, защищенной с одной стороны горами, а с другой стороны — морем. После нескольких безуспешных попыток арабы сумели преодолеть эту преграду, наступая под защитой повозок. Хазары укрылись в верхнем укреплении, а ночью отступили. Это краткое сообщение «Дербенд-намэ» заставляет обратиться к устному историческому преданию о битве у Анджи-Кала, до сих пор бытующему в с. Тарки и с. Кяхулай, которые примыкают сейчас к Махачкале. Интересно, что защитники Анджи изображены язычниками (среди их богов древнетюркский бог Тенгри), а завоеватели наступают на них со стороны Дербента. Оборону возглавляет правитель Анджи Карт-Кожак. У него двое сыновей: Томиш и Айбак. Томиш предает своих, а отец с Айбаком, жрецами и горожанами клянется биться до конца. Отбито много штурмов. Враги пробили стену и ворвались в город — горит Анджи, горит священный камень Камари, гибнут люди. На 39-й день боев враги отступили, но на следующий день они захватили город и истребили защитников. С тех пор Анджи уже не возобновлялся.

В 723 году, прорвавшись из приморской полосы на равнину, Джаррах с большими усилиями захватил город Беленджер. Любопытно, что вскоре он вернул Беленджер прежнему правителю. Это первое сообщение о попытке арабов привлечь на свою сторону местную верхушку. Ему удалось продвинуться за Семендер, но тут подкупленный им правитель Беленджера предупредил Джарраха, что обратный путь ему отрезан огромной армией хазар. Тогда Джаррах отступил в Закавказье через Дарьяльский проход. Поход его продолжался около 7 месяцев. Обеспокоенный столь глубоким прорывом арабов, каган и его приближенные перенесли столицу Хазарии из Семендера в более удаленный от границы город Итиль в устье Волги. Джарраху удалось сделать ещё один набег на Хазарию через Дарьял. Тогда в 723 году хазары и дагестанцы объединились и смогли с трудом выбить арабов до реки Кура. Поэтому халиф Хашим сменил Джарраха и назначил на его место своего брата Масламу. Однако это не помогло. В 726 году хазары под командованием Шатома, сына кагана, прорвались за реку Араке.

Борьба в Закавказье шла с переменым успехом. В 730 году Джаррах был возвращен на прежнюю должность и даже совершил набег на Хазарию через Дарьял. Но когда он попытался очистить от хазар Муганскую степь, в Закавказье вторглась многотысячная хазарская армия под командованием Тармача. В 730 году Джаррах был убит в битве при Ардебиле. Все завоевания арабов в Восточном Закавказье были потеряны. Остатки войск Джарраха бежали в Сирию, а набеги хазар достигли города Мосул.

Захват Дербента Масламой

Изгнав хазар, вновь назначенный наместник Халифа на Кавказе (709—732 гг.) Маслама добился контроля над южным берегом Самура (кстати, здесь он устроил своё поместье «Хауз-Хайзан»), затем над Лакзом и Табасараном и лишь после этого он подошел к осаде Дербента. Ему долго не удавалось взять Нарын-Калу, где засело около тысячи хазар. Маслама вынудил их уйти, отравив источник, из которого в крепость поступала вода. Заняв Дербент, Маслама решил вновь превратить его в опорный пункт на северных рубежах Халифата. Источник говорит: «Маслама ибн Абдулмалик переселил в город Баб-ал-Абваб („Ворота ворот“ — так арабы называли Дербент) 24000 жителей Сирии, обязавшись выдать им усиленное жалование… И построил (Маслама) амбар для провизии, амбар для ячменя и склад для оружия; он приказал вычистить цистерну (где запасали воду), исправил разрушенные места крепости». Тогда же в Дербенте возникли магалы: «Маслама разделил город на кварталы, из которых первый отдал выходцам из Шама, другой — племени Хаме, третий — выходцам из Дамаска, а четвёртый — арабам Джазиры». С этого времени Дербент становится центром для чатис Дагестана, подпавшей под контроль арабов и опорным пунктом охраны земли Халифата от вторжения хазар. Вся эта территория вошла в наместничество Халифата, называвшееся «Армения», включавшее Закавказье и земли к югу от него до реки Евфрат. Резиденцией халифского наместника был армянский город Двин, а к концу VIII века — горд Барда в Азербайджане.

Дербент управлялся отдельными наместниками, которых вначале присылали из столицы Халифата, а затем стали назначать из наиболее влиятельных арабских семей Дербента.

Строительная и административная деятельность Масламы оставила о себе память в дагестанских исторических преданиях, где он выведен под именем «Абу-Муслим», строящегомечети и насаждающего Ислам. По распоряжению Масламы, в Дербенте была воздвигнута Джума-мечеть, доныне являющаяся самой старой и самой крупной из построек такого рода в Дагестане.

Не столь удачными были военные действия Масламы. После одного крупного поражения, когда арабам пришлось бросить свой лагерь и бежать, «проходя по две остановки вместо одной», Маслама был окончательно смещен с наместничества. В 735 году это место занял двоюродный брат Масламы и халифа — Мерван ибн Мухаммад, один из самых жестоких завоевателей Дагестана.

Военные действия Мервана

Собрав огромную армию (150000 воинов), в 737 году Мерван нанес внезапный удар по Хазарии. По некоторым сведениям арабы, перейдя Терек, прошлись по всей южной Хазарии и даже дошли до Нижнего Дона. Была захвачена огромная добыча, десятки тысяч пленных хазар были переселены в Закавказье в качестве зависимых крестьян, каганату на некоторое время пришлось принять Ислам.

В политическом отношении горные земли представляли собой конгломерат раннефеодальных княжеств и племенных союзов. Два наиболее крупных государства — Лакз и Сарир — охватывали горную часть Дагестана с юга и с севера. В горном Дагестане было пять крепостей: ал-Балал (возможно Билистан), Амик (принят за Гумик), Шандан (принят за Кайтаг), Хайзадж (принят за Хунзах), и Хамзин (принят за Гимры). В равнинном Дагестане располагались владения Туман (у реки Сулак), Самандар, Валанджар, Джидан и Тарки. Местоположение Шиндана не вполне установлено.

Началась война с владетелями Дагестана. Мерван вторгся в Дагестан с Юга. Историк аль-Куфи сообщал: «Наступила зима и Марван зазимовал в местности, именуемой Касак. Когда же зима от него отступила и пришла весна, Марван решил вторгнуться в земли ас-Сарир … Марван выступил из Касака, переправился через реку ал-Кур и направился к городу, называемому Шаки. Из Шаки он отправился в земли ас-Сарир. Он добрался до крепости, которая называлась ал-Балал. Это была неприступная и мощная крепость. Он осаждал её целый месяц … Марван и его воины ворвались в [эту] крепость н захватили врасплох её защитников … [Марван ] приказал разрушить стены крепости и сравнять её с землей… После этого Марван направился к другой крепости, которую называли Амик (Гумик) и осадил её. Защитники Амика упорно сражались с ним, но Марван одержал над ними победу и перебил их воинов… Весть об этом дошла до владетеля ас-Сарира и он бежал от Марвана до тех пор, пока не добрался до крепости под названием Хайзадж (Хунзах). Однако Марван вскоре достиг крепости, осадил её, но несколько дней никак не мог овладеть ею … Марван оставался у ворот этой крепости полный год… Марван дал ему (царю Сарира) согласие на это, и между ними было заключено перемирие… Затем Марван отправился в путь и вскоре достиг крепости под названием Туман. Он заключил с её владетелем перемирие … Затем Марван направился дальше и вскоре достиг крепости Хамзин. Защитники крепости вступили с ним в сражение. Марван и владетель крепости сразились в жарком бою, и муслимы потеряли много убитыми … [Позднее] Владетель крепости Хамзин-шах бежал от арабов, добрался до другой крепости, где и укрылся … После этого Марван разослал свою кавалерию по земле Хамзнна и конники разрушили более 300 их селений. Затем он выступил в поход и добрался до их царя Хамзин-шаха, который укрывался в крепости. Марван решил осадить её, но Хамзин-шах заключил с ним перемирие … После этого Марван ибн Мухаммад стал покорять одну крепость за другой, пока не покорил все крепости стран ас-Сарир, Хамзин, Туман и Шандан, а также и те, до которых добрался. Затем он возвратился назад и остановился в городе ал-Бабе, где его захватила зима».

В другой исторической хронике сказано о захвате Шандана: «Они разорили Хайдак и предали смерти из числа других храбрых и мужественных князей князя, который назывался Газанфар-ал-Гарар („пожирающий лев“). И взяли они в плен их жен и детей, и предав смерти их родственников и покровителей, и разгромив с помощью Бога все их имущество». Ко второй зиме после начала этого похода, сопровождавшегося грабежом, разрушением городов и сёл, истреблением людей (то есть к концу 740 года), Мерван вернулся в Дербент.

В своем первом описании похода Марвана, историк аль-Куфи включил земли царства Лакз в южном Дагестане, без упоменания, в состав Сарира, что вероятно было небольшой неточностью в работе историка. Далее аль-Куфи сообщал, что Лакз южного Дагестана отошел от власти арабов: «Когда пришла весна, он [Марвана] призвал всех царей гор и к нему прибыли цари из Ширвана, Лайзана, Филана, Табарсарана и других стран, кроме Арбиса ибн Басбаса, царя лакзов, который отказался прибыть к нему. Марван ибн Мухаммад выступил и вскоре достиг села под названием Билистан, расположенного в среднем течении реки Самур. После этого он разрешил своим воинам совершать набеги по стране лакзов и они начали опустошать, грабить и жечь и так продолжалось в течение года. Арбис не выдержал этих событий и длительной осады и однажды ночью покинул свою крепость и бежал с некоторым числом своих воинов… Арбнс бежал до тех пор, пока не приблизился к городу Баб ал-Абвабу. Здесь беглецы увидели пастуха-гуляма и Арбис сказал своим воинам: „Возьмите барана из стада этого пастуха!“. Они взяли одного барана, и Арбис сделал в этом месте стоянку… Затем подошел этот пастух, у которого в руках были лук и стрелы, и встал за деревом. Вдруг он выпустил в Арбиса стрелу и убил его … Его спутники набросились на него и стали кричать на своем языке: „Ты убил царя!“ Пастух убежал и добрался до селения и рассказал всем о том, что он сделал. Пастух направился дальше и вскоре вошел в город Баб ал-Абваб. Он добрался до эмира города Усайда ибн Зафира ас-Сулами и сообщил ему обо всем … Усайд тотчас же вскочил на коня и с несколькими воинами прибыл к месту, где лежал убитый Арбис ибн Басбас. Он приказал отрезать его голову, забрал все, что при нём было и вернулся в город ал-Баб. Затем он вызвал своего сына Йазида, передал его голову [Арбиса] и сказал: „Отправляйся к эмиру Марвану и представь ему голову“… Йазид отправился и доехал до Марвана, который в это время находился напротив одной крепости в среднем течении реки Самур. Йазид ибн Усайд попросил разрешения войти к Марвану и ему разрешили. Он вошел и приветствовал Марвана, который спросил: „Как себя чувствует твой отец, о Йазид?“ Тот ответил: „Прекрасно, да ублаготворит Аллах эмира! А я пришел к тебе с новостью!“ Тот спросил: „А что это за новость?“. Йазид сказал: „Голова Арбиса ибн Басбаса!“ … Марван удивился этому и сказал: „Горе тебе! Арбис сейчас в своей крепости, а ты утверждаешь, что пришел ко мне с его головой?!“ … Тогда Йазид ибн Усайд рассказал ему о том, что произошло с Арбисом. Марван приказал надеть голову на его копье и выставить перед крепостью».

По словам арабского историка X века Табари: «Мерван, двинувшись по долине Самура, перебил жителей, разорил страну и оставался в ней целый год, не будучи в состоянии сломить сопротивление крепости, в которой заперся Опас». Наконец арабам удалось убить Опаса и принудить лакзов к капитуляции. В Лакз был назначен арабский наместник Хашрама ас-Сулами.

Большинство известных исследователей, начиная с К. Д’Оссона, В. В. Бартольда, В. Ф. Минорского, В. М. Бейлиса и др., отождествляют замок «Хайзадж» или «Х.мз.х» с селением Хунзах. Профессор А. Р. Шихсаидов, изучивший раннесредневековую историю Дагестана, в своих последних работах также отмечает, что «столицей Серира был Хунзах, один из значительных населенных пунктов Дагестана». По мнению известного востоковеда, специалиста по средневековой истории Дагестана Т. М. Айтберова под топонимом «Х.мз.х» следует понимать древнейший центр политической власти Северо-Восточного Кавказа — Хунзах.

Яростное сопротивление оказал арабам Хамзин. Разгневанный Мерван велел перебить всех жителей главной крепости княжества. В легендах жителей Гамринской долины до сих пор сохранились отзвуки этих событий. Здесь у развалин древнего городища Таргу-шахар находится небольшой мавзолей Оглан-беги. предание гласит, что там похоронена девушка, которая попала в плен вместе с другими жителями этого города, захваченного врагами. По приказу их начальства она была выдана самому отличившемуся из завоевателей. Но когда тот вел её по широкому гребню крепостной стены, девушка внезапно столкнула его вниз и сорвалась сама — оба погибли. Взбешенный этим, вражеский полководец велел до основания разрушить город и истребить пленных жителей. Весьма примечательно, что эта же легенда встречается в арабских исторических сочинениях ибн Асама ал-Куфи и ам-Табари (X век), а также и в «Дербенд-намэ», где названо имя завоевателя — Мерван и название города-крепости — Хамзин (от р. Гамри). После, войско Мервана ворвалось в Туман, который за год до того уже был ослаблен вторжением арабов и не мог сопротивляться.

Последствия похода Мервана

На все перечисленные государства и земли, захваченные арабами, была наложена дань зерном и людьми. Царь Серира должен был ежегодно поставлять дербентскому наместнику 1500 юношей и 500 девушек в рабство, а также привозить в зернохранилище Дербента 100000 мер зерна (1 мера того времени имела объем около литра, то есть 0.6 кг зерна), жители Тумана были обязаны поставлять 500 юношей и 150 девушек и 20000 мер зерна, Зирихгерана — 50 юношей и 10000 мер зерна, Хамрина — 30000 мер зерна и в разовом порядке — 500 юношей и девушек, Лакза — 20000 мер зерна, Табасарана — 10000 мер зерна, Шандана — 100 юношей и девушек в разовом порядке и 5000 мер зерна ежегодно. Кроме того, каждое из этих государств и союзов должно было во время войн выставлять вспомогательные отряды для армии наместника, причем было точно определено даже место этих отрядов в боевом и походном строю.

Арабы переходят от захвата добычи к попыткам регулярного взимания дани. Однако дань взимается не с каждого поданного в отдельности, а с государства в целом, причем сбор и доставка её возлагаются на местных феодалов. Это свидетельствует о слабости власти Халифата в горах. В районах, которые полностью контролировались арабами, с каждого жителя взимался поземельный налог — харадж, а если тот не был мусульманином, то добавлялся ещё и подушный налог — джизья. Этим, очевидно, объясняется то, что в период сохранения Халифата арабы не проявляли особого усердия в распространении ислама среди дагестанцев — ведь рост числа мусульман повлек бы за собой и сокращение доходов от налогов. Вплоть до X века ислам в Дагестане распространялся лишь в Дербенте, Табасаране, южной части плоскости и нижней части Самурской долины, причем не сплошь, а отдельными очажками. Старые верования (языческие, христианские, зороастрийские) продолжали преобладать.

Недолго, однако, продержался такой порядок. В самый разгар похода на «язычников» дуданийцев (вероятно, дидойцев) в 744 году Мерван получил известие, что в Дамаске убит его родственник — халиф, а династия Омейядов, к которой он принадлежит, отстранена от власти. Мерван с войском поспешил в столицу Халифата; вскоре он погиб. Дагестанские земли тут же прекратили выплату страшного налога и всякие связи с Дербентом, в котором то и дело менялись «властители». Одновременно разваливалась вся система страны халифатской границы.

Аббасидская политика в Дагестане

Восстание в Дагестане и союз с хазарами

В 750 году власть в Халифате перешла к династии Аббасидов. Внутренние распри ослабили державу халифов, и отныне они стремились уже не к расширению её границ, а хотя бы к удержанию завоеванного их предшественниками. Теперь у халифов нет возможности бросать всё новые и новые войска на окраины огромного государства — они стремятся создать себе опору среди местных верхов. Поэтому правитель «наместничества Армении» на этот раз не был прислан из столицы Халифата, как бывало прежде. Халиф предпочел выбрать его из числа арабских семей, давно живших на Кавказе. Им стал дербентский правитель Йазид, сын сподвижника Мервана, из местной арабской семьи Сулами, которая позже утвердила за собой Дербент.

В это время силы арабов были ослаблены недавней распрей, охрана границы — дезорганизована, а какая-либо поддержка горцев невозможна. Поэтому, когда в 762 году хазары начали войну, им без труда удалось проникнуть в Закавказье. Правителю Дербента, Йазиду, пришлось бежать в Ширван, где уже Мазйад, основатель династии Мазьядидов, создал независимое государство. С трудом собрав армию, в которую пришлось мобилизовать даже 7000 преступников из тюрем, правительство Халифата заставило хазар отступить. Сейчас же после этого вдоль стены Баг-Бари были построены поселения Камах, ал-Мухаммадия, Баб-Вак и другие, куда были поселены воины-арабы. Ныне это село Камах, Хи-мейди, Дарвак и др., причем ещё в конце XIX века население Дарвака сохраняло арабский язык.

Между тем халиф Харун ар-Рашид решил окончательно взять в руки положение на хазарской границе. В 90-х гг. VIII века он посылает в окрестности Дербента 12000-е войско, а в самом городе ставит нового наместника. Это, однако, закончилось плачевно. Присланное войско было разбито жителями Хамрина, а наместник своей тиранией восстановил против себя не только коренных жителей, но даже дербентских арабов. Когда он, наконец, убил своего предшественника — местного араба ал-Наджма ибн Хашима, то сын убитого поднял в Дербенте антихалифское восстание, пригласив на помощь хазар и горцев. Это случилось около 797 года. Восставшие дошли до реки Куры, волнения продолжались 70 дней. Халиф пошел на уступки и вынужден был сменить двух высших представителей власти, а новый наместник — Йазид ибн Мазйад — пообещал считаться с интересами местных феодалов. После этого восстание пошло на убыль, а Дербент стал частью Ширвана.

Действие хазар в 797 году — это последний их поход в Закавказье, о котором сообщает источник. Самые продолжительные и ожесточенные боевые действия арабов вначале шли вдоль наиболее важного международного торгового пути по западному побережью Каспия. Наибольшим реальным военным достижением халифатских завоеваний был здесь захват Дербента и ликвидация хазарского влияния на Восточном Кавказе.

Ещё более примечательно, что никогда прежде местные арабы не объединялись с местными жителями против Халифата. Местные интересы феодалов без различия языка и религии теперь стали для них важнее, чем судьба феодальной державы в целом.

Другим грозным предвестником распада Халифата было широкое народное антифеодальное движение хуррамитов в Закавказье. Первые сведения о них восходят к 808 году. Когда движение в 816 года возглавил пастух Бабек, оно переросло во всенародную крестьянскую войну. В 837 году восстание было подавлено, однако последствия его долго давали себя почувствовать по всему Кавказу, в том числе и в Дагестане: ведь более 20 лет Дербент и его округ были отрезаны восставшими от Халифата. За этим последовали выступления 842—847 гг., в которых приняли участие все недовольные Халифатом — от широких масс крестьян до феодалов-сепаратистов. «Дела в Армении снова расстроились: заволновалась часть арабов, батрики и отложившиеся; цари гор и Деребнта захватили соседние области, и власть султана ослабла», — пишет историк Якуби.

Дагестанские «цари гор» были крепко связаны с антихалифатскими силами Закавказья. Так эмир Тифлиса был женат на Сарийе, дочери Бухт-Йишо II, царя Сарира. Их союзу не помешала даже разница религий. В 869 году в Дербенте восстанавливается власть местного арабского рода ас-Сулами — это приводит к отпадению Дербента и других дагестанских земель от Халифата. Так образовался Дербентский эмират, первым правителем которого стал Хашим ибн Сурака.

До начала X века на Кавказе ещё существуют наместники халифа, иной раз пытающиеся укрепить свою власть. Один из них — Юсуф Саджид контролирует Дербент, а в 917 году даже ремонтирует крепостные стены. Но после его смерти (928 год) и Ширван и Дербент окончательно отделяются от Халифата. Период власти халифов в Дагестане заканчивается.

Итоги политики Халифата

Два века длилась героическая борьба дагестанских народов против Халифата за свободу и независимость. Она широко отразилась в фольклоре дагестанских народов.

Последствия постоянных войн с халифатом были тяжелы. Огромные разрушения и большие людские потери понес Дагестан. К началу X века перестали существовать такие государства как Хамрин и Шандан. Табасаран стал частью Деребнта или Ширвана. Образовалось Шамхальство со столицей в бывшем Гумике. В 777 году было завершено строительство первой соборной мечети в Кумухе. На месте Хайдака было образовано другое исламское государство — Кайтагское уцмийство. Вторжение арабов нарушило закономерный ход развития дагестанского общества, его экономику и культуру. Ещё более печальным для Дагестана были последствия походов газиев.

Начало насаждения ислама

Арабские завоеватели принесли с собой свою религию — ислам. Для религиозно-правовых и обрядовых норм ислама назначались кадии (судьи, осуществлявшие правосудие на основе шариата) и другие священнослужители. Строились мечети. Ещё в VIII веке мусульманские кадии были в Дербенте, Табасаране, Кумухе, Кюре, Рича, Кайтаге. Позднее появились и в других местах.

Однако основная масса жителей Дагестана с трудом отказывалась от своих прежних верований и обрядов! Сохранились предания о сопротивлении введению новой религии в Серире, в Лакзе и в Кубачи. В VIII веке в Цунте, в ущелье Лавкадан действовала церковь, христианами являлись не все дидойцы, но она по-прежнему являлась государственной религией Серира и Лакза. Дербент и Кумух постепенно становились центрами распространения ислама. отсюда при господстве Халифата предпринимались регулярные экспедиции сторонниками «борцов за веру». Насаждение Ислама в Дагестане затянулось до XV века. К моменту отпадения Дагестана от Халифата ислам утвердился лишь в Дербенте, на плоскости и в предгорьях к югу от него и в Табасаране, то есть в землях, где раньше утвердились феодальные порядки и сильны были связи с ранее исламизированным Восточным Закавказьем.

Независимость Дагестана

В IX веке в связи с начавшимися смутами в Халифате, Сарир приобрёл независимость. Царь Сарира вмешивался в дела новообразовавшихся государств Ширвана и Дербента и принимал участие в региональных войнах. В 851 году Ширваншах напал на владетеля Сарира. В 968 году Ибрагим бин Марзубан занял Ширван и приказал эмиру Дербента Ахмаду подчиниться. Впоследствии эмир ал-Баба в союзе с царём Сарира напал на Ширван.

В Сарире дербентские эмиры находили себе убежище и поддержку во время внутренних неурядиц и внешней опасности со стороны ширваншаха. Позднее Дербент стал союзником Ширвана и «народ ал-Баба» перебил сарирцев. В 971 году владетель Сарира нанес поражение ал-Бабу. В 1064 году по подстрекательству Ширвана, владетель Сарира напал на ал-Баб. Царь Сарира совершал успешные походы на равнинные владения хазар. Как писал Аль-Масуди: «Царь Сарира с успехом воюет с хазарами и одерживает победы над ними, потому что они на равнине, а он в горах».

В условиях ослабления позиций Хазарии и Халифата на Кавказе, Сарир выступал как самостоятельная сила и в X веке был пик его могущества. Царь Сарира именовался в арабских источниках как «хакан ал-джибал», или-же правитель гор. Новосельцев А. П. писал, что «крупнейшим владетелем горного Дагестана был сахиб ас-серир». Сарир характеризовался как «страна горная и степная». Союзнические отношения Сарира с Аланией, сложившиеся очевидно на антихазарской почве, подкреплялся династическими браками. Исхак ибн Исмаил, правитель Тифлиса (830—853), был женат на дочери царя Сарира.

Согласно В. Г. Гаджиеву и В. М. Бейлису, царство Сарир было общедагестанским государством фигурирующим во всех источниках наряду с Царством Алан, Хазарским Каганатом и Киевской Русью. Якуби писал, что в Арране 4000 селений и большая часть их принадлежала царю Сарира. Согласно профессору А. Д. Даниялову, Ширван был древней территорией Сарира. Один из царей Сарира носил имя Авар. Сарир был связан с такими центрами как Танус и Хунзах. В X веке большая часть Дагестана, за исключением Гумика, была под влиянием царя Сарира.

После 1067 года Сарир в хрониках уже не упоминается. Выходец из Дагестана Абу Мухаммед Ильяс ибн Юсуф ибн Заки, известный как Низами Гянджеви, в «Искандер-намэ» посвящает Сариру две сотни строк.

Монгольское вторжение в Дагестан — вторжение войск монголов на территорию Дагестана, начатое в годы правления Чингисхана.

Первое вторжение

Захват Дербента и Анди

Опустошив и разорив часть Грузии, монголо-татары направились в Ширван и захватили Шемаху. Вот как описывает Ибн аль-Асир взятие Шемахи: «Татары осадили… город Шемаху. Жители его бились с ними и упорно выносили осаду… Бой свирепствовал три дня, и близка была гибель их… и тогда жители сказали друг другу: „Нельзя уйти от меча: для нас первое дело стойкость, умрем почётно“». Однако ослабевшие жители не выдержали натиска численно превосходящих сил монголо-татар. Город был взят приступом, затем опустошён и разграблен завоевателями, большое количество жителей было истреблено. После взятия Шемахи в 1222 г. монголо-татары отправились в сторону Дербента, через который они намеревались пройти на Северный Кавказ. Но через сильно укреплённый Дербент пройти им не удалось.

Об этом пишет Рашид ад-Дин: «Так как проход через Дербент был невозможен, то они — монголо-татары — послали к ширваншаху (сказать): Пришли несколько человек, чтобы нам заключить мирный договор. Он прислал 10 человек из старейшин своего народа; одного они убили, а другим сказали: Если вы укажете нам дорогу через это ущелье, то мы пощадим вам жизнь, если же нет, то вас также убьём. Те из страха за свою жизнь указали (путь), и они (монголы) прошли».

С этим описанием почти дословно совпадает сообщение Ибн-ал-Асира. «Монголо-татары, — пишет он, — захотели перейти Дербенд, но не смогли это сделать. Тогда они послали к ширваншаху, царю Дербсида-Ширвана, сказать ему, чтобы он прислал к ним посла, который бы заключил с ними мир, и тот послал десять человек из своих высокопоставленных лиц. Татары убили одного, а остальным сказали: „Если вы укажете дорогу, по которой мы могли бы перейти его, Дербенд, то вам будет дан аман, в противном случае мы вас убьём, как мы убили этого человека. И те показали дорогу“. Менее подробны свидетельства другого персидского историка Джувейи: «Когда он (отряд монголо-татар) прибыл в Дербенд и никто не сообщил, что здесь какое-нибудь войско проходило или вступало в бой, они прибегнули к хитрости и прошли через него (ущелье)».

Несколько иное описание даёт Киракос Гандзакеци. «Из Грузии,— пишет он,— монголо-татары направились к Дербентским воротам с намерением возвратиться восвояси. Однако таджики, владевшие Дербентом, не пропустили их». Этими «таджиками», возможно, были 50000 дружественных хорезмшахам кипчаков, захвативших Дербент и отрезавших монголам путь на север. С этим можно согласиться, поскольку кипчакские племена, как указывает арабский историк ан-Насави, были связаны с хорезмшахами «дружбой и любовью», что, видимо, послужило причиной враждебности монголо-татар к кипчакам, так как последние были, как отмечает тот же автор, и «корнем их (хорезмшахов) славы и основой многочисленности их войск».

Однако сообщение Киракоса Гандзакеци ещё не дает основания считать, что Дербент обороняли только кипчаки. Возможно, Киракос Гандзакеци под «таджиками» имел в виду самих жителей Дербента, которые мужественно обороняли город и не пропустили врага. Кроме того, если бы кипчаки обороняли Дербент, то такие осведомлённые авторы, как Ибн-ал-Асир и Рашид-ад-дин, несомненно, сказали бы об этом. Что же касается 50000 кипчаков, о которых говорит ан-Насави, здесь, по всей вероятности, речь идёт о кипчаках, которые пришли к Дербенту уже позднее по просьбе хорезмшаха Джалал-ад-дина с целью захватить город и укрепиться здесь против монголов, что не имело успеха.

Хотелось бы указать на не логичность и абсурдность вышесказанных аргументов, глупое сравнение таджиков с кипчаками, два абсолютных разных народа, с разными языками, и на явное искажение истории. Во-первых, как известно, таджики являлись одними из коренных народов Средней Азии и крупнейших центров государства хорезмшаха и естественно входили в состав его войск, и упоминание средневековым кавказским историком Киракосом Гандзакеци о том, что "таджики владели Дербентом и не пропустили их (монгол) ", ясно это доказывает, ибо если это были кипчаки, то Киракос Гандзакеци указал бы, что это были кипчаки. Во вторых, утверждение о том, что "под таджиками" имелись ввиду жители самого Дербента, тоже нелепое и нелогичное. Зачем кавказскому историку, родившемся на Кавказе и далекому от таджиков называть жителей Дербента таджиками? Он даже, не написал "персы ", которые находятся близко к Кавказу, а выделил и уточнил словом "таджики", название народа, являющимися единственными персами в Средней Азии.

Итак, когда монголо-татары убедились, что через Дербент пройти им не удастся, то, как свидетельствует Киракос Гандзакеци, «убийствами и угрозами узнав у заложников обходную дорогу, по неприступным местам перешли Кавказские горы, заваливая пропасти деревом, камнями, бросая туда свой багаж, даже лошадей и военное снаряжение, и таким образом прошли обратно на свою родину». Сведения Киракоса Гандзакеци подтверждаются другим армянским историком Себастаци, который пишет, что когда жители «Дербента не пропустили их — монголов, тогда они пересекли труднопроходимые места Кавказских гор и ушли». В создавшейся ситуации единственной дорогой, по которой монголы могли выйти на Северный Кавказ, была дорога через внутренний Дагестан по труднопроходимым горам, по которой с большими трудностями, заваливая пропасти деревом, багажом своим, даже лошадьми и снаряжением, прошли завоеватели.

Здесь можно было бы допустить, что монголо-татары, обойдя Дербент, могли выйти на прибрежную часть Дагестана, но приведенные сведения Киракоса Гандзакеци и Себастаци дают нам основание говорить о том, что монголо-татары прошли именно через внутренний Дагестан. «Пройдя Дербенд-Ширван, — писал Ибн-ал-Асир, — татары вступили в области, в которых много народностей: аланов, лакзов и несколько тюркских племен (таифа), ограбили и убили много лакзов-мусульман и неверующих, произвели резню среди встретивших их враждебно жителей тех стран и дошли до аланов, состоявших из многих народностей». Из этих строк можно сделать вывод о том, что народы Дагестана самоотверженно боролись против монголо-татар. Устраивали засады, решительно вступали в бой с превосходящими силами врага.

Из-за отсутствия достоверных сведений не представляется возможным установить точный маршрут продвижения монголо-татар через Нагорный Дагестан при первом походе в 1222 г. По мнению известного краеведа Б. Малачиханова, монголо-татары могли пройти на Северный Кавказ только через внутренний Дагестан по маршруту р. Самур—Курах—Кумух—Чох—Гидатль и Чечня». «Мы рассматриваем трассу,— подчеркивает он,— как чрезвычайно важный стратегический путь с Юга на Северный Кавказ в обход Дербента и всей приморской узкой полосы, и не могло ли случиться, что в первый свой приход на Кавказ в 1222 году монголы шли на север именно по этому пути через Кумух».

Конечный пункт, где побывали монголо-татары при первом походе через Дагестан, это Анди. В пользу данного предположения говорят и предания, которые сохранились в этих местах. В частности, в одном из них говорится, что путь монголам преградили андийцы, и вблизи селения произошло кровопролитное сражение. Горцы, несмотря на проявленное мужество, были разбиты. Монголы, уходя, оставили здесь своего ставленника по имени Елук, с которым местные жители связывают строительство в этих местах крепости и укреплённых населённых пунктов Рикваки и Ашали. Любопытно отметить, что ныне в село Гагатли сохранился род Елукилал, происхождение которого связывают с именем монгольского ставленника Елука.

Выбравшись с большими трудностями и ценой значительных потерь из Дагестана, монголо-татары двинулись дальше на север и «прибыли к аланам — народу многочисленному, к которому уже дошло известие о них».

Первый поход монгольских войск показал, что ни в одном регионе не удалось организовать эффективные коллективные усилия по организации сопротивления. Отсутствие единства, политическая раздробленность и междоусобицы вот что могли «противопоставить» потоку хорошо организованной сплочённой монгольской армии правители завоёванных земель.

Вторжение Джалладдина

Политика хорезмшаха Джалаладдина, преследуемого монгольскими отрядами, может служить иллюстрацией к сказанному. Он вступил в борьбу с завоевателями, но вместо создания антимонгольской коалиции он начал военные действия против Ирана, закавказских государств, захватил Тебриз, Тбилиси и Двин. Изгнанный в 1226 г. армянскими и грузинскими войсками из своих стран, Джалаладдин задумал захватить Дербент с помощью призванных им на помощь кипчаков. Они «стали разорять поселения Дербента вне его стены. Последствия уничтожений и разрушений были таковы, что казалось, что вчера здесь не было ничего».

Всё это вызывало массовое недовольство населения. По сообщению Рашидаддина, народы Кавказа выступили против действий хорезмшаха: среди них историк называет «сериров и лезгин», подчёркивая тем самым участие горцев Дагестана в этой борьбе.

Героические усилия местного населения жестоко подавлялись, расправы над некоторыми или покорёнными селениями носили массовый характер. Как писал известный востоковед И. П. Петрушевский, «… при чингизовских завоеваниях мы видим уже не стихийные жестокости и разрушения, а организованные приёмы массового истребления мирного населения, опустошение целых районов, применявшиеся чингизовыми полководцами. Это была целая система террора, проводившаяся сверху и имевшая целью организованное истребление способных к сопротивлению элементов населения, запугивания мирных жителей и создание массовой паники в завоёванных районах». Выдающийся русский историк С. М. Соловьёв отметил, что «по приказанию Чингисхана не должно щадить именья и жизни врагов, потому что плод пощады сожаления».

Второе вторжение

Весной 1239 года от огромного войска, осаждавшего город Магас, столицу Алании, отделился отряд под командованием Букдая. Пройдя весь Северный и Приморский Дагестан, он свернул в районы Дербента. Так монголы вновь ворвались в Дагестан, «что должно было не только обеспечить тыл улуса Джучи с этой стороны, но и создать плацдарм для вторжения его войск в Закавказье через Дербентский проход». Рашид ад-дин пишет о монголах, что весной 1239 году, «назначив войско для похода, они поручили его Букдаю и послали его к Тимур-Кахалка с тем, чтобы он занял и область Авир». Тимур Кахалка (в пер. с монгольского «Железные ворота»), упоминаемый здесь, это Дербент, который был взят и разрушен. Монах-минорит Гильом де Рубрук, посетивший город в 1253 году, писал, что «… татары разрушили верхушки башен и бойницы стен, сравняв башни со стеною. Внизу этого города земля считалась прежде за настоящий рай земной».

В настоящее время обоснованно отвергнуто мнение Рубрука о разрушении башен, но это не значит, что запустение города не было связано с монгольскими завоеваниями. Арабский географ Абул-Фида (ум. в 1357 году) писал, что «… со слов некоторых путешественников, Баб ал-хадид это городок, подобный деревням на Хазарском море… Баб ал-хадид незначительный, мало населённый, маленький городок». Это было итогом пребывания монгол в Дербенте.

Монгольский отряд, отправившийся из Дербента, избрал маршрут Дербент-Хив (или Курах)-Рича-Чираг-Гумик. Сохранившиеся до сих пор остатки мечети ХII-ХIII вв. в Хиве это, по всей вероятности, последствие пребывания здесь монгольских отрядов, наказавших жителей за защиту своего селения. Упорное сопротивление завоевателям оказало селение Рича, в то время столица маленького феодального владения. Защита селения Рича — одна из самых ярких страниц освободительной борьбы народов Дагестана. В стене старой ричинской соборной мечети ХI-ХII вв. до сих пор сохранились надписи, зафиксировавшие трагические события тех дней и доведшие до нас известия о мужественной борьбе жителей Рича и соседних селений). Первая надпись рассказывает: «Пришло войско татар да не будет им от Аллаха большого передела, в Баб ал-Кист Риджу („в ворота справедливости Ричу“), когда от месяца раби алаввал оставалось десять дней. Затем воевали с ними жители Риджи до середины раби ал-ахира шестьсот тридцать седьмого года». Если перевести даты на современное летоисчисление, то выясняется, что сражение в Рича началось 20 октября 1239 года и закончилось примерно 15 ноября этого же года. Таким образом, селение героически сопротивлялось 27 дней. Это позволяет предположить, что ричинцам активно помогали жители многих соседних селений.

Если первая надпись повествует о военных событиях в целом, то вторая зафиксировала разрушение селения и мечети: «Эту соборную мечеть Баб ал-Кист Риджи разрушило татарское войско в то время, когда разрушили курд Риджу в месяц раби ал-ахир… шестьсот тридцать седьмого года», то есть в ноябре 1239 года. В тексте употреблено слово курд, что у местного населения (агулов) означало крупный населённый пункт. Третья надпись уточняет дату разрушения селения это «когда оставалось девять дней месяца раби ал-авал», то есть 12 октября 1239 года, через день после штурма.

Вероятно, защитники селения обосновались за стенами соборной мечети, где выдержали натиск в течение 27 дней. Мечеть подверглась разрушению, была сожжена. Следы пожара сохранились до наших дней. Пребывание монгольских отрядов в Южном Дагестане нашло отражение в топонимической номенклатуре: Татарханхюр («селение Татархана», или «селение татарского хана»), Магуде-ре (то есть «Магьу-ущелье», что может быть переведено как «монгольское ущелье», или «тюркское ущелье»), квартал «Татарар» («татары») в сел. Даркуш.

Таким образом, события осени 1239 года, зафиксированные в эпиграфическом материале из сел. Рича, и события начала 1240 года, о которых рассказано выше, взаимосвязаны и представляют собой два эпизода из военных акций, предпринятых монголами в районы Центрального Дагестана. Весь комплекс приведённых выше материалов даёт основание полагать после захвата и разорения селения Рича монголы воспользовались перевальной дорогой, что к западу от Рича, ведущей к верховьям р. Казикумухское Койсу, вторглись в земли лакцев и в начале апреля 1240 года штурмом взяли Кумух (Гумик, Кумук). Несмотря на отчаянные попытки завоевать ключевые позиции в горных районах Северного Кавказа, продолжавшиеся четыре года, монголо-татарским войскам не удалось покорить во многих местах местное население. Вторжение 1239—1240 гг. в районы Центрального Дагестана также не укрепило здесь позиций монгольских отрядов. В последующем мы уже не имеем сообщений о том, что власть монголов здесь утвердилась. Напротив, источники свидетельствуют о том, что внутренние районы Дагестана очень быстро освободились из-под власти завоевателей. В июле 1241 года, как повествует надпись из селения Рича, здесь уже местный правитель строит крепость, а в 1250 году восстанавливается ричинская мечеть.

Захват Шамхальства

Обосновавшись в Дербенте, монголы предприняли попытку проникнуть в глубь гор (в «область Авир») с целью обеспечить там самим себе надёжность пребывания в равнинной и предгорной полосе. Одна из таких попыток была предпринята осенью 1239 года, когда удалось воспользоваться междоусобицами дагестанских правителей. Дагестанская историческая хроника «Тарих Дагестан» фиксирует: «между эмирами Гумика и султанами Хайдака разбилось зеркало согласия усилиями сатаны наиболее заклятого из врагов, упрямство разъединило их, ибо исчезла добродетель среди людей и распространилась ложь, зло и порок. В этих распрях не осталось места ни благоразумию, ни здравому смыслу».

В этих распрях, продолжает составитель хроник, султаны Хайдака потерпели поражение, были вынуждены бежать в Аварию, с правителями которой заключили «… союз делить добро и зло при всех обстоятельствах. В это время между правителями Аварии и эмирами Гумика началась страшная война и сатанинские распри». Правитель Аварии отправил посольство «к Султану Каутар-шаху, в страну тюрк» (вероятно в Дербент), и в итоге было заключено двустороннее соглашение «между собой в дружбе и добрососедстве, оказывать взаимную помощь в борьбе с врагами», причём соглашение было подкреплено родственными узами. Во исполнения этого соглашения «… пошёл Каутаршах на Гумик с войсками тюрок с восточной стороны», а войска «вилайата Авар» и Хайдака «с западной стороны».

Таким образом, получается, что Монголы застали дагестанские государства в момент их междоусобицы. «Каутар-шах тогда повел своих турок с востока, а Саратан с князьями Хайдакскими направил войска аварские с запада против Кумуха, куда они прибыли во вторник 1-го Рамазана в дни Нажмудина». Далее Мухаммед Рафи отмечает, что «обитатели Кумуха сражались с большим мужеством, и последние защитники крепости — 70 юношей — пали мучениками. Эти заняли укрепления выше мечети Кикули и обязали себя клятвой сражаться и пожертвовать имуществом, жизнью, телами. Когда эти юноши исполнили свой долг в укреплении, оба князья Саратан и Каутар опустошили Кумух в субботу месяца Сафар… и все князья Кумухские, происходящие от Хамзы, рассеялись по разным частям света…». При обороне Кумуха лакско-арабское войско потеряло 1033 воина. Судя по «Тарихи Дагестана», арабская династия Кумуха была пресечена и, следовательно, Шамхальство было захвачено монголо-татарами. Под Каутар-шахом здесь следует понимать монгольского предводителя. Страна тюрков, принявшая активное участие в войне Аварии и Кайтагских эмиров против Кумуха, как полагает исследователь И. Ш. Гусейнов, — это Золотая Орда.

Монголы и Аварское ханство

Выше уже приводилось высказывание Рашидаддина о том, что Букдай был послан для подчинения Дербента и потом «область Авир». Под Авиром следует понимать Аварию, а в данном случае, возможно, Нагорный Дагестан вообще. Что касается Аварии, то о проникновении туда монголо-татар ни в местных, ни в восточных, ни в закавказских источниках нет никаких известий. Некоторые исследователи, в частности А. Е. Криштопа и Р. М. Магомедов, при отсутствии сведений о вторжении монгол в горы Дагестана приходят к выводу о том, что зависимость горных районов Дагестана была кратковременной, несмотря на временные успехи монголо-татар (Магомедов Р. М., Криштопа А. Е., 1978). Однако неоспоримых источников для подобных утверждений также нет. Более того, по сообщению европейского путешественника Плано Карпини, в числе народов, покорённых монголами в XIII в., перечисляются лишь кумухцы, аланы, тарки и черкесы. К сожалению, арабские источники, оставившие ценные сведения о героической борьбе жителей селений Рича и Гумика и их союзников, не сообщают о дальнейшем маршруте монголо-татарских войск. Нет в этих источниках известий о пребывании завоевателей в Аварии. Однако грузинская хроника «Картлис Цховреба» рассказывает, что при грузинском царе Давиде (1223—1269) «предводитель монголов Ала Темур по Белоканской дороге вступил в Гундзети, царь гундзов (гундзи, хундзи, хуюахцы) преградил ему путь, но монголы победили, прошли гундзскую страну и пришли к монгольскому хакану».

О том, что победоносная монгольская армия не покорила Аварию, пишет и известный кавказовед Л. И. Лавров. Подобное, очевидно, могло иметь место по причине промонгольской ориентации новых правителей Аварии — нуцалов. Для монголов, завоевавших огромные территориии Азии и Европы, покорение Аварии, видимо, не являлось проблемой. Однако иметь с Аварией дружеские взаимоотношения, а возможно, и военный союз, было для монголов более предпочтительным решением проблемы.

Магомедов А.Г. подтверждает эту версию. Он сообщает, что согласно свидетельству Рашид-ад-дина, осенью 1242 года монголы предприняли поход в Горный Дагестан. По всей видимости, они проникли туда через Грузию. Однако путь завоевателям преградили аварцы во главе с аварским ханом. Все попытки монголов покорить Горный Дагестан не имели успеха.

Изначально установившиеся мирные взаимоотношения между монголами и Аварией могут быть связаны и с исторической памятью монголов. Они, очевидно, имели информацию о воинственном Аварском каганате, сложившемся в IV в. на древней территории Монголии, где впоследствии зародилась и империя Чингис-хана. Возможно, сознание единства прародины двух народов и определило лояльное отношение монголов к аварам, которых они могли воспринять как древних соплеменников, оказавшихся на Кавказе задолго до них.

С покровительством монголов, очевидно, следует связывать и отмечаемое в источниках резкое расширение границ государства и развитие хозяйственной деятельности в Аварии. В одном из подобных источников монгольской эпохи отмечается: «Знаете, что Дагестан — прекрасная страна, благословенная для своих обитателей, грозная для других и изобилующая богатствами, благодаря справедливости народа. В этой стране много городов, много владений и три земли: Авар, Сахль и Зирихгеран… Во владении аварском, иначе называется Танус, это есть самое могущественное из дагестанских владений… жил государь… имя его было Суракат».

Таким образом, новая правящая династия Аварии — Нуцалы, опираясь на могущество монголов, очевидно, и положила конец династии царей Серира и путём государственного переворота навязала Аварии новых правителей — нуцалов, которых впоследствии, также по монгольским традициям, стали именовать ханами. Аварские ханы, очевидно, не без помощи монголов распространяли свою власть далеко за пределы Аварии. Как сообщает древний историк Мухаммед Рафи, «аварский хан получал доход со всех владений, и ему посылались все подати налогами и десятинами от всех обитателей Дагестана, начиная от страны черкесов до Шемахи». Примечательно также, что в 1313 г. Мухаммед Рафи писал, что в «благословенной прекрасной дагестанской стране существовали многие виды податей… от всех обитателей страны в пользу „презренных государей“, „творцов жестоких дел“». Презренными, очевидно, оставались аварские нуцалы, выступавшие, судя по местным хроникам, узурпаторами власти в царстве Серир.

Золотоордынские ханы, желая привязать к себе труднодоступные земли Аварии и этим обеспечить контроль над значительной частью Восточного Кавказа, возможно, и передали под власть правителей последнего обширные равнинные и предгорные территории на Северо-Восточном Кавказе. Об этом можно судить и из сообщений Хамдуллы Казвини, который отмечает о довольно обширных размерах Аварии в начале XIV в. (протяженностью якобы в один месяц пути), объединявшей равнинные и горные районы. Крупным политическим образованием, включившим в свой состав даже Табасаран, считал Аварию и поэт Бадр Ширвани. Об этом пишет и Хамдулла Казвини, который отмечает, что «табасаранцы всегда в составе Авара». Из всего сказанного следует, что аварские правители при поддержке Золотой Орды распространили свою власть на стратегически важные для монголов территории, которые с гор контролировать было легче, чем с равнины.

И, наконец, о прочных связях Аварии с монголами во второй половине XIV в. свидетельствует хранившаяся в архиве аварских ханов грамота от имени «татарского» князя «Бахти». По поводу этой грамоты Умма-хан, Нуцал IV, Аварский, сообщил якобы русским офицерам, что «авары», подданые его предка, «бунтовались» против последнего и «его из владения своего выгнали». Речь, очевидно, идет об Амир-Султане. Лишённый трона предков Умма-хан отправился в Орду и, получив там «войска в помощь», возвратился в горы, «подданных своих смирил и успокоил». Он таким образом над аварами укрепился, а письмо укрепительное, которое он из Орды с собой принёс, и ныне ещё в его, то есть Умма-хана, в «охранении».

Разобравшись в общей военно-политической ситуации на Кавказе с нашествием монголов, местная оппозиция царю Серира с помощью тюрок-наёмников, которые составляли основное ядро дружины царя Серира, установила в Аварии новую власть нуцалов. Ориентация новых правителей страны на монголо-татар и определила значительное расширение территории государства, а также отмечаемые письменными источниками успехи в развитии хозяйственной деятельности местных народов.

Таким образом, мнения историков о гнёте монголов на завоеванных территориях, в том числе и в Аварии, вызывают большие сомнения, поскольку не находят подтверждения. Промонгольская ориентация новых правителей (нуцалов) Аварии и служила, очевидно, гарантией безопасности страны от возможных внешних вторжений, в том числе и от самих монголов. Монголо-татары, имея политическое влияние на Аварию, способствовали и развитию феодализма в стране, о чём может свидетельствовать распространение титулов новых правителей под названием нуцалы и ханы. Новые, монгольские по происхождению титулы не могли быть приняты местными правителями без их влияния. С ними связана и распространённая в Аварии практика раздачи грамот и ярлыков монголами на право правления.

Итоги вторжения

Одним из главных событий в результате вторжения монголов является смена правящей династии в шамхальстве. Арабская династия была пресечена монголами в 1239 году и в вскором времени была заменена монгольской династией — Джучидами.

Изучение источников показывает, что монгольская власть во многих районах Северного Кавказа не была продолжительной. В середине ХIII века, со слов Плано Карпини здесь имелись земли, «доселе ещё не подчинённые им», то есть монголам, а Рубрук (он писал о положении дел в 1253—1255 гг.) среди непокорённых народов называет адыгов(Черкесия) («зикия», «черкесы»), алан и дагестанцев («лезги»). Аланы и черкесы, писал он, борются против татар, и «некие сарацины, именуемые лесгами, равным образом не подчинены татарам».

В 1256 году подобное положение сохраняется, ибо Рубрук, возвращаясь через Дербент, ещё раз упоминает о «сарацинах го имени лесги», горцах, которые живут между морем и горами и «также не покорены) так что татарам, жившим у подошвы гор аланов, надлежало дать им 20 человек, чтобы проводить нас за Железные ворота», то есть за Дербент.

Если основная часть Дагестана оставалась независимой, то Дербент с прилегающей равнинной полосой к 1256 г., то есть к началу образования государства Хулагуидов, находился в составе Золотой Орды. В районах, подпавших под власть монголов, они установили общую для государства систему эксплуатации. Как сообщают грузинские источники, «Батый поручил своему чиновнику Аргуну отправляться по всей монгольской империи, чтобы сделать перепись. С этой целью Аргун отправился и произвёл перепись всей Руси, Хазарии, Овсетии, Кипчакетии до самого Бжлети (севера)».

Вскоре народам Дагестана, да и Северного Кавказа в целом пришлось испытать на себе противоборство двух больших и могучих государств, образовавшихся на месте ранее единой империи Чингисхана.

Экспансия территории

В XV—XVI веках — шамхалам («падишах» в местных источниках, «шевкальский царь» в русских) завершили просвещение Дагестана и при поддержке уцмия Кайтага, майсума Табасарана, нуцала Хунзаха, направили силы дагестанских горцев на внешнюю войну. Походы на христианско-языческое население Черкесии и Грузии стали регулярными. Дагестанцы распространяли ислам на Кавказе путём газавата. Историк Гаджиев В. писал: «В период подъёма шамхальство превратилось в очень крупное по масштабам средневекового Кавказа государство».

На базе давно уже используемого арабского алфавита создалась местная арабографичная письменность для основных дагестанских языков. Вместо мелких родовых башенных поселений из нескольких рассредоточенных домов, бытовавших в более отсталых языческих регионах Кавказа вплоть до русского завоевания, в Дагестане в этот период было множество сёл из сотни-другой тесно пригнанных домов образующих улицы и кварталы.

В рамках Дагестана сформировалось единое экономическое пространство, с чем была связана крайняя специализация по селам. Например, центрами изготовления оружия были Кубачи, Харбук, Кумух, Верхнее Казанище, Амузги. Центры гончарства — Балхар, Сулевкент, Испик. Центры медно-чеканного дела — Гоцатль, Хури, Кунди. Село Шукты- «конское снаряжение». Село Куппа — «шапочный» аул. Село Сиух — «бурочный» аул. Микрах, Ахты и десяток других аулов южного Дагестана являлись центрами ковроделия. Почти каждый аул был, по сути, цеховой организацией, отвечавший нуждам внутреннего и внешнего рынка. Вторым названием Кази-Кумуха, где каждый четверг проводилась ярмарка, у горских народов был «Большой рынок».

Возникали новые города — торгово-ремесленные и административные центры, в некоторых из которых как Тарки, Эндирей, Казанище и Губден, к XVII веку насчитывалось по 1000—1500 домов, и до 10000 человек населения. Пережитки родоплеменного уклада ушли в прошлое. Вместо родовых склепов появились сельские кладбища.

Шамхалы совершали переезды из Кази-Кумуха в свою зимнюю резиденцию в Буйнакске и позднее в Тарки. Гасан-Эфенди Алкадари писал, что «когда история перешагнула через тысячелетие после хиджры, шамхал стал зимою жить в плоскостных селениях, Буйнакске и других, а летом возвращался в Кази-Кумух». Али Каяев писал о шамхалах что «сильная их ветвь переселилась из Гази-Кумуха на равнину».

Русско-дагестанские отношения

В 1556 году были установлены дипломатические связи с Русским государством. Мирное посольство шамхала привезло Ивану Грозному в числе богатых подарков доселе невиданного в Москве живого слона.

В 1557 году князь Темрюк Идаров обратился к царю Ивану IV с просьбой принять Кабарду в русское подданство и помочь от нападений шевкальского царя. Наследник шамхала, крым-шамхал, обратился к России с просьбой принять его в подданство.

В 1560 году Иван Грозный послал своего воеводу Ивана Черемисинова с войсками из Астрахани морем против Казикумухского шамхала. Черемисинов высадился у Тарков, разбил отряд шамхала и захватил Тарки, но не решился здесь остаться опасаясь прибытия основных воинских сил шамхала из Кази-Кумуха. Россия склонила на свою сторону князя Шихмурзу Окоцкого, который оказал немалые услуги противнику шамхала, князю Темрюку. Русское государство завоевав Казань и Астрахань, шло на Кавказ.

В 1566 году кабардинский князь Матлов обратился к Ивану Грозному с просьбой поставить город на реке Терек у устья Сунжи.

В 1567 году пытаясь помешать русским установить свою крепость у слияния Сунжи и Терека, Будай-шамхал и позже его брат Сурхай были убиты на поле битвы, как об этом свидетельствуют их могильные плиты на шамхальском кладбище в Кази-Кумухе.

Антидагестанская коалиция

Нашествие турок

Конец 70-х годов ознаменовался войной Дагестана с Турцией. Султан Мурад III возобновил военные действия против персов. Шамхал стал понимать что утверждение Турции в Шемахе может привести к потере независимости его государства. Шамхал вначале оказывал поддержку туркам в борьбе против Ирана, но в дальнейшем отказался от участия в войне с персами.

В 1578 году на Кавказ вторглась 200-тысячная армия Мустафа-Паши. Турки захватив Шемаху стали совершать военные походы в горы. В 1582 году отряд Джафар-Паши направился из Дербента в Гази-Кумух. «Гази-Кумух был подвергнут турками страшному разорению». Эти грабительские походы подняли жителей дагестанских аулов с оружием в руках против турецких янычар.

А. К. Бакиханов пишет: «Смутным было положение в Дагестане. Чопан-шамхал, владевший всем краем от границ Кайтага, Кюринского округа, Аварии, Черкесии и реки Терека до моря Каспийского, умер в Буйнаке в 1574 году. Его сыновья разделили между собою все владения». Смерть Чопан-шамхала ведёт к распаду Шамхальства и междоусобице дагестанских феодалов.

Нашествие русских

В 1588 году грузинские послы Каплан и Хуршит сообщили русскому царю о набегах шамхала и просили послать войска. Путь из России в Грузию было решено проложить «огненным боем». Грузинский царь Александр предоставил Москве все данные о количестве войск шамхала и план маршрута: Тюмень, Тарки, Казанищ, Кази-Кумух, Цахур, советуя установить русские крепости в Тарках, Туралях, Бойнаке, а чтобы победить шамхала необходимо захватить Кази-Кумух. В 1588 году русские захватили Тюменское владение на севере Дагестана. Тюмены платили шамхалу дань.

Тем не менее, войну 1589—1607 годов с Русским государством Шамхальству удаётся выиграть. Нападения 1590 и 1594 годов были отбиты. Грузия впоследствии отказывается выступить против шамхала. В 1605 году занявшая равнинный и предгорный Дагестан русская армия (ок. 50 000 чел., в том числе 8000 стрельцов московского гарнизона), была окружена и разбита на Караманском поле, 20 км к северу от Махачкалы. Все попытки армий царя Бориса Годунова завоевать Дагестанское Шамхальство завершаются поражением.

Вот что пишет об этом голландский купец Исаак Масса (1587—1635) в своём кратком известии о начале и происхождении современных войн и смут в Московии: «Царь Борис … отправил 50000 человек в числе коих были также поляки и ливонцы, и они по большей части погибли … так что немногие вернулись, и в Москве были люди рассказывавшие столько о тамошней стране и народах что с избытком хватило бы на несколько книг, и они сказывали что в некоторых местах встречали людей сильных как великаны которые никогда не расстаются с оружием, ни в поле за плугом, ни дома, и жилища их устроены в больших пещерах ибо там много гор и прекрасные долины притом и в горах много скота… Тот, кто сообщил нам эти известия, был в походе поранен многими стрелами и сообщил нам что он с товарищами долго блуждал прежде чем они достигли Каспийского моря… Итак, в Москву воротились немногие, ничего не достигнув». Н. М. Карамзин добавляет: «Сия битва несчастна».

Нашествие персов

В начале XVII века военная мощь Турции на Кавказе слабеет что приводит к господству Ирана. Иранский шах-Аббас I начал завоевание Кавказа, занял Дербент и поставил там своего наместника. Возобновляется агрессия суфиев-кызылбашей. Согласно Искендор Мунши, шах-Аббас I практиковал массовые казни суннитов в Азербайджане и насильственно насаждал шиизм на захваченных землях.

Феодальные смуты

В 1615 году в Казанищах произошла бойня, между Зоруш-бием, сыном Тучелава и Баммат-бием, сыном Чопан-шамхала, в результате оба погибли. Брат Зоруш-бия, Албури-бий, ушёл к Султан-Магмуту Эндирейскому. Аббас I решил воспользоваться феодальной междоусобицей разгоревшейся в Казикумухском шамхальстве. Султан-Магмут Эндирейский оспаривал свои наследственные права с Гиреем Тарковским. В результате этих распрей Султан-Магмут стал придерживаться протурецкой, а Гирей Тарковский проиранской и русской ориентации. Все попытки Андий-шамхала уговорить Гирея отказаться от своих планов не имели успеха. Шах-Аббас I женился на сестре Гирея и решил послать в Дагестан свои войска на помощь Гирею против его «недругов». Начавшееся в Грузии 15 сентября 1615 года восстание помешало этому. В 1617 году войска шах-Аббаса I вступили в Кахетию, попирая всё на своём пути, обращая в пепел города и грабя монастыри. В 1619 году после смерти Гирея, правителем Тарковского княжества становится Ильдар, брат Гирея. Шах Аббас I спровоцировал Ильдара выступить против Султан-Магмута и Андий-шамхала.

В 1623 году после смерти Андий-шамхала, между владетелями шамхальства опять началась борьба за престол. На съезде было решено что наследником шамхала Андия будет Ильдар Тарковский, а крым-шамхалом (то есть следующим шамхалом) — Айдемир Эндирейский, сын Султан-Магмута. В 1623 году Ильдар становится Казикумухским шамхалом. В Кази-Кумухе состоялась коронация и «большие пиршества». В 1635 году умер шамхал Эльдар. Казикумухским шамхалом становится Айдемир, сын Султан-Магмута. Айдемир ездил в Кази-Кумух «где дается по их обычаям шевкальство», одаривал узденей лошадьми, быками и овцами. Он был признан шамхалом всеми представителями феодальной знати в Кази-Кумухе за исключением наследников шамхала Эльдара обосновавшихся в Тарках. В 1641 году шамхал Айдемир погиб вместе с другими князьями и русскими воеводами, при не удачном сражении с кабардинскими владетелями. Следующим шамхалом становится Сурхай.

Распад шамхальства

Али Каяев сообщает что в середине XVII века борьба за престол между сыновьями Чопан-шамхала «продолжалась около 30 лет. В ней погибло очень много людей». Феодальные междоусобицы привели к образованию новых владений. Дагестан впал в феодальную раздробленность.

В 1642 году шамхал Сурхай (1640—1667) сделал город Тарки своей столицей. В Кази-Кумухе правителем избирается Алибек II, который создаёт независимое Казикумухское ханство. Впоследствии титул «шамхал» переходит к князьям из шамхальской ветви в Тарках, где образуется независимое Тарковское шамхальство. Все шамхальские ветви в Дагестане связывались с Кази-Кумухом и шамхал Сурхай отколовшись от Кази-Кумуха потерял свою политическую власть в большей части Дагестана.

Период новой истории

Государственное устройство

В начале XVII века шамхалы окончательно перебираются из Гази-Кумуха в свою зимнюю резиденцию Тарки, что в значительной степени подстегнуло центробежные тенденции не только на окраинах государства, но и в самом Гази-Кумухе, приведя сперва к феодальной смуте и раздробленности, и затем к ослаблению власти феодалов и усилению революционно настроенных буржуазно-демократических сил, которым в середине XVII века удалось в целом ряде областей свергнуть власть феодалов и перейти к республиканской системе управления, сформировав органы самоуправления.

Гражданско-демократические органы самоуправления, функционировавшие на уровне сельской общины (джамаат), округа (союз джамаатов), республик (союз союзных джамаатов), состояли из схода всех мужчин общины старше 15 лет (джамаат), совета старшин тухумов (не путать со старейшинами), окружного шариатского судьи (кади), только на втором и третьем уровне, на 1 уровне дела разбирались мировыми (маслиат) судьями на основе обычного права (адат), глашатая (мангуш, чауш), судебных-исполнителей. Две последние категории должностных лиц регулярно замещались и вместе с кади, получали жалованье из штрафных поступлений. В областях, где феодалы всё же уцелели вскоре также сформировались совершенно аналогичные структуры, которые, однако, здесь делились частью полицейских функций с феодальной гвардией нукеров, в основном из рабов-гулямов, и диваном — правительственным советом и верховным судом при феодальном правителе.

В Дагестане располагаются такие независимые владения как: Рутульское, Элисуйское, Газикумухское, Аварское, Табасаранское, Мехтулинское, Тарковское, Дербентское, Эндирейское, Ахтыпаринское, Докузпаринское, Алтыпаринское, Андалальское, Бамматулинское, Кайтагское.

Антииранское движение

В 1712 году горцы принимают активное участие в Ширванском восстании Хаджи-Давуда, вызванном преследованием мусульман-суннитов в Иране, и захватывают Шабран. В 1721 году Хаджи-Давуд Мюшкюрский и Сурхай-хан I берут Шемаху. Сурхай-хан I освобождает Гянджу и Кабалу, древнюю столицу Албании. Ахмадхан-уцми Кайтагский и Хаджи-Давуд захватывают далёкий Ардебиль в Иране. Не забывают дагестанцы наведаться и в Грузию, в истории которой весь XVIII век известен как «леки-аноба» — засилье дагестанцев.

Война с Персией

С этими силами в 1734 году Сурхай-хан I, являясь правителем большей части Восточного Кавказа, вступает в упорную борьбу с великим иранским завоевателем Надир-шахом, которому одним лишь ультиматумом удалось заставить русских срыть укрепления и вернуть ему все завоевания Петра I, уже обошедшиеся России на тот момент, как минимум в 30000 жертв.

Наконец осенью 1741 года объединённым, как в прежние времена, силам дагестанцев во главе с национальным героем Дагестана Муртазали-ханом, сыном Сурхай-хана I, в упорном пятидневном Андалало-Турчидагском сражении удаётся наголову разбить и этого врага, решившего со своей 100 000-ной армией перед походом на Россию усмирить и депортировать горцев. Весть об этой грандиозной победе облетела весь мир. В Стамбуле давали салюты, в Петербурге — торжественные приёмы, европейские послы не верили своим ушам. В Иране возникла поговорка: «Если шах глуп — он пойдёт войной на Дагестан».

В начале 1743 года Надир-шах, с остатками голодной и оборванной армии окончательно покидает Дагестан, дав обет больше никогда не посещать эту страну. Однако теперь, уже он сам вынужден защищаться, ибо горцы, под предводительством сына Сурхай-хана I, Мухаммад-хана, перешли в наступление и, оказывая поддержку самозванцу Сам-мирзе — «чудом спасшемуся Сефевидскому принцу», стали грозить власти Надир-шаха в самом Иране. Едва отбившись от этой напасти, Надир-шах в 1747 году пал жертвой заговора. Смена поколений происходит и в Дагестане — один за другим умирают Сурхай-хан I, Ахмадхан-уцми и др., ознаменовав тем самым конец блистательной эпохи.

Кавказская война

Карта Дагестана в эпоху Ермолова 1818—1826 г. (Южные границы простирались до Апшеронского полуострова)

В 1796 году генерал-аншеф Зубов вторгся в южный Дагестан. Правитель Дербента Ших Али-хан после упорных боёв сдаётся в плен, но позднее бежит из плена. Сурхай-хан II Газикумухский и Ших Али-хан Дербентский приступают к совместной войне с Россией. Армия горцев терпит ряд поражений.

В 1817 году начинается очередная Кавказская война, руководителем которой становится генерал Ермолов. В 1818 году Гази-Кумух, Авария, Мехтула, Табасарань и Акуша заключили между собой союз против генерала Ермолова. 21 декабря отряд под командованием Ермолова после недолгого боя овладел аулом Акуша, а его население было приведено к покорности российскому императору.

С захватом Ермоловым Гази-Кумуха в 1820 году, Дагестан полностью входит в состав Российской империи. Несмотря на это, в 1821 году Султан Ахмед-хан Аварский пытался поднять Дагестан против русских, но не смог набрать войско. Ермолов послал против аварцев генерала Вельяминова, который разбил отряд горцев у аула Алмаки.

В 1844 году на территории страны основано русское военное поселение Петровское. На завоеванной территории в 1860 году была образована Дагестанская область с центром в Темир-Хан-Шура. Северный Дагестан вошёл в состав Терской области. В конце XIX века через территорию Дагестана провели железную дорогу.

Советский Дагестан

История



20 января 1921 года на территории Дагестанской и части территории Терской областей была образована Дагестанская Автономная Социалистическая Советская Республика. Первый Вседагестанский учредительный съезд Советов, проходивший 1—7 декабря 1921 года, принял Конституцию Дагестанской АССР. 16 февраля 1922 года республика награждена орденом Трудового Красного Знамени РСФСР за сплочённость населения при прокладке оросительного канала протяжённостью 50 километров методом многодневных субботников.

С 6 сентября 1931 года Дагестанская АССР входила в состав Северо-Кавказского края.

С принятием новой сталинской конституции 5 декабря 1936 года республика была выведена из состава Северо-Кавказского края, а также был изменён порядок слов в названии: Дагестанская Автономная Советская Социалистическая Республика. Позднее, 12 июня 1937 года, Чрезвычайным 11-м Вседагестанским съездом Советов была принята Конституция Дагестанской АССР.

22 февраля 1938 года в состав Орджоникидзевского края были переданы пять северных районов республики (Ачикулакский, Караногайский, Каясулинский, Кизлярский, Шелковской). Из них был образован Кизлярский автономный округ с центром в городе Кизляре.

7 марта 1944 года в результате ликвидации Чечено-Ингушской АССР к Дагестанской АССР отошли несколько её горных районов.

9 января 1957 года в состав восстановленной Чечено-Ингушской АССР были возвращены её территории; в состав Дагестанской АССР из упразднённой Грозненской области вошла большая часть территории бывшего Кизлярского округа, в результате чего территория Дагестана приняла современные границы.

В 1965 году республика награждена Орденом Ленина; в 1970 году — Орденом Октябрьской Революции.

13 мая 1991 года Съезд народных депутатов Дагестанской АССР принимает постановление о государственном статусе автономии, согласно которому Дагестанская АССР преобразована в Дагестанскую Советскую Социалистическую Республику — Республику Дагестан в составе РСФСР, Съезд народных депутатов РСФСР 24 мая 1991 года отразил новое наименование лишь частично.

17 декабря Верховный Совет Дагестана принял декларацию о неделимости и целостности республики, в которой она именуется Республикой Дагестан.

21 апреля 1992 года Съезд народных депутатов России внёс двойное наименование «Дагестанская Советская Социалистическая Республика — Республика Дагестан» в конституцию России; изменение вступило в силу 16 мая 1992 года. 30 июля 1992 года Верховный Совет Дагестана внёс поправки в конституцию республики, которыми провозгласил равнозначность наименований «Дагестанская Советская Социалистическая Республика» и «Республика Дагестан», при этом в преамбуле и основном корпусе конституции предпочтение было отдано второму названию, а двойное обозначение республики сохранялось лишь в наименовании конституции.

25 декабря 1993 года вступила в силу новая Конституция Российской Федерации, в которой республика именуется исключительно Республикой Дагестан.

Административное деление

Первоначально республика делилась на 10 округов:

1. Аварский — центр с. Хунзах

2. Андийский — с. Ботлих

3. Гунибский — укрепление Гуниб

4. Даргинский — с. Леваши

5. Кази-Кумухский (Лакский) — с. Кази-Кумух

6. Кайтаго-Табасаранский — с. Маджалис

7. Кюринский — с. Кас-Кент (Касумкент)

8. Самурский — с. Ахты

9. Темир-Хан-Шуринский — г. Темир-Хан-Шура

10. Хасав-Юртовский — слоб. Хасав-Юрт

16 ноября 1922 года в состав Дагестанской АССР из Терской губернии переданы Кизлярский округ и Ачикулакский район.

13 февраля 1924 года в состав республики из упразднённой Терской губернии передана территория ликвидированного Кизлярского уезда.

22 ноября 1928 года вместо округов и районов в республике образованы 26 кантонов и 2 подкантона.

3 июня 1929 года кантоны переименованы в районы, подкантоны — в подрайоны.

22 февраля 1938 года в состав вновь образованного Кизлярского округа Орджоникидзевского края переданы Ачикулакский, Караногайский, Каясулинский, Кизлярский и Шелковской районы.

7 марта 1944 года из состава упразднённой Чечено-Ингушской АССР в состав Дагестанской АССР переданы Веденский, Курчалоевский, Ножай-Юртовский, Саясановский, Чеберлоевский, Шароевский районы.

25 июня 1952 года в дополнение к районному делению в составе Дагестанской АССР были образованы 4 округа: Буйнакский, Дербентский, Избербашский, Махачкалинский.

24 апреля 1953 года округа были упразднены, все районы отошли в прямое подчинение администрации республики.

9 января 1957 года в состав восстановленной Чечено-Ингушской АССР были переданы Андалалский, Веденский, Ритлябский, Шурагатский районы; из состава упразднённой Грозненской области в Дагестанскую АССР переданы город Кизляр, Караногайский, Кизлярский, Крайновский, Тарумовский районы.

Современный Дагестан

На закате советской власти главой республики стал даргинец Магомедали Магомедов, который 15 лет бессменно правил Дагестаном. Некоторые аналитики утверждают, что Дагестан превратился в клановое общество (где у власти стоит «даргинский клан»), в котором высокого уровня достигла коррупция. Обнаружились рецидивы рабовладения. В начале XXI века резко обострилась ситуация с наркоторговлей.

В 1994 году основано ОАО Дагнефть.

В 1997 году в Буйнакском районе образовался ваххабитский анклав Кадарская зона.

В 1999 году имело место Вторжение боевиков в Дагестан, охватившее Ботлихский и Новолакский район республики. Вторжение чеченских вооруженных формирований опиралось на местное ваххабитское подполье. Наступление удалось отбить, однако ситуация в республике оставалась неспокойной на протяжении долгого времени. В 2007 году террористическая организация Имарат Кавказ включила Дагестан в сферу своего влияния, организуя теракты на территории республики. Одним из заметных терактов, совершенных местными исламистами (Джамаат Шариат), стали Взрывы в Кизляре (2010)

Неспокойной ситуация в Дагестане оставалась и в январе 2012 году, когда в Кизлярском районе произошёл бой в котором погибло 3 военнослужащих. В феврале 2012 года эскалация насилия в приграничной с Чечней территорией продолжилась.

28 августа 2012 года в Дагестане объявили траур из-за убийства духовного лидера мусульман. Саид Афанди Чиркейский погиб в результате подрыва смертницы, зашедшей в его дом во время молитвы днем.

Исторические области Дагестана можно условно разделить на четыре культурно-географических региона: Северный и средний Дагестан, Западный Горный Дагестан (Аварию), Центральный и Восточный Горный Дагестан и Юго-Восточный Горный Дагестан.

Северный и средний Дагестан

• Аух — историко-географическая область в Предгорном Дагестане, в междуречье среднего теч. рр. Аксай и Акташ. В пределах А. расположен Новолакский район. Центр — село Кишень-Аух ((ныне — Чапаево).

• Кумыкия, Кумыкистан, Кумыкская плоскость (кум. Къумукъ тюз) — историко-географическая область во Низменном Дагестане. Расположена в междуречье рек Терек и Сулак. Ограничена на юге Качкалыковским и Андийским хребтами. Три главных центра - Эндирей, Аксай, Костек. Населена кумыками, отличающейся от остального Дагестана тюркской группы.

Горный Дагестан: Запад (Авария)

• Авария, Аваристан — историко-географическая область во Внутригорном Дагестане, в междуречье рр. Андийского и Аварского Койсу, на возвышенности. Центр — с. Хунзах. Подразделяется на более мелкие историко-географические области.

o Андалал — историко-географическая область во Внутригорном Дагестане, в верховьях р. Каракойсу. С запада ограничивается хр. Шалиб, с востока — хр. Арчалавар. Центр — с. Согратль. Входит в Аварию.

o Андия — историко-географическая область во Внутригорном Дагестане, на левобережье р. Андийское Койсу. С севера ограничена Андийским хребтом. В пределах А. расположен Ботлихский район. Центр — с. Анди. Входит в Аварию.

o Анкратль (Анцросо) — историко-географическая область в Высокогорном Дагестане, на северном склоне Главного Кавказского хребта, у верховьев р. Аварское Койсу. Включает центральную и восточную части Тляратинского района. Центр — с. Тлярата. Входит в Аварию.

o Ахвах — историко-географическая область во Внутригорном Дагестане, в междуречье верхнего течения реки Ахвах и реки Аварское Койсу. В пределах А. расположены южная часть Ахвахского и северо-западная часть Чародинского районов. Северный Ахвах имеет этническое название Цунта-Ахвах, а Южный — Ратлу-Ахвах. Центр — с. Кудиябросо. Входит в Аварию.

o Гидатль — историко-географическая область во Внутригорном Дагестане, на правобережье р. Аварское Койсу. Ограничена хребтами: с севера — Хотодабакди и Табажатлимеэр; на востоке — Шумхуэ; на юге — отрог хр. Нукатль. Центр — с. Урада. Входит в Аварию.

o Гумбет — историко-географическая область в в Предгорном Дагестане, на левобережье р. Андийское Койсу. Ограничен с севера Андийским хребтом. Центр — с. Мехельта. Входит в Аварию.

o Дидоэтия (Дидо) — историко-географическая область во Внутригорном Дагестане, основная область расселения дидойцев. На западе граничит с Грузией. Территориально в целом соответствует современному Цунтинскому району Дагестана. Центр — с. Бежта. Входит в Аварию.

o Карах — историко-географическая область во Внутригорном Дагестане, в верховьях р. Каракойсу. Ограничена с северо-запада и севера хр. Нукатль, с северо-востока — хр. Шалиб. В пределах К. находится северная часть Чародинского района. Центр — с. Чарода. Входит в Аварию.

o Койсубу (Хиндаляль) — историко-географическая область во Внутригорном Дагестане. Расположена в нижнем течении рр. Андийского и Аварского Койсу. Ограничена на северо-востоке Гимринским хр. Центр — с. Унцукуль. Входит в Аварию.

o Салатавия (Нахбак) — историко-географическая область в Предгорном Дагестане, на левобережье р. Сулак. С севера ограничивается Наратюбинским, с юга — Андийским хребтом и Салатау. В пределах С. расположены следующие р-ны: Казбековский, северная часть Гумбетовского и западная часть Буйнакского. Центр — с. Чиркей.

o Тленсерух (Кессер) — историко-географическая область во Внутригорном Дагестане, в среднем и верхнем течении р. Тлейсерух, на юге Чародинского р-на. Ограничена с востока хр. Шалиб, с запада — хр. Нукатль. Центр — с. Ириб.

Горный Дагестан: Центр и Восток

• Лакия — название историко-географической области во Внутригорном Дагестане, в верховьях р. Казикумухское Койсу. Область расселения лакцев. Центр — с. Кумух.

• Дарго (Даргиния) — историко-географическая область даргинцев.

o Сюрга (Сюргу, Сирха) — историко-географическая область во Внутригорном Дагестане, на левобережье р. Хулахерк, в северо-западной части Дахадаевского р-на. Ограничена с юга хр. Хархалтабек. Центр — с. Урари.

• Кайтаг (Хайдак, сокращенное название от даргинского Хайдакъла диркь — «пастбищная равнина», дословно: «равнина для выгона скота») — историческая и географическая область (провинция) в Предгорном Дагестане, область расселения кайтагцев. Территориально в целом соответствует современному Кайтагскому району Дагестана. Центр — с. Маджалис. Делится на Нижний и Верхний Кайтаг, последний делится на Ирчамул, Шуркант и Каттаган.

Горный Дагестан: Юго-восток

• Лезгистан — историко-географическая область на юге Дагестана Также подразделяется на несколько историко-географических областей.

o Агул — историко-географическая область во Внутригорном Дагестане, в верховьях р. Чирагчай. С юго-запада ограничивается Самурским хребтом, а с северо-востока — хр. Джуфудаг. Центр — с. Тпиг. Входит в Лезгистан.

o Кюра (лезг. Куьре) — историко-географическая область в Южном Дагестане — Северном (Дагестанском) Лезгистане, одна из основных областей расселения лезгин. Расположена между рекой Самур на юге и областью Табасаран на севере. Территориально соответствует современным Курахскому и Сулейман-Стальскому р-нам Дагестана. Ограничена с запада и юго-запада Самурским хр., с юга — р. Самур. Исторический центр — с. Курах, нынешний — с. Касумкент. Входит в Лезгистан.

o Мюшкюр (лезг. Муьшкуьр) — историко-географическая область в южной части Приморского Дагестана и северного Азербайджана. Соответствует южной части Дербентского и восточной части Магарамкентского районов, Кусарского, Хачмаского и Кубинских районов. Ограничен с востока Каспийским морем, с юга — р. Самур, с севера — г. Дербент.

o Лек (лезг. Лекь) — историко-географическая область в Южном Дагестане. Охватывает территории современных Рутульского, Ахтынского и Докузпаринского районов. Составляет основную зону бассейна реки Самур. Населена лезгинами, рутульцами и цахурами. Южной границей исторической области служит Главный Кавказский хребет, северной — гребни хребтов Самурского и Дюльтыдаг. Граничит с другими историческими областями: на западе — Карах, на северо-западе — Анкратль, на севере — Лакия; Агул, на северо-востоке — Кюра, на востоке — Тагирджал. Входит в Лезгистан.

o Табасаран, Табристан (лезг. ТIапIас) — историко-географическая область в Южном Дагестане. Включает большую часть (кроме северной) Табасаранского и северную часть Хивского р-нов. Центр — с. Хучни. Входит в Лезгистан.

• Теркеме (Терекеме) — историко-географическая область в Приморском Дагестане, в северной части Дербентского р-на. С запада ограничивается предгорьями. На востоке омывается Каспийским морем. Центр — с. Уллутеркеме.

Численность населения республики по данным Росстата составляет 3 015 660 чел. (2016). Плотность населения — 59,99 чел./км2 (2016). Городское население — 45,04 % (2016).

По данным правительства республики, за её пределами постоянно проживает ещё более 700 тысяч дагестанцев.

Рождаемость — 19,5 на тысячу населения (3 место в Российской Федерации, после Ингушетии и Чечни), рождаемость за 2010 год — 18,8 на 1 тыс. человек. Среднее число детей на одну женщину — 2,13.

Согласно предварительным официальным данным переписи населения 2010 года население Дагестана по сравнению с 2002 годом выросло на 15,6 % и достигло 2977,4 тыс. чел. Доля городского населения выросла с 42,8 до 45,3 %. Доля мужчин и женщин осталась стабильной (доля мужчин снизилась на 0,1 % и составила 48,1 %).

Дагестан показал самые высокие темпы прироста населения среди регионов России. Благодаря этому Республика за 2002—2010 годы обогнала многие крупные регионы (Красноярский край, Волгоградскую область, Пермский край и т. д.). К настоящему времени Дагестан занимает 13 место в России по численности населения субъектов Российской Федерации.

Народы Дагестана

До 20-х годов XX века все горские народы Дагестана назывались лезгинами либо считались лезгинскими племенами.

Коренными малочисленными народами Республики Дагестан Госсоветом Дагестана в 2000 году официально установлены только 14 народов: аварцы, агулы, азербайджанцы, даргинцы, кумыки, лакцы, лезгины, таты, табасараны, ногайцы, рутульцы, русские, цахуры, чеченцы-аккинцы.

Кроме этого в юго-западном Дагестане (Западном «горном Дагестане») проживают ещё 14 народностей, которые официально в переписях выделяются как этнические группы в составе аварцев: андийцы, арчинцы, ахвахцы, багулалы, бежтинцы, ботлихцы, гинухцы, годоберинцы, гунзибцы, каратинцы, тиндинцы, хваршины, чамалинцы и цезы. Также в составе даргинцев выделяются родственные им кайтагцы и кубачинцы. В южном Дагестане также компактно проживают горские евреи.

По мнению Энвера Кирсиева, ряд малочисленных общностей, считавшихся по переписи 1926 г. группами лезгин (табасаранцы, рутульцы, агулы и цахуры), в переписи населения 1959 г. получили статус отдельных национальностей. Также он считает, что 13 самостоятельных в языковом отношении этничностей андо-цезской языковой группы (андийцы, ахвахцы, багулалы, бежтинцы, ботлихцы, гинухцы, годоберинцы, гунзибцы, дидойцы, каратинцы, тиндинцы, хваршины, чамалалы) и одна группа с языком лезгинской языковой группы (арчинцы) был и отнесены к аварской национальности. Точно так же ранее самостоятельные группы кайтагцев и кубачинцев тогда же были отнесены к даргинцам.

В Дагестане нет т. н. титульного народа.

Религиозный состав

Большая часть населения Дагестана (более 90 %) традиционно исповедует ислам. Первоначально ислам распространился в Дербенте и равнинной части в VII—VIII вв. В горном Дагестане ислам утвердился в VIII в. в лакском Кумухе, о чём свидетельствует Кумухская джума-мечеть. Несмотря на это, ислам стал господствующей религией в горном Дагестане только в XIII—XIV вв. Позднее распространение ислама в горном Дагестане можно объяснить продолжавшимися междоусобными войнами в период X—XII вв. на Восточном Кавказе, нашествием монголо-татар в XIII в. и Тамерлана в XIV в. Ислам стал религией всех горцев в XV веке. В Дагестане ислам представлен двумя направлениями: суннизмом (до 99 %) и шиизмом (около 1 %).

Около 5 % населения Дагестана исповедуют христианство и иудаизм. Христианство представлено следующими направлениями: православие (русские — 3,8 %), армяно-григорианство (армяне 0,2 %). А иудаизм исповедуют горские евреи, большая часть которых ныне записаны татами (1 %).

26 декабря 2012 года решением Священного Синода была образована Махачкалинская епархия, выделенная из состава Владикавказской епархии, с центром в городе Махачкале и с включением в её состав приходов и монастырей в Дагестане, Чечне, Ингушетии

На 1 января 1996 г. в Дагестане действовало 1670 мечетей, 7 церквей, 1 монастырь 4 синагоги, 3 общины адвентистов седьмого дня, 4 общины евангельских христиан-баптистов. В Дербенте расположена самая древняя мечеть на территории современной России — Джума мечеть. А в Махачкале расположена одна из крупнейших в Европе Джума мечеть, в которой одновременно могут совершать намаз до 15 тыс. мусульман.

В настоящее время в республике действует несколько православных храмов, в том числе Знаменский собор (Хасавюрте) — крупнейший православный храм Северного Кавказа, памятник архитектуры начала XX века. Свято-Успенский кафедральный собор — главный и единственный православный храм Махачкалы с 50-х годов XX века. Церковь Святого Григориса — армянская часовня, возведенная в память о событиях IV века, в селе Нюгди.

Языковые группы народов Дагестана

Народы Дагестана говорят на языках четырёх основных языковых групп.

На языках нахской и дагестанской ветвей нахско-дагестанской языковой семьи говорят следующие народы (численность в Дагестане):

• Аварцы, андо-цезские народы и арчинцы — 496,1 тыс. чел. (27,5 % от населения Дагестана, 1989 г.), 758,4 тыс. чел. (29,4 % , 2002 г.), 850,0 тыс. чел. (29,2 %, 2010 г.)

• Даргинцы, кайтагцы и кубачинцы — 280,4 тыс. (15,6 %, 1989 г.), 425,5 тыс. (16,5 %, 2002 г.), 490,4 тыс. (16,9 %, 2010 г.)

• Лезгины — 204,4 тыс. (11,3 %, 1989 г.), 336,7 тыс. (13,1 %, 2002 г.), 385,2 тыс. (13,2 %, 2010 г.)

• Лакцы — 91,7 тыс. (5,1 %, 1989 г.), 140,2 тыс. (5,4 %, 2002 г.), 161,3 тыс. (5,5 %, 2010 г.)

• Табасараны — 78,2 тыс. (4,3 %, 1989 г.), 110,2 тыс. (4,3 %, 2002 г.), 118,8 тыс. (4,15 %, 2010 г.)

• Чеченцы — 57,9 тыс. (3,2 %, 1989 г.), 87,9 тыс. (3,4 %, 2002 г.), 93,7 тыс. (3,2 %, 2010 г.)

• Агулы — 13,8 тыс. (0,7 %, 1989 г.), 23,3 тыс. (0,9 %, 2002 г.), 28,1 тыс. (1,0 %, 2010 г.)

• Рутульцы — 15,0 тыс. (0,8 %, 1989 г.), 24,3 тыс. (0,9 %, 2002 г.), 27,9 тыс. (1,0 %, 2010 г.)

• Цахуры — 5,2 тыс. (0,3 %, 1989 г.), 8,2 тыс. (0,3 %, 2002 г.), 9,8 тыс. (0,3 %, 2010 г.)

Кроме Дагестана, дагестаноязычные народы (аварцы, ахвахцы, будухи, крызы, лезгины, рутульцы, удины, цахуры и хиналугцы) проживают ещё и в Азербайджане.

На языках тюркской группы алтайской языковой семьи в Дагестане говорят:

• Кумыки — 231,8 тыс. (12,9 %, 1989 г.), 365,8 тыс. (14,2 %, 2002 г.), 431,7 тыс., (14,8 %, 2010 г.)

• Азербайджанцы — 75,5 тыс. (4,2 %, 1989 г.), 111,7 тыс. (4,3 %, 2002 г.), 130,9 тыс. (4,5 %, 2010 г.)

• Ногайцы — 28,3 тыс. (1,6 %, 1989 г.), 38,2 тыс. (1,4 %, 2002 г.), 40,4 тыс. (1,4 %, 2010 г.)

На языках славянской группы индоевропейской языковой семьи в Дагестане говорят:

• Русские (включая терских казаков), украинцы, белорусы — 175,4 тыс.(9,7 %, 1989 г.), 124,3 тыс. (4,8 %, 2002 г.), 104,0 тыс. (только русские, 3,6 %, 2010 г.)

На языках иранской группы индоевропейской языковой семьи в Дагестане говорят:

• Таты и горские евреи (таты-иудаисты) — 16,6 тыс. (0,9 %, 1989 г.), 1,9 тыс. (0,1 %, 2002 г.), 0,5 тыс. (только таты, 2010 г.)

Табасара́ны — (самоназвание: табасаран, тавасаран; мн. числ. табасаранар, тавасаранар) — один из коренных народов Северного Кавказа. Основной территорией расселения является юго-восточный склон Кавказа, обращённый к Каспийскому морю. Большая часть табасаран проживает в Табасаранском (бассейн реки Рубас), Хивском (бассейн реки Чирачай) и Дербентском районах Дагестана, городское население сосредоточено главным образом в Дербенте, городах Дагестанские Огни, Каспийск и Махачкала. Небольшое число табасаран имеется во всех регионах Северного Кавказа. В местах компактного проживания табасараны соседствуют с даргинцами на севере и северо-западе, агулами на юго-западе, лезгинами на юге, азербайджанцами на востоке.

Табасараны, как и другие народности лезгинской языковой группы как по языку, так и в этнокультурном отношении близки с другими народами Дагестана. Предки этих народностей исторически входили в состав многоплеменного государственного объединения — Кавказскую Албанию, и были известны под общим именем «албанцев».

Сначала этноним табасаран обозначал всех жителей Кайтаго-Табасаранского округа и части Кюринского округа (включая дербентских азербайджанцев, татов, часть лезгин), затем он стал названием только для табасаран как самого многочисленного народа этого района. Долгое время этот этноним употреблялся табасаранами в общении со своими иноязычными соседями. Ещё в 1930-е годы, по данным А. Н. Генко, «табасаранский язык почти никогда местными жителями в бытовом обиходе табасаранским не назывался», а «термин „табасаран“ (варианты произношения — таппасаран, таппарасан) ограничен сферой административного и книжно-литературного употребления». Часто табасаранский язык местным населением именуется «их чlал», что переводится как «наша речь».

Известно также название къабгъан (ар), о котором Генко писал:

«Изредка, в сношениях с лезгинами, он именуется къабгъан (гъамгъам) чӀал, то есть „кабганский“ язык (къабгъан — по происхождению очень древний этнический термин, в настоящее время известен преимущественно в лезгинской среде как специально лезгинское название табасаран…)».

Выдающийся кавказовед XIX века барон П. К. Услар утверждал, что название табасаран имеет не кавказское, а, вероятнее всего, иранское происхождение.

В литературе упоминается о преднем племенном делении табасаранов на «гум-гум» и «капган».

Наименование табасаран в соседних языках:

• по-аварски — табасаранал

• по-агульски — уханар, табасараншуй

• по-азербайджански — табасаранлар

• по-кайтагски (даргински) — шилан

• по-кумыкски — табасаранлы - житель Табасарана.

• по-лакски — табасаран

• по-лезгински — къабгъанар — юж. табасараны, гъамгъамар — сев. табасараны, табасаранвияр — табасаранцы - жители Табасарана.

• по-рутульски — табасарандашура

• по-цахурски — тавассаранна

• по-чеченски — тапсарой.

Численность и расселение

По данным 2010 года, численность табасаран в России составляет приблизительно 151 000 человек.

Согласно Энциклопедическому словарю Брокгауза и Ефрона, в конце XIX — начале XX веков в Дагестане проживало 14 463 табасарана. По данным на 1886 год, в Кайтаго-Табасаранском округе насчитывалось 13 270 табасаран, а в Кюринском округе, по данным на 1894 год, проживало 35 948 табасаран.

По данным переписи 1970 года, табасараны в СССР насчитывали 55,2 тыс.

По данным всероссийской переписи 2002 года, табасаран насчитывалось 131 785 человек, из которых 53,6 тыс. (40,7 %) проживали в городах, а 78,2 тыс. в сельской местности (59,3 %). В 2002 г. в Дагестане проживало более 110 тыс. человек (4,3 %) населения республики, преимущественно в Хивском (58,5 % населения района), Табасаранском (79,7 %), Дербентском (10,7 %) и Каякентском районах (1,7 %); городах Дербент (15,4 %), Каспийск (5,2 %), Дагестанские Огни (35,5 %), Кизляр (2 %), Махачкала (2 %).

В советское время часть табасаранов переселилась с гор на равнину Табасаранского и Дербентского районов, а также в города республики.

Численность по субъектам РФ

Субъект РФ 2002(*)

2010



Численность Численность

Дагестан

110 152 118 847

Ставропольский край

5 477 6 951

Ростовская область

2 231 2 481

Чечня

128 1 656

Краснодарский край

1 331 1 651

Саратовская область

1 276 1 234

Астраханская область

827 1 082

показаны субъекты c численностью табасаранов более 1000 человек

Соседи табасаранов на севере — кайтаги (даргинцы), на юге — лезгины, на западе — агулы, на востоке — азербайджанцы, проживающие в районе Дербента.

Часть табасаранского населения (селения: Ерси, Зиль, Гемейди, Мугарты, Дарваг и др.) ассимилировалось с азербайджанцами, утратила свой родной язык и говорит на азербайджанском.

Происхождение и история

На территории Северного Азербайджана и Южного Дагестана с IV—III в. до н. э. и до IV века существовало античное государство Кавказская Албания. Это государство представляло собой племенной союз 26-ти разноязычных племен и народностей, среди которых были и предки табасаран — таваспары.

Табасаранское майсумство — государственное образование, существовавшее на территории Дагестана. Его правитель носил титул «майсум».

Упоминания о майсумстве появляются примерно со второй половины XV века: в «Завещании Андуника» говорится, что из 260 тысяч дагестанских войск 60 тысяч — это войска табасаранского майсумства. Майсум жил в укреплённом замке в Хучни.

Территория Табасарана граничило на севере с Хайдаком, на северо-западе с Гумиком, на юге с Лакзом, навостоке с Баба-ул-Абвабом, на юго-востоке и Ширваном. Табасаран не только граничил с ними, но и сыграл важную роль в политических событиях, связанных с историей Кавказа.

В середине XVII века между представителями майсумского рода началась междоусобица. Майсумам пришлось переселиться в Джерах. Воспользовавшись ослаблением власти майсума, табасаранский кадий подчинил себе северную часть майсумства и образовал там полунезависимое владение. Помимо майсумства и кадийства, на табасаранской территории существовал ещё Горный (или Вольный) Табасаран, в сёлах которого власть майсума и кадия признавали лишь номинально.

В 1806 году майсум, кадий и прочие табасаранские феодалы приняли российское подданство. В 1813 году Табасаран был окончательно присоединён к Российской империи.

Образование Майсумства

В результате Арабского вторжения в Дагестан, территория Табасарана стала частью Арабского халифата, а после его распада, частью Ширвана. В 917 году Табасараном стал править Мухаммад Майсум из арабской династии Мазьядидов. После этого правители Табасарана стали называться «майсумами». Главным врагом Майсумства был Дербентский эмират. В 944—956 г.г. там смог утвердиться брат Мухаммада Ахмад. В 948 году Мухаммад становиться Ширваншахом и передает управление Табасараном в руки своего сына Хайсаму. После его сменяет его брат Ахмад, а ему наследует его сын Хайсам II (981—1025). К началу XII века Табасаранское майсумство распадается на 24 удела, во главе каждого стоял местный «сарханг» (военачальник).

Раздробленность в Майсумстве

В 1239—1240 г.г. Монголо-Татары вторглись на территорию Дагестана, огнём и мечом они прошлись по Табасарану. Табасаран лишился самостоятельности и стал подчиняться Кайтагскому уцмийству. В 1395 году армия Тамерлана, вторгается на территорию Табасарана и побеждает тамошнего майсума. Но Табасаран, в отличие от других дагестанских государств, не приходит в упадок.

При татарах Табасаран лишился самостоятельности, но имел сильного правителя в лице майсума, старавшегося ликвидировать прежнюю раздробленность и расширить своё владение. Вначале майсум был союзником и вассалом кайтагских уцмиев, но после страшного разгрома Кайтага Тимуром в конце XIV века, Табасаран стал полностью независимым.

В XV веке, после трех веков политического упадка, неожиданно быстро усиливается Табасаран. По древнейшим преданиям, попавшим в свод «Тарих-Дагестан», там уже в XIV веке складывается собственная династия правителей-майсумов. Ликвидация феодальной раздробленности своеобразно отразилась в табасаранском предании. Оно гласит, что на месте небольшой крепости вблизи Хучни, построенной в начале XVIII века, прежде стояло другое укрепление — замок семи братьев. Отлично вооруженные и защищенные, они держали в своих руках всю округу, пока, наконец, жителям окрестных сел не удалось с ними справиться. Очевидно, речь идет о наследственных правителях одного из мелких уделов, на которые в XII веке, распался Табасаран. В XV веке табасаранские земли объединились в единое княжество, причем майсум мог выставить войско в несколько десятков тысяч воинов.

В «Завещании Андуника» говорится, что из 260 тысяч дагестанских войск, более 60 тысяч — это войска табасаранского майсумства. Согласно хронике «Джахан-наме», в XV в. в Табасаране проживало 40 тыс. семейств.

В 1487—1488 г.г. на территорию Табасарана вторгается шейх Гайдар. В 1509 году вторжение осуществил уже его сын Исмаил. Повторное вторжение произошло в 1511 году. Табасаран ослабел и стал зависеть от Ирана.

Образование владения Кадия Табасаранского

В Южном Дагестане Табасаранское майсумство оставалось крупным феодальным владением. В 1570-х г.г. вспыхивает междоусобица между представителями династии Майсумства: погибла значительная их часть, а уцелевшие, оставив Хучни, перенесли свою резиденцию в Джараг, где они стали более уязвимыми для удара с плоскости и из Дербента. В Хучни же к власти пришли Кадии Табасарана. В конце XVI века Табасаран переживает время боевых действий между Турцией и Ираном. К началу XVII века, на территории Кадиев Табасарана, здешние общинные союзы не признавали их власть.

Восстание в Майсумстве

В записях образованного табасаранца Рамазана из села Куштиль (совр.Хивский район) сохранились сведения о широких выступлениях против феодальной верхушки. «Со стороны братьев его (Хусейн-хан) и сыновей было проявлено большое насилие, так что иссякло терпение жителей вилайата Табасаран по причине этих злодейств. Затем пришли они с притеснениями в Хасик и стали чинить насилие среди хасикинцев. Поэтому сразились хасикинцы с амирами и погибло двое мужчин из амиров. Затем хасикинцы обратились за помощью к своему верхнему войску, и оно пришло на помощь к своим близким…» — События эти случились в 1631 году. Во главе восставших стоял Шаван Акай из села Фардах. В результате восстания был убит майсум Хусейн-хан. Новым майсумом был назначен Герейхан, родственник майсумов. Как это часто бывало во время крестьянских восстаний, повстанцы надеялись, что при «хорошем владетеле» их жизнь будет лучше.

Майсумство в XVIII—XIX веках

По данным научно-исторических работ Э. М. Магомедовой (посвященные одному из влиятельных в Дагестане и на Восточном Кавказе владений — Табасаранскому майсумству), Табасаран в XVIII—XIX веках переживает взаимоотношения с соседними дагестанскими владениями и ханствами Восточного Закавказья; борьба с иноземными завоевателями; русско-табасаранские связи и присоединение майсумства к России. Каждый из перечисленных вопросов исследован автором в той мере, в какой позволяют имеющиеся источники и литература. Но в целом они показывают, что Табасаранское майсумство, занимая стратегически выгодное географическое положение и находясь в окружении других политических структур, проводило в изучаемое время активную внешнюю политику, заключающуюся в основном в поддержании дружественных, добрососедских связей с ними. Особое место отводится в работе взаимоотношениям Табасарана в целом и майсумства, в частности, с Россией, что имело для табасаран важное значение в политическом, экономическом и культурном плане. Автор прослеживает этапы взаимоотношений с Россией, которые в конечном итоге завершились присоединением к ней, принятием табасаранами российского подданства.

Табасаранское кадийство

В Южном Дагестане Табасаранское майсумство оставалось крупным феодальным владением. В 1570-х г.г. вспыхивает междоусобица между представителями династии Майсумства: погибла значительная их часть, а уцелевшие, оставив Хучни, перенесли свою резиденцию в Джараг, где они стали более уязвимыми для удара с плоскости и из Дербента. В Хучни же к власти пришли Кадии Табасарана. В конце XVI века Табасаран переживает время боевых действий между Турцией и Ираном. К началу XVII века, на территории Кадиев Табасарана, здешние общинные союзы не признавали их власть.

Табасаранский район — административно-территориальная единица и муниципальное образование (муниципальный район) в составе Дагестана Российской Федерации.

Административный центр — село Хучни.

Район расположен на юго-востоке Дагестана и граничит: с Кайтагским, Дербентским, Сулейман-Стальским, Хивским и Агульским районами республики. Площадь территории — 801 км².

Постановлением 4-й сессии ДагЦИК от 22.11.1928 г. из бывших Южно-Табасаранского участка Кюринского округа и Северо-Табасаранского участка Кайтаго-Табасаранского округа образован Табасаранский кантон с центром в селе Куярик. Постановлением ВЦИК от 3.06.1929 г. кантон преобразован в район. В 1931 г. районный центр перенесен в село Бурганкент, а в 1935 г. в Хучни.

Согласно переписи населения 1939 года, в Табасаранском районе Дагестанской АССР табасараны составляли 83,2%, азербайджанцы - 12,7%.

Район аграрный и основными отраслями его экономики являются — производство зерна, плодов, винограда и овощей. В районе 77 313 га земель, из которых 32 174 га — сельскохозяйственные угодья.

• В 0,5 км к северо-востоку от села Тинит, по левому борту ручья, протекающего вдоль северо-западных отрогов хребта Карасырт и впадающего в реку Рубас, находится многослойная палеолитическая стоянка Тинит-1. Нижние археологические горизонты стоянки Тинит-1 по данным абсолютного датирования имеют возраст более 43700 лет назад.

• В 3 км от села Чулат выше по течению реки Рубас находится многослойная палеолитическая стоянка Рубас-1. Время начала формирования культуросодержащего слоя на комплексе Рубас-1 соотносится с финальной стадией акчагыльской трансгрессии Каспийского моря и имеет возраст ~ 2,2—2,3 млн л. н., что позволяет считать комплекс Рубас-1 одной из древнейших археологических индустрий на Кавказе и в Евразии в целом. Абсолютная датировка из пеплового горизонта в оползневых телах реки Рубас — 1,5 ± 0,04 млн лет назад.

Культура и традиции

Общественная жизнь табасаранов регулировалась феодально-патриархальными институтами. Семейные обряды во многом близки обрядам других народов Дагестана. Широко распространены обычаи гостеприимства и уважения старших. Свадьбе предшествовали сватовство и сговор (существовал и обычай обручения малолетних), в ней принимали участие родственники и односельчане, сопровождалась танцами, песнями и скачками.

Основные занятия — земледелие (в некоторых местах и садоводство) и скотоводство. Важная традиционная отрасль хозяйства — производство ковров, развита также резьба по дереву и камню.

Некогда у табасаран были развиты ковроткачество, обработка дерева, гончарство, узорное ткачество, резьба по дереву и камню, кузнечное дело, шерстяное, бумажное, льняное ткачество, валяние шерсти, выделка кожи, изготовление узорчатых носков. Ныне из ремесел сохраняются производство ковров и ковровых изделий, деревянной утвари.

Табасаранская кухня

Традиционная пища табасаранов — растительная и мясо-молочная. Основное блюдо — хинкал — вид галушек, которые едят с мясом, маслом, кислым молоком, чесноком и толчеными орехами. Готовят пироги с начинкой из дикорастущих трав, творога, яиц. Мясо едят в варёном и жареном виде. Готовят голубцы, пельмени, плов. Молочные продукты: свежее и кислое молоко, творог, сметана, масло. Хлеб (лепешки) чаще пресный, реже на закваске. Основной напиток — айран, чай.

Традиционная одежда

Традиционный мужской костюм общедагестанского типа — нательная рубаха, штаны, бешмет, черкеска, бурка, овчинные шубы и папахи; обувь — низкая кожаная — дирих с суконными или войлочными ноговицами, вязаными шерстяными носками, мягкие кожаные сапоги, башмаки без задников на деревянной подошве. Украшением мужской одежды являлись нож с металлическими пряжками, подвесками, кинжал и газыри.

Как и у других народов Северного Кавказа, она изготавливалась в основном из местных материалов: шапки и шубы — из овчины, обувь — из кожи скота, шляпы, бурки — из войлока, башлыки, черкески, штаны и бешметы — из домотканого сукна.

Бешмет — повседневная и выходная одежда — представлял собой длинный кафтан, охватывающий фигуру и застёгивающийся до пояса. Бурка — колоколообразная войлочная накидка — защищала горца и его лошадь от дождя, снега и жары, служила подстилкой и одеялом. Папаха — шапка из овчины. Башлык являлся дорожным головным убором, который надевался поверх папахи.

Традиционный женский костюм — туникообразное платье, шаровары, головной убор — чухта и платки, пояс целиком серебряный либо позолоченный; из плотного материала с серебряной пряжкой впереди; нагрудное украшение из серебряных монет, налобное украшение, нашивное украшение — передник, обшитый монетами; кольца, серьги, браслеты. Украшениями служили серебряные застежки, нашивные подвески, монеты. Обувь — кожаные чувяки и шерстяные носки-джорабы с цветным орнаментом. Традиционный костюм ныне вытеснен современной одеждой.

Женская одежда наиболее ярко подчёркивала социальные различия горянок, хотя и выражала бытовавший идеал красоты — тонкую талию и плоскую грудь. Все горянки носили длинную рубаху с разрезом на груди и маленьким стоячим воротником, застёгнутым на пуговицу. Длинные рукава рубахи иногда спускались до подола. Под рубаху надевали штаны, по покрою совпадающие с мужскими. Поверх рубахи надевали платье. Женское платье было по образу и покрою схоже с мужской черкеской. Кавказские женщины всегда носили головные уборы, платки или шарфы.

Табасаранский язык - один из младописьменных языков Дагестана, который наиболее близок агульскому и лезгинскому языкам, образующим вместе с ним одну (восточно-лезгинскую) подгруппу.

Табасаранский язык представляет собой совокупность многочисленных говоров, образующих два диалекта: северный и южный. Литературный табасаранский язык создан преимущественно на основе южных говоров. ( Бокарёв Е.А.1961: 53).

Табасаранский язык имеет достаточно длительную историю изучения. Однако некоторые вопросы табасаранского языкознания характеризуются неоднозначностью трактовки.

Выбор темы и ее актуальность обусловлены, в первую очередь, неисследованностью табасаранского наречия. До сих пор наука о табасаранском языке не располагает монографическим исследованием, посвященным данной части речи.

Всестороннее изучение одной из знаменательных частей речи табасаранского языка - наречия, не служившего объектом специального исследования, представляет определенную научную ценность.

Исследование наречия табасаранского языка как части речи, исходя из совокупности его семантических, словообразовательных, морфологических и синтаксических признаков, а также выделение лексико-семантических разрядов наречия - основная цель нашего исследования.

Для достижения намеченной цели ставятся и решаются в целом актуальные для табасаранского языкознания конкретные задачи:

- установить степень разработанности наречия как части речи в табасаранском языке;

- определить количественный состав, а также место и значимость наречия в системе частей речи;

- определить функционально-семантические группы (качественные и обстоятельственные) наречий;

- выявить лексико-семантические особенности наречий;

- описать словообразовательные и морфологические признаки наречий;

- классифицировать наречия по происхождению, выделив исконные и заимствованные;

- описать наречия-послелоги;

- выявить и проанализировать специфику наречия на синтаксическом уровне;

- описать функционирование наречий разных семантических разрядов в сочетании с глаголом.

Методы исследования. Изучение наречия проводилось на основе синхронного анализа собранного материала. При анализе наречных единиц применялись структурно-семантический и описательный методы. Для установления отдельных положений в работе используется сравнительно-исторический метод.

Теоретическая значимость. Работа вносит определенный вклад в разработку теории частей речи в табасаранском и других дагестанских языках. Фактический материал представляет определенный интерес для типологических исследований.

В диссертации подробно рассматриваются семантические, структурные, словообразовательные, морфологические и синтаксические особенности наречия, что имеет общетеоретическое значение для табасаранского языкознания в целом. В работе обосновывается статус наречия как знаменательной части речи.

Теоретически значимыми представляются выявленные и описанные механизмы взаимодействия между частями речи и между семантическими группами внутри самого наречия.

Практическая значимость. Результаты исследования окажутся полезными и найдут применение при составлении учебно-методической литературы для общеобразовательной и высшей школы.

Фактический материал, приводимый в диссертации, расширит литературную базу в исследовании наречия как части речи в историческом аспекте.

Выводы, сделанные в работе, могут быть использованы в корректировке теоретических постулатов, содержащихся в школьных и вузовских учебниках по табасаранскому языку по разделу "Наречие".

Материалы данного исследования могут послужить базой для создания спецкурса по изучению наречия, в частности, и адвербиальных единиц вообще.

Прилагаемый к диссертации словник наречий может быть использован при составлении двуязычных словарей, а также включен в лексический минимум на разных этапах обучения табасаранскому языку.

Научная новизна диссертации заключается, прежде всего, в попытке детального исследования наречия табасаранского языка как части речи. Наречие как отдельный лексико-грамматический разряд слов до сих пор не получил должного освещения в специальной лингвистической литературе по табасаранскому языку. В настоящей работе наречие впервые подвергнуто глубокому комплексному анализу на словообразовательном, семантическом, морфологическом и синтаксическом уровнях.

Источники исследования. Фактический материал для наблюдения над наречиями почерпнут автором методом сплошной выборки в течение последних трёх лет из оригинальных произведений табасаранских писателей (А.Джафаров, М. Шамхалов, М. Митаров, Ш. Ка-зиев, Ш. Шахмарданов, П. Асланов, Ю. Базутаев, П. Касумов, Г. Алимурадов, А. Гаджиибрагимов, Г. Гусейнов и др.), переводной литературы (М.-Расул, А. Абу-Бакар, Н. Тихонов, А. Козловский и др.), из опубликованного фольклора, периодической печати (газеты "Табасарандин нурар" ("Зори Табасарана"), журналов "Дагъустан дишагьли" ("Женщина Дагестана"), "Литературайин Табасаран" ("Литературный Табасаран") и живой разговорной речи.

Исследование базируется на данных литературного языка; диалектный материал привлекается по мере необходимости. Все примеры на табасаранском языке даны с переводом на русский язык. В ряде случаев приводится буквальный перевод для сохранения и точной передачи особенностей оригинала.

В целях сравнения в отдельных случаях привлекаются факты родственных языков.

Источниками исследования явились также учебные пособия, полевой материал, собранный К.Т.Шалбузовым (рукописный фонд ИЯЛИ ДНЦ РАН), Табасарано-русский словарь проф. А.Н.Генко (Рукопись), русско-табасаранские словари Г.Н.Гаджиева и В.М.Загирова.

Лексический материал частично заимствован из специальных работ по табасаранскому языку, в частности, из трудов П.К.Услара, Л.И.Жиркова, А.М.Дирра, К.К.Курбанова, В.М.Загирова, Б.Г-К.Ханмагомедова и др.

В качестве общетеоретической основы мы опираемся на академическую грамматику русского языка (1960), а также на труд академика В.В.Виноградова (1972: 272-318).

В картотеке автора диссертации имеется около 1500 наречий и наречных словосочетаний табасаранского литературного языка и живой разговорной речи носителей диалектов.

Содержание и последовательное рассмотрение поставленных задач определили структуру данной работы.

Структура исследования. Диссертация состоит из введения, двух глав, заключения, списка использованной литературы и приложения. Во введении даётся характеристика табасаранского языка, определяются предмет и задачи, актуальность темы и научная новизна исследования. В первой главе наречие характеризуется с семантической и словообразовательной точек зрения. Рассмотрены основные лексико-семантические группы наречий, уделено внимание структуре наречий и путям их образования. Вторая глава посвящена морфологической и синтаксической характеристике наречий. В заключительной части работы кратко изложены основные результаты проведённого исследования. В качестве приложения даётся список наиболее употребительных табасаранских наречий (около 1000 единиц.)

В настоящей диссертации рассматриваются наречия табасаранского литературного языка. В центре внимания находятся вопросы их образования, классификации и синтаксической роли. Следут отметить, что в ходе исследования были сформулированы некоторые результаты и общие положения.

На материале табасаранского языка, извлеченном из произведений художественной литературы (оригинальной и переводной), опубликованного фольклора, периодической печати, живой разговорной речи носителей диалектов выявлены семантические разряды адвербиальных единиц, дан анализ структурных особенностей, показаны пути пополнения наречий, рассмотрены их основные морфоло-го-синтаксические признаки,

В целях сравнения привлечены факты родственных языков.

В ранних грамматических изданиях общего характера наречие табасаранского языка получило поверхностное освещение.

При отнесении того или иного слова к разряду наречий нами учтена вся совокупность характерных для него как для единицы языка черт, в первую очередь, его обобщенное значение (в данном случае, значение признака признака или признака действия), морфологические свойства и специфика синтаксического употребления. Только такой целостный анализ семантики, системы морфологических форм и особенностей синтаксических функций в предложении обеспечивает, с одной стороны, выделение действительно существующих структурно-семантических разрядов слов и, с другой стороны, правильное отнесение того или иного слова к конкретной части речи.

Семантически наречие характеризуется тем, что относится в основном к действию (глаголу) и является определителем различных его признаков (места, времени, качества, количества, причины и цели).

Автор данной работы, не претендуя на полное и окончательное освещение рассматриваемого вопроса, предлагает следующую семантическую классификацию наречий современного литературного табасаранского языка, с учетом дробного членения наречий места и времени: качественные наречия (образа действия, количественные, сравнительно-уподобительные) и обстоятельственные наречия (времени, или темпоральные, места, или пространственные, причины и цели).

Особую группу представляют наречия с пространственно-временными значениями - слова, которые в одной и той же форме могут выступать в предложении как со значением времени, так и со значением места, например, наречие багагьди "рядом" (локативное значение) и "скоро" (темпоральное значение).

Большинство наречий образа действия и количественных наречий со значением меры и степени в отличие от всех других семантических групп наречий являются словами назывными, то есть их значение всегда конкретно, так как они обладают определенной семантической наполняемостью, например, гизаф "много", ц1иб "мало", акуди "светло", жикъиди "кратко" и др.

При изучении лексико-семантического взаимодействия наречий нами выделены многочисленные антонимы и синонимы.

Структурно-морфологически, наречия дифференцированы нами на две группы: первообразные (непроизводные немотивированные) и производные, мотивированные различными частями речи: именами существительными, прилагательными, числительными, местоимениями. Производные наречия, в свою очередь, разделены на две группы: простые и составные. Простые производные наречия образованы способом аффиксации. Составные производные наречия - результат сложения различных основ, в том числе редупликации. Наречия, образованные сложением основ, названы наречиями-композитами.

Непроизводных, или первообразных наречий немного. В их разряд включены лексемы, которые в плане статики квалифицируются как цельные простые единицы, и в структуре их не выделяются значимые форманты.

Наречие как самостоятельная лексико-грамматическая категория, по мнению большинства лингвистов, оформилась в более поздний период, как "результат абстрактного мышления человека, научившегося выражаться отвлеченными логическими категориями".

Образование наречий в табасаранском языке происходит в основном морфологическим способом. Исследуемой части речи в табасаранском языке присуща определенная система словообразовательных суффиксов (-ди, -ну, -лу, -ган, -диз, -т1ан, -на, -лин, -линди и др.)

В роли наречий нередко выступают деепричастия и наречные фразеологические единицы.

Определенная часть наречных фразеологических единиц возникла в силу необходимости наименования не вычлененных в лекси-ко-семантической системе языка тех или иных отрезков действительности.

Среди наречных фразеологизмов табасаранского языка наиболее многочисленны единицы, указывающие на образ и способ действия. Значительно меньше фразеологических единиц со значением места. Наречные фразеологические единицы независимо от разряда, к которому относятся, образуют структуры с двумя и более компонентами. Двухкомпонентные наречные фразеологические единицы -самая многочисленная группа. По своему строению они делятся на следующие типы:

1) "существительное + наречие", например, гвач1нин ухди "рано утром";

2) "существительное + существительное", например, йигъди-йишвди "днем и ночью", йигълан-йигъаз "изо дня в день", хил'ан хилиз "из рук в руки";

3) "прилагательное + существительное", например, ц1ийи к1ул-тГан "заново, сначала, снова";

4) "числительное + существительное", например, ургуд завари-лан "с семи небес".

Нами выявлена также трехкомпонентная фразеологическая единица: хилин хьуб т1убси ("существительное + числительное + существительное") "как свои пять пальцев".

Одним из источников пополнения корпуса наречий являются диалекты. Введенные писателями в литературный язык десятки диалектных слов играют определенную роль в обогащении словарного состава, вообще и наречного фонда, в частности.

Пополнение наречного фонда табасаранского языка происходит также за счет заимствования адвербиальных единиц из других языков: персидского, арабского, азербайджанского и русского. Заимствования из арабского и персидского языков немногочислены. Среди них можно назвать следующие: даима "всегда", гьаммишан "всегда", гьич "никак" и др. Подавляющее большинство иноязычных наречий

- это результат заимствования из азербайджанского и русского языков.

Морфологическое своеобразие наречий состоит в том, что они лишены форм словоизменения. Поэтому наречие называют неизменяемой частью речи. Применительно к табасаранскому и другим дагестанским языкам этот критерий является достаточно условным, поскольку некоторые наречия способны изменяться по падежам: гъи

- гъийиз, сач - сачдиз и др. В количественных распределительных наречиях могут быть представлены классные показатели: са-сабди, са-сарди "по-одному".

В зависимости от того, называет ли наречие конкретный признак непосредственно или оно только указывает на такой признак, наречия разделены нами на две неодинаковые по объему группы: знаменательные и местоименные.

К знаменательным относится большое количество разнообразных по семантике и структуре наречий, которые в силу своей многочисленности составляют основу наречия как части речи, Местоименные наречия не называют различных обстоятельств, а лишь указывают на них или служат для обобщения, а также для выражения вопроса. В составе местоименных наречий выделены вопросительные, указательные, отрицательные, неопределенные и определительные.

Мотивированные наречия, образованные от указательных местоимений, могут изменяться по падежам: мина - минади - милин. Такие наречия в каждом отдельном случае имеют аффиксы, указывающие на "покой", "направление" и "удаление". Таким образом, данный тип производных наречий можно охарактеризовать как ад-вербиализованные падежные формы указательных местоимений.

Целый ряд наречий места выступает в роли послелогов. Наречие является самостоятельной лексической единицей с присущими ей морфологическими, семантическими и синтаксическими признаками. Послелоги же не являются семантически полноценными словами, их роль и значение проявляются в предложении и выражают различные синтаксические отношения. Они не могут быть самостоятельными членами предложения, так как являются служебными словами, выступающими в качестве уточнителя при имени: хулан кья-ляхъ "за домом", гьарин к1анакк "под деревом", хулан айит1 "внутри дома" и т.д. В приведенных примерах особенно выпукло вырисовывается их значение в предложении: указывают на то, что некто или нечто находится рядом, сзади, внутри чего-то и т.д.

Если наречие сочетается с глаголом, прилагательным и наречием, то послелоги - с именами существительными и произносятся в едином потоке речи. Между этими двумя компонентами вставка других членов предложения исключается, ибо это приведет к бессмыслице.

Отметим, что наречие в табасаранском языке является развивающейся частью речи, поэтому не всегда удается установить границу между наречиями и послелогами. Трудно определить степень лексикализации целого ряда так называемых наречий, образованных от указательных и иных местоимений.

Наречие в современном табасаранском языке, как и другие знаменательные части речи, сочетается с другими словами в качестве зависимого или главного слова. Однако степень сочетаемости наречий с различными частями речи неодинакова. Это обусловлено лек-сико-грамматическими особенностями слов, входящих в структуру словосочетания.

В табасаранском языке любое наречие может сочетаться с глаголом. Наречия также могут сочетаться с прилагательными, наречиями и реже существительными.

Словосочетания с наречием в роли главного слова, например, гизаф пашманди "очень грустно", ц1иб минаси "чуть ближе", обычно входят в более сложные глагольные синтагмы и как бы лишены полноценности (ср. гизаф пашманди "очень грустно" - гизаф пашманди деуб "очень грустно сидеть").

Синтаксическим признаком наречия является его употребление в роли различных обстоятельств (образа действия, меры и степени, места, времени, причины и цели).

Таким образом, лексико-семантические и грамматические свойства позволяют отграничить наречие от других частей речи. Что же такое наречие, и что оно представляет собой в табасаранском языке как самостоятельная лексико-грамматическая категория?

Наречие - это класс в основном неизменяемых слов, морфологически соотносительных с именами существительными, прилагательными, числительными и местоимениями, обозначающий признак действия и признак признака, выступающий в предложении в функции различного рода обстоятельств (образа действия, времени, места, меры и степени, причины и цели) и присоединяющийся к глаголу способом примыкания.

Все вышеизложенное позволяет прийти к выводу, что наречие в современном табасаранском литературном языке является одной из своеобразных, интересных и заслуживающих изучения частей речи. (Наречие в табасаранском языке. Джавадова У.Г.)

Актуальность темы исследования. Обогащение и развитие словарного состава дагестанских языков благодаря освоению слов, заимствованных из русского языка, обстоятельно изучены и освещены в исследованиях разного уровня и объема на материале ряда дагестанских языков (лезгинского, лакского, кумыкского, даргинского и др.).

В то же время до сих пор недостаточно изученными остаются результаты языкового контактирования определенных младописьменных и бесписьменных языков, в частности, табасаранского с русским языком. Вопросы русских заимствований в табасаранском языке не были еще предметом научного исследования, за исключением различного рода статей и тезисов (Шалбузов К.Т. 1984: 129-135, ЗагнровВ.М. 1981:65-75, 1991:42-52; Загаров З.М. 1991:42-55).

Поскольку влияние русского языка на дагестанские языки по-прежнему остается высоким, изучение социолингвистических процессов, связанных с контактированием языков, имеет большое значение для истории табасаранского литературного языка, который развивался в постоянных контактах с русским, данная диссертационная работа посвящена проблеме русских заимствований в табасаранском литературном языке.

Необходимость обращения внимания на данную проблему объясняется тем, что изучение русских заимствований в табасаранском языке помогает решить проблему структурного взаимодействия двух языков, вносит уточнения в существующие интерпретации теоретических проблем, связанных с контактированием языков вообще, дает возможность выявить некоторые особенности функционирования русизмов в табасаранском языке и выяснить соответствие употребления русских заимствований нормам и традициям табасаранского литературного языка.

Разносторонний социолингвистический анализ русизмов в табасаранском языке способствует исследованию тех процессов, которые являются результатом взаимодействия русского и табасаранского языков, содействует разработке научно обоснованных принципов обучения русскому языку табасаранцев в общеобразовательной и высшей школе, улучшает практику перевода с русского на табасаранский, соответствует разработке практических вопросов культуры речи билингвов, способствует подъему культуры русской речи носителей табасаранского языка.

Проблема лексического воздействия русского языка на табасаранскую речь и выявление роли русского языка в развитии и обогащении лексики табасаранского языка впервые стала объектом монографического исследования. Этим объясняется научно-теоретическая важность и значимость диссертационной работы и актуальность ее темы.

Предметом анализа диссертационного исследования является словарный состав табасаранского литературного языка.

Непосредственным объектом исследования являются русские заимствования в табасаранском литературном языке.

Методологическую основу исследования составили труды лингвистов, посвященные проблемам лексикологии, семасиологии и словообразования дагестанских языков (Гайдаров Р.И., М.-С.М. Мусаев, С.М. Хайдаков, В.М. Загаров и др.), и научно-теоретические положения, разработанные в трудах исследователей табасаранского языка П.К. Услара, A.M. Дирра, A.A. Магометова, Л.И. Жиркова, Б. Г.-К. Ханмагомедова, В.М. Загирова, К.К. Курбанова и др.

Материалом исследования послужили русизмы, извлеченные сплошной выборкой из «Русско-табасаранского словаря» В.М. Загирова (1981), «Русско-табасаранского школьного словаря» Г.Н. Гаджиева (1983), «Орфографического словаря табасаранского языка» Б.Г.-К. Ханмагомедова (1989).

Русизмы собирались также из поэтических и прозаических произведений табасаранских писателей и поэтов, периодической печати, специальной и научной литературы, учебников и учебных пособий по табасаранскому языку. Проводились наблюдения над устной речью табасаранцев, проживающих в основном в сельской местности (в аулах Джули, Кюряг, Ханаг, Гуми, Халаг Табасаранского района; Чувек, Куштиль, Кандик, Хив, Фурдаг, Урга Хивского района). Во время неоднократных поездок (2004 - 2008 г.г.) в населенных пунктах осуществлялась запись речи носителей табасаранского языка различных возрастов и различного уровня образования.

Степень разработанности темы. Специальные монографические исследования по проблеме «Русские заимствования в табасаранском языке» отсутствуют. В научных трудах исследователей (Загиров В.М.) затронуты лишь отдельные вопросы русских заимствований или же соответствующий материал привлекается в сравнительно-исторических исследованиях и лексикографических работах по табасаранскому и другим дагестанским языкам.

Целью настоящего исследования является комплексный анализ русских заимствований в табасаранском языке. В соответствии с поставленной целью сформулированы следующие задачи:

- определить характер влияния русского языка на табасаранский в разные периоды табасаранско-русских контактов;

- выявить основные лексико-семантические разряды русских заимствований в табасаранском языке и их роль в развитии и обогащении лексики и фразеологии табасаранского языка;

- выявить степень воздействия русского языка на разные уровни табасаранского языка (лексико-семантический, фонетический, морфологический, синтаксический);

- определить особенности фонетического, семантического и грамматического освоения русизмов и их функционирование в табасаранском языке;

- выявить словообразовательные средства русского происхождения и описать процесс образования новых словообразовательных моделей в табасаранском языке;

- описать некоторые явления интерференции на фонетическом, фонологическом, морфологическом и отчасти синтаксическом уровнях, обусловленные влиянием русского языка;

- уточнить и упорядочить лингвистическую терминологию табасаранского языка в соответствии с аналогами русской и зарубежной лингвистики;

Методы исследования. Для достижения цели, решения поставленных задач использовалась комплексная методика анализа фактического материала. В качестве основного метода был избран описательно-аналитический, предполагающий наблюдение, классификацию, обобщение и системный анализ лексики табасаранского языка. Использованы также элементы сопоставительного метода при анализе фонетических изменений русизмов. При анализе степени морфологической адаптации русизмов, личных имен, их динамики и др. использован принцип статистического анализа.

Научная новизна диссертации заключается в том, что в ней впервые исследуется история табасаранско-русских языковых контактов, дана их социолингвистическая характеристика. Установлено, что обогащение и развитие лексики табасаранского языка объясняется процессом взаимодействия с русским языком. Предпринята попытка наиболее полного охвата русизмов, изучения их функционирования в табасаранском языке, подвергая анализу многочисленный материал, извлеченный из лексикографических работ, учебников, учебных пособий, публицистики, художественной и методической литературы, а также из живой разговорной речи носителей табасаранского языка различных возрастных и социальных групп.

В работе представлен комплексальный анализ закономерностей фонетического, морфологического и семантического освоения русских заимствований в табасаранском языке и определены тенденции в развитии табасаранско-русского двуязычия. В диссертации также предлагаются методические рекомендации по использованию русизмов в практике языкового строительства и обучения учащихся русскому языку в табасаранских школах.

Теоретическая значимость исследования. Изучение вопросов, связанных с развитием и обогащением табасаранского языка русскими заимствованиями, к&тькированием и т.д., имеет большое теоретическое значение. Результаты анализа русизмов и сведения социолингвистического характера, отражающие динамику развития и современное состояние табасаранского языка, внесут определенный вклад в изучение истории языка в условиях табасаранско-русского двуязычия. Разработка закономерностей освоения и функционирования русизмов в табасаранском языке может внести определенные коррективы в изучение фонетики и морфологии табасаранского языка.

Практическая ценность исследования. Основные положения диссертационной работы, результаты исследования могут быть использованы:

1) специалистами-языковедами при исследовании табасаранско-русского двуязычия и проблем социолингвистики;

2) в практике преподавания и изучения табасаранского языка на факультетах дагестанской филологии ДГПУ, ДГУ, в Дербентском педколледже и общеобразовательных табасаранских школах;

3) при упорядочении терминологии, совершенствовании орфографии и разработке норм табасаранского литературного языка;

4) при составлении учебников, учебных пособий для табасаранских школ, колледжей и вузов Республики Дагестан, а также различных словарей.

5) материал исследования окажется весьма полезным для повышения культуры русской речи в полиэтническом регионе.

На защиту выносятся следующие положения:

1. В плане развития и обогащения табасаранского литературного языка XX в. является важным с точки зрения функционального влияния на него русских заимствований, наиболее многочисленных, в семантическом отношении - разнообразных и наличествующих во всех отраслях лексики табасаранского языка. Характерная черта русизмов в рассматриваемый период - их разнородность по отношению к языку-источнику и массовость.

2. История обогащения словарного состава табасаранского языка за счет русских заимствований делится на несколько периодов: дореволюционный, советский (первые годы советской власти, период Великой Отечественной войны, послевоенный) и постсоветский.

3. Длительное контактирование русского и табасаранского языков привело к обогащению современного табасаранского языка прямыми лексическими заимствованиями, путем калькирования сложных слов и словосочетаний, различных типов аббревиатур, словообразования, переосмысления исконных табасаранских слов и создания синонимических рядов.

4. Возникновение, развитие и нормирование терминологии табасаранского языка зависит от внутренних возможностей табасаранского языка, а больше всего — от терминов, заимствованных из русского языка.

5. В речи носителей табасаранского языка в области фонетики, морфологии проявляется интерференция, обусловленная заимствованием русских слов.

6. Русские заимствования, особенно дореволюционные, попадая в табасаранский язык, совершенно слились с фонетико-грамматической средой табасаранского языка, существенно изменились, подвергаясь фонетическому, морфологическому и семантическому освоению.

7. Важным фактором, свидетельствующим об активизации процессов лексической и грамматической адаптации русизмов в языке-рецепиенте, является заимствование интернациональных терминов под воздействием русского языка, их функционирование и широкое использование в учебно-педагогической и художественной литературе, периодической печати и публицистике, лексикографических работах на табасаранском языке.

Апробация и внедрение результатов исследования. Работа выполнена на кафедре теоретических основ и технологий начального языкового образования Дагестанского государственного педагогического университета. Основные положения диссертации апробированы на заседаниях названной кафедры, а также в докладах на научно-практических конференциях преподавателей ДГПУ и ДГУ. Часть материала привлекалась автором при подготовке и проведении занятий со студентами дагестанской филологии ДГУ и на курсах учителей табасаранского языка при Институте повышения квалификации педагогических кадров в 2003-2008 г.г. Работа обсуждалась на заседании кафедры дагестанских языков

Дагестанского государственного университета. Основное содержание диссертации отражено в шести публикациях автора.

Структура и объем диссертации. Работа состоит из введения, трех глав, заключения и списка использованной литературы. Общий объем диссертации составляет 162 машинописных страниц (137 страниц основного текста, 16 с. списка использованной литературы, включающего 167 наименований).

Исключительное своеобразие фонетической системы, грамматического строя и особенности лексики табасаранского языка издавна стали привлекать внимание исследователей. Изучению табасаранского языка посвящены работы известных отечественных и зарубежных ученых-кавказоведов.

Во введении обосновывается выбор темы, ее актуальность, формулируется цель и задачи исследования, определяется научная новизна диссертации, ее теоретическая значимость и практическая ценность, указывается материал и основные методы исследования, фиксируются основные положения, которые выносятся на защиту, а также апробация результатов исследования и рассматривается история изучения лексики табасаранского языка.

Первая глава "Социолингвистический анализ истории табасаранско-русских языковых контактов".

Русско-табасаранские контакты, имеющие свои глубокие исторические корнн, занимают особое место среди социолингвистических факторов пополнения словарного состава табасаранского языка путем заимствования лексических единиц русского языка. Еще в начале XVIII века табасаранцы имели торговые связи с русскими.

Более тесными русско-табасаранские контакты стали с присоединением в 1813 году Дагестана к России. Окончательное вхождение Дагестана в состав России и установление тесных культурных, торговых и экономических отношений дагестанцев с русскими привели к развитию материальной и духовной культуры горцев Дагестана; произошли изменения в быту, создались объективные условия, способствующие сближению горцев с русским народом, что привело к пополнению дагестанских языков, русскими заимствованиями, обозначающими новые предметы, понятия и явления.

Кроме того, большое значение для развития русско-табасаранских языковых связей имели все те изменения, которые произошли в общественно-экономической жизни табасаранцев, в их культуре и быте в результате присоединения их территории к России и вовлечения в сферу новых социальных и тор-гово-денежных отношений.

Русско-дагестанское языковое взаимодействие, которое началось несколько столетий тому назад, стало активизироваться с середины XIX века. Народы Дагестана окончательно переориентировались на русско-европейский экономический и культурно-исторический ареал. Это все и послужило экстралингвистическим фактором постепенного приобщения горцев Дагестана к русскому языку.

Языковым контактам табасаранцев и русских в дооктябрьский период прямо или косвенно способствовала сама обстановка, сложившаяся в Дагестане с начала XIX века, многочисленные военные действия, особенно в период так называемой Кавказской войны, а также отдельные начинания русских властей культурно-просветительного характера. Немаловажную роль сыграл также интерес русских исследователей к табасаранскому языку. В этом отношении следует отметить таких исследователей табасаранского языка, как Г.Ю. Клапрот, П.К. Услар, A.M. Дирр и др.

Длительное контактирование русского и табасаранского языков привело к обогащению современного табасаранского языка. Выделяются следующие типы заимствований: 1) прямые лексические заимствования; 2) заимствования путем калькирования сложных слов и словосочетаний; 3) различные типы аббревиатур; 4) переосмысление исконных табасаранских слов.

Как известно, заимствованные слова появляются в системе языка как под влиянием внешних (неязыковых) причин, так и внутренних (собственно языковых). К внешним причинам относятся отмеченные выше политические, экономические, культурные связи и военные столкновения между народами. К внутренним причинам относятся потребность системы самого языка, которые заключаются в том, чтобы с помощью заимствованных слов уточнить некоторые понятия, не детализированные в словах родного языка, и заменить наименования, которые передавались описательно, выражались словосочетаниями. Заимствованные слова - это иноязычные слова, которые полностью вошли в лексическую систему языка, приобрели грамматические свойства, присущие родному языку, имеют звуковой состав, характерный для фонетической системы родного языка и пишутся буквами его алфавита.

В результате длительных табасаранско-русских языковых контактов и усилившегося культурного, политического и экономического влияния России табасаранским языком заимствовано более 100 (ста) слов из русского языка: ай-рупалан «аэроплан», аьдрис «адрес», банк «банка», бедре «ведро», вазгал «вокзал», ггшарал «генерал», гарафин «графин», духтур «доктор», завут «завод» и др. Дореволюционные лексические заимствования проникли в табасаранский язык исключительно устным путем, и русизмы оформлялись в соответствии с произносительными нормами табасаранского языка. В ввиду весьма слабой распространенности русской грамоты среди носителей табасаранского языка, заимствование слов в этот период происходит одновременно с заимствованием ранее неизвестных табасаранцам предметов и понятий и других явлений общественной жизни, названиями которых они являются. Они отражают новые общественно-политические и хозяйственно-бытовые отношения, сложившиеся в результате русско-табасаранских языковых контактов: закун «закон», газшп «газета», п см аник «начальник», сум авар «самовар», хузаин «хозяин».

Наметившаяся к началу XX века тенденция к ослаблению связей с восточными (арабским, тюркскими (азербайджанским), персидским) языками и более тесные связи с русскими, сильное влияние русского языка на табасаранский язык, как и на другие дагестанские языки, сыграли положительную роль в обогащении лексики табасаранского языка за счет русских заимствований. Ранние

заимствования из восточных языков, прочно вошедшие в табасаранский язык и бытовавшие в нем столетиями, оказались нежизнеспособными и были вытеснены из употребления, не став достоянием общенародного употребления: тарга:-история, амур-приказ, къанун-закои, шура-совет, меркез-центр, тешкилат-организация, сиясат- политика.

В новую исключительно благоприятную полосу русско-табасаранские отношения вошли после свержения в России царского самодержавия и установления Советской власти в Дагестане, т.е. начиная с 20-х годов прошлого столетия. Этот период характеризуется как интенсивный в проникновении русизмов в лексику табасаранского языка. С точки зрения массового проникновения русских заимствований в советскую эпоху в табасаранский язык можно условно выделить четыре периода:

1) первые годы после установления Советской власти в Дагестане и годы довоенных пятилеток;

2) период Великой Отечественной войны;

3) послевоенный период;

4) постсоветский период табасаранско-русских языковых контактов.

Русско-табасаранские языковые контакты способствовали созданию письменности на табасаранском языке в полном смысле этого слова. Впервые в своей истории табасаранцы получают латинографическую письменность на родном языке в 1932 году, ас 1938 года - принят новый алфавит, созданный на основе русской графики. Разработка нового алфавита и правил правописания, которые предусматривают написание всех русизмов согласно правилам русской орфографии, усилила благотворное влияние русского языка на табасаранский.

После создания в 1938 году письменности на табасаранском языке на русской графической основе, когда не было учебников и необходимых учебных пособий на табасаранском языке, иноязычная лексика проникла в табасаранский язык письменным путем. В 30-е годы в табасаранском языке возникает значительное число калек на базе заимствованных из русских слов и словосочетаний: зегшеткеш «трудящийся», урхрур «учащийся», кьялан школа «средняя школа» и др.

На словарном составе табасаранского языка отразились также развитие науки, культуры, просвещения, появление кино и театров, увеличение культурно-просветительских, медицинских учреждений. В письменную речь проникли лексемы: литература, библиотека, театр, кино, пьеса, артист, арифметика и др.

Более тесными становятся русско-табасаранские языковые контакты в период Великой Отечественной войны, который характеризуется развитием таба-саранско-русского двуязычия и заметным пополнением табасаранского языка военно-политической терминологией типа афисер «офицер», солдат «солдат», майур «майор», гинирал «генерал», фрунт «фронт» и др.

Советский период был самым значительным периодом в жизни табасаранского народа. Именно в этот период он достиг огромных успехов в политическом, экономическом и культурном развитии. Благодаря русскому языку табасаранский язык приобщился не только к культуре российской, но и к мировой

культуре. Многочисленные советизмы и интеранциональзмы без изменения основ заимствованы из русского языка табасаранским: революция, социализм, коммунизм, совет, демократия и др.

Послевоенные годы характеризуется дальнейшим сближением русско-табасаранских лингвистических контактов. В этот период происходит непрерывный процесс обогащения русского языка, а через него словесные обозначения советской деятельности проникают и в табасаранский язык, т.е. происходит процесс обогащения табасаранского языка русскими заимствованиями, рожденными тем или иным событием общественной, научной и культурной жизни: вертолет, экскаватор, бульдозер, совхоз, капрон, нейлон, лавсан и др.

Русский язык в настоящее время является основным иноязычным источником пополнения словарного состава табасаранского языка и вместе с азербайджанским языком играет важную роль в пополнении и развитии табасаранского литературного языка. Русизмы проникли во все области современного табасаранского языка и в семантическом отношении обнаруживают большое разнообразие. Особенностью русских заимствований в исследуемом языке является активное участие в дальнейшем развитии лексических возможностей и обогащении табасаранского языка. Заимствованное слово может восполнять и нехватку в лексическом составе языка. Эта функция в особенности свойственна русизмам в табасаранском языке, которые помимо номинативной, выполняют и другую важную функцию - стилистическую.

Достижением максимального развития табасаранско-русских языковых контактов является новая форма - форма табасаранско-русского двуязычия, составляющая одну из существенных и коренных закономерностей языковой политики в Дагестане, имеет тенденцию к росту. В настоящее время наблюдается интенсивное развитие табасаранско-русского двуязычия. Более 70 % табасаранцев свободно владеют русским языком в качестве второго языка. Устно-разговорная речь билингва - табасаранца насышена русизмами, в числе которых отдельные слова, русские словосочетания, вводные слова, кальки: первый январь «первое января», персоналии пенсионер «персональный пенсионер», скурий по-мош «скорая помощь».

Специфическим функциями русского языка в Дагестане являются следующие: межнациональное общение народов Дагестана; обучение в общеобразовательной школе с третьего класса; изучение в школе от подготовительного до одиннадцатого класса; преподавание в средних специальных и высших учебных заведениях; научно-исследовательская деятельность; телевещание и радиовещание; издание общедагестанской художественной и научно-популярной литературы и республиканских журналов; проведение общественно-политических и культурно-просветительных мероприятий; обслуживание деятельности общественных и партийных учреждений; воспитание подрастающего поколения в детских учреждениях и др.

Огромную положительную роль сыграл русский язык в появлении и развитии терминологии табасаранского языка, поскольку основная часть терминологической лексики табасаранского языка представлена русизмами и интерна-ционализмами. Наличие общего терминологического фонда, сформировавшегося на базе русского языка, дает возможность табасаранцам, как и многочисленным народам России, в равной мере пользоваться достижениями национальной и мировой культуры и науки, облегчает возможности общения и сотрудничества. Особую группу по мативированности образуют термины, которые в своем названии содержат элемент семантического переноса, метафоры: ачухъ гьярфар «гласные», ачухъ дару гьярфар «согласные», кюмекчи глагол «вспомогательный глагол». В табасаранском языке функционируют также термины, образовавшиеся на базе русского языка, и обозначают явления, имеющие соответствующие обозначения в литературном языке: шиара «знак», ч1ал «язык, речь», мяча «значение», гаф «слово» и др. Русский язык явился поставщиком названий новых для табасаранского языка понятий, подчас имевших интернациональный характер. Многие греко-латинские заимствования, внесшие значительный вклад в формирование лексики русского языка, проникли в табасаранский язык через посредство русского языка.

Важным источником обогащения лексики табасаранского языка является перевод русских слов на табасаранский, расширение объема значений исконных лексических единиц под влиянием русизмов и их словосочетаний. Значительное место в этом процессе занимает словообразование н калькирование.

Бурное развитие науки и техники является важным зкстралингвистиче-ским фактором проявления все новых и новых разнообразных калек и фразеологических единиц терминологического характера: сложносокращенные слова, образованные путем сложения начальных звуков слов: ЗАГС, ГЭС, вуз, ТАСС и др.; слова, образованные из начальных букв: МТС, РТС; слова, образованные из начальной части первого слова и целого другого слова: медпункт, профсоюз, Сбербанк, сберкнижка, медсестра, редколлегия, сельсовет, грампластинка и др.; слова, образованные сочетанием начальных слогов: парторг, профком, местком, военком, исполком, колхоз, совхоз и др.

Табасаранско-русское языковое контактирование имеет много различных аспектов исследования, в том числе интерференция, которая обнаруживается в речи билингвов, если они говорят на русском языке или употребляют в речи много слов русского языка. Чаще всего интерференция проявляется в области фонетики, морфологии, синтаксиса и обусловлена заимствованием, русизмов в табасаранский, калькированием, образованием общего лексического фонда в контактирующих языках и т.д.

Национальная самобытность табасаранского языка ничуть не пострадала от проникновения в него многочисленных слов из русского языка, так как заимствование - вполне закономерный путь обогащения любого языка. Табасаранский язык сохранил свою полную самостоятельность и лишь обогатился за счет заимствованных слов из арабского, азербайджанского, персидского и русского языков.

Вторая глава "Функциональная характеристика русских заимствований в табасаранском языке".

Анализ работ, посвященных исследованию заимствований из русского языка, словника Орфографического словаря табасаранского языка, наши наблюдения над языком современной художественной и публицистической литературы на табасаранском языке, над устной и письменной речью табасаранцев, анализ учебников, учебных пособий и лексикографических пособий, а также собранный нами материал в аулах Хивского и Табасаранского районов позволяют нам утверждать, что число русизмов в табасаранском языке достигло до трех тысяч лексических единиц.

В целях учета фиксированных русских заимствований в табасаранском языке, их функционирование в речи табасаранцев в данном разделе диссертации предлагается анализ зафиксированных в "Орфографическом словаре табасаранского языка" (1989), учебной литературе (в Учебнике табасаранского языка для 5 класса), в произведениях табасаранских писателей и поэтов), республиканской газете «Табасарандин нурар» («Зори Табасарана») русских заимствований.

Все лексические заимствования из русского языка по своей семантике могут быть разделены на следующие тематические группы:

1. Наименования предметов и изделий, орудий труда и инструментов: га-рафин, астакан «стакан», чейник «чайник», каравать «кровать» и др.

2. Названия, связанные с понятием «человек», и указывающие на его профессию, род занятий, специальность и принадлежность к политическим и общественным организациям: дежурни «дежурный», активис «активист», ком-байнур «комбайнер», комунис «коммунист», .ттицца «милиционер», рабочи «рабочий» и др.

3. Названия продуктов питания, напитков кулинарных изделий и различных кушаний: апалсин «апельсин», батон, бурш «борщ», бивштекс, булка, буханка и др.

4. Названия различных веществ, строительных материалов, металлов, полезных ископаемых и лекарств: азот, алнбастир «алебастр», алмаз, ацетон, алумнни «алюминий», аспирин, вазелин, витамин, газ, гипс и др.

В диссертации приводятся также следующие тематические группы: слова, связанные с учебой; слова, обозначающие единицы измерения длины, времени и веса, и некоторые математические термины; обозначения военного снаряжения, оружия и понятий, связанных с ними; обозначения официальных документов, видов изданий, печатной продукции и понятий, связанных с оформлением письменных документов; наименования одежды, обуви и других предметов бытового обихода; наименования тканей; названия общественных организаций, руководящих органов, различных обществ, социальных групп и собраний; обозначения технических и транспортных понятий; музыкальные инструменты и понятия, связанные с искусством; слова, называющие живые существа, растения и фрукты; названия видов спорта, игр и др.

Помимо имен существительных в табасаранский язык проникло и некоторое количество слов, относящихся к другим частям речи - прилагательным, числительным, глаголам и служебным частям речи, а также русские антропонимы.

С помощью русских заимствований в табасаранском языке возникли словосочетания, состоящие из существительного-русизма + существительного, выступающего в функции краткого прилагательного: табасаран литература «табасаранская литература», урус ч1ал «русский язык», студент уьмур «студенческая жизнь» и др.

По своему значению русские заимствования охватывают разные стороны жизни и деятельности табасаранского народа - хозяйственно-бытовую, общественно-политическую, экономическую, культурную сферу и т.п. В процентном отношении разные тематические группы слов - заимствований распределены неравномерно: слова являющиеся обозначениями конкретных предметов, явлений, составляют подавляющее большинство, а названия действий и состояний, названия отвлеченных понятий, признаков действий и служебные слова - незначительное количество.

В последнем издании «Русско-табасаранского терминологического словаря» (Курбанов 1982) представлены термины, образованные как внутренними ресурсами табасаранского языка, так и заимствованные из русского языка. В создании табасаранской лингвистической терминологии, как и терминологии других дагестанских языков, заметную роль сыграл русский язык. Этим объясняет то обстоятельство, что число терминов (лингвистических), заимствованных из русского языка больше.

В словаре 1982 всего зафиксировано - 1205 слов - терминов, из которых -377 лингвистических, 325 - литературоведческих и 505 педагогических. Из терминов 124 лингвистических, 131 литературоведческих, 49 педагогических являются заимствованиями из русского языка: деепричастие, залог, корень, лексика, орфография и др.

Последнее издание «Русско-табасаранского школьного словаря» (Гаджиев: 1982) содержит 15 тысяч слов. В словаре наличествуют наиболее употребительные в школьных учебниках русские слова в переводе на табасаранский язык. В словаре заимствования заимствованные из русского языка составляет 2216 слов.

Последнее (пятое) издание «Орфографического словаря табасаранского языка» Б.Г.-К. Ханмагомедова и Г.Н. Гаджиева 1989 года. Охватывает всего 14 тысяч 706 слов. Из них лишь 442 слова являются заимствованиями из русского языка. Анализ заимствований, представленных в Орфографическом словаре, показал, что в него совсем не вошли дореволюционные заимствования, которые больше подчинены орфоэпическим правилам заимствующего табасаранского языка. В Орфографический словарь вошли слова, относящиеся к общественно-политической лексике, термины, относящиеся к образованию и педагогической деятельности, медицинские термины, наименования официальных видов изданий и печатной продукции и т.п.

Свидетельством освоенности русских заимствований в табасаранском языке является вошедшие в орфографический словарь русские лексемы с наиболее употребительными суффиксами табасаранского языка -ecu, образующего в табасаранском языке большое количество слов с отвлеченным значением почти от всех глаголов, прилагательных, существительных, а также некоторых наречий (Магометов 1965: 146; Загаров 1981: 24): автоном-вал «автономство», агент-вал «агентство», агитатор-вал «агитаторство», агроном-вал «агрономство»; -чи, образующего о г основ существительных, редко - от основ наречий имена существительные, обозначающие людей по профессии, роду занятий, выполняемой ими работе: колхоз-чи «колхозник», доклад-чи «докладчик» и др.

В Орфографическом словаре представлено несколько слов - прилагательных, образованных из русских заимствований при помощи заимствованных из тюркского (азербайджанского) языка суффиксов -лу и -суз, обозначающего отсутствие чего-либо: орден-лу «орденоносный», принцип-суз «непринципиальный», закон-суз «незаконный». Из 512 русизмов, представленных в Орфографическом словаре, 52 слова являются научными понятиями и словами, отражающими особенности школьного и вузовского образования: абзац, автор, алгебра, алфавит, альманах, анатомия, биология, ботаника, грамматика, деепричастие и др.

В учебнике «Табасаранский язык для 5 класса» (Махачкала) число русских заимствований терминов составляет 765. Самой многочисленной является лексико-тематическая группа, обозначающая научные понятия: суффикс, существительное, падеж, скобка, предложение, падеж, прилагательное, глагол, классы, текст, наречие и др. В учебнике имеются русские заимствования, относящиеся и к другим лексико-семантическим группам: названия, указывающие профессию, род занятий, специалность, занимавшую должность человека (дух-тур «доктор», космонавт, электрик, председатель, революционер и др.), обозначения технических и транспортных понятий: трактор, машина, электростанция, самолет; названия учебных и письменных принадлежностей (мел, доска, портфель, тетрадь, отлично), а также слова, относящиеся к другим лексико-тематическим группа. Почти все русизмы, вошедшие учебник «Табасаранский язык» составляют имена существительные. При склонении они получают аффиксы многочисленных (основных и местных) падежей табасаранского языка и показатели множественного числа, что является свидетельством их освоенности в заимствующем языке. При образовании падежных форм русских заимствований исходной формой для остальных падежей является эргатив. Вошедшие в учебник заимствованные русские термины употреблены в форме множественного числа с помощью наиболее продуктивных аффиксов -йир, -ар: пршагательн-гтр «прилагательные», предложен-йир «приставки», существительн-йир «существительные», суффикс-ар «суффиксы», антонимар «антонимы» и др. Всего в учебнике «Табасаранский язык» приведено 267 русских терминов, употребляющихся с аффиксами множественного числа табасаранского языка -ар, -йир.

Табасаранский язык обладает обладает богатой фразеологией. Фразеологический состав табасаранского языка находится в состоянии изменения и пополнения.

Табасаранский язык пополняется не только лексическими единицами, но фразеологизмами русского языка. Калькирование фразеологических единиц -один из способов передачи иноязычных фразеологических единиц, не имеющих фразеологического соответствия в заимствующем (табасаранском) языке, оно определяется как перевод фразеологического сочетания по составляющим частям, создание фразеологической единицы заимствующего языка по модели иноязычного фразеологического сочетания. При калькировании фразеологических единиц, как правило, происходит семантический сдвиг под влиянием исходного фразеологического сочетания. Фразеологические кальки табасаранского языка, как воспроизводимые фразы особого рода, созданы целиком на табасаранском.

материале по образцу и подобию соответствующих русских фразеологизмов, когда каждый компонент точно передается даже аналогичными словами fia табасаранский язык: тербия тувуб [< давать воспитание], айгьамаршшди улхуб [< говорить загадками], аллагьдиз шюкюр [< слава богу], к1ул габицуб [< вскружить голову], хяртахъ хъеуб [< сесть на шею] и др. Приведенные кальки сохраняют полностью структурно-семантический рисунок оригинала.

Анализ материала показал, что целый ряд фразеологизмов табасаранского языка содержат в своем составе русизмы, обозначающие предметы быта, профессию, продукты питания, названия учреждений и др. Они образованы путем сложения исконного (табасаранского) и одного из компонентов заимствованного (русского) языка. Это второй и наиболее продуктивный способ образования фразеологических единиц.

В результате лексических заимствований из русского языка, а в прошлом и из восточных (арабского, персидского, азербайджанского) языков расширились стилистические возможности табасаранского языка, в нем стали появляться синонимические ряды с участием исконно табасаранских, восточных слов и русизмов: таржума - перевод, iiluïiup — малярия, руб - укол, т/иршуб - массаж, бугъма — рак, къалам — карандаш, дафтар — тетрадь, машквар - праздник, тят/шар - каникулы, сечкйир - выборы, ч1агъан - гармонь - аккордеон, швт1рам — кларнет и др.

В речи синонимы обычно выполняют три основные функции:

1) функцию замещения, связанную со стремлением избежать нежелательных повторений одних и тех же лексических единиц;

2) функцию уточнения, связанную с желанием говорящего или пишущего более четко передать мысль;

3) функцию экспрессивно-стилистическую, связанную с выражением многообразных оценок.

Основное большинство синонимов образовано средствами самого табасаранского языка, а часть заимствованных синонимов идет из русского языка или заимствованы посредством русского языка: кьушум - армия, аьзархана - больница, мялгш - учитель, аэротан - самолет и др. В табасаранском языке встречаются синонимы, образованные способом калькирования: читатель - урхрур, пияниска - пьяница -ухрур. Большая группа синонимических рядов, составляют возникшие в результате заимствования двух или более слов из различных языков или из одного языка при обязательном участии русизмов (Загиров 1977: 2439). В диссертации приводятся синонимические ряды, состоящие из: собственно табасаранских слов и русских заимствований: (шишал — мешок «мешок», журум).

- штраф «штраф»), из азербайджанизмов и русских заимствований: юлдаш -илдаш — товарищ «товарищ», ч1анади (таб.) — гьавайа (азерб.) — бесплатно (русск.) «бесплатно», шюше - бутулка «бутылка» и др.; из персидских и русских заимствований: чайдсш - чейнж «чайник», бистан - огород «огород», аьзархана - больница, дарман - лекарство «лекарство», диван - суд «суд»; из арабских и русских заимствований: гьямсы - баня «баня», мяна - идея, амур (уст.) - приказ, мертвое (через азерб.) - этаж «этаж»; из русских заимствований: айрупалан «аэроплан» - ссшолут «самолет», зап1ас «запас» - резерв.

Собранный и систематизированный нами материал позволяет контактировать, что роль русизмов в образовании синонимии значительна. Синонимия заимствований отличается дополнительными смысловыми оттенками от других синонимов, входящих в ряд.

Третья глава "Освоение русских заимствований в табасаранском языке".

Заимствованная лексика табасаранского языка обслуживает все стороны современной экономической и культурной жизни, составляет основную часть табасаранской терминологии. В современном табасаранском языке русизмы преобладают по количеству над другими заимствованиями. И в дальнейшем развитии лексических возможностей табасаранского языка им принадлежит особое место.

Заимствования, попадая из русского в табасаранский язык (как правило, вместе заимствованным предметом, явлением или понятием), существенно изменяются, многие из них подвергаются фонетическим, грамматическим и семантическим изменениям, обусловленным специфическими особенностями контактирующих языков и закономерностями заимствующего табасаранского языка. Процесс заимствования словарных единиц в языке носит довольно сложный характер. Известно, что проникшие слова не сразу становятся полноправными единицами языка. Проникновение - это лишь первоначальный этап заимствования. Прежде чем стать полноправными единицами табасаранского языка, русские слова проходят более или менее испытательный срок. В течение этого срока заимствуемая лексика приобретает необходимую для слова известность и признание, подвергается воз действию новой среды, новых фонетических, морфологических и лексических закономерностей, ослабляя, и, наконец, перестает обнаруживать все или же отдельные из его прежних качеств и специфических для языка-источника особенностей, т.е. слово усваивается.

Более всего подвергается изменениям фонетическая (звуковая) сторона слова, потому что фонетическая система отличается разным количеством гласных и согласных фонем, несоответствием артикуляции и акустики отдельных звуков, а также фонетических законов в области гласных и согласных звуков. Анализ фонетических систем контактирующих языков выявил как отдельные типологические соответствия между звуковыми процессами этих языков, так и значительные расхождения их фонетических систем. Отрицательное влияние на русскую речь билингвов и объясняется этими расхождениями. Фонетическое освоение иноязычного слова, как правило, зависит от чисто звуковых моментов, от особенностей и своеобразия фонетических систем взаимодействующих языков. Как известно, звуковой состав одного языка никогда не совпадает со звуковым составом другого. Даже родственные языки отличаются целым рядом специфических фонетических особенностей, связанных с артикуляционной базой языка, которая складывается в течение веков. Поэтому заимствование слов из одного языка в другой всегда сопряжено с их фонетической модификацией. Основные трудности при усвоении табасаранцами русских заимствований связаны с фонетической структурой слова в русском языке. Установлено, что взаимодействие русского и табасаранского языков отразилось на звуковом строе последне-

го, т.е. в нем появились новые фонемы (<о>, <ы>, <щ>,) произошли изменения в артикуляции звуков и фонетических процессов в области гласных и согласных. Иногда может происходить изменение звучания, не обусловленное какими-то фонетическими законами. Такое случайное, необязательное искажение облика бывает обычно при устном непосредственном заимствовании слова.

В специальной литературе фонетическое усвоение русских заимствований в дагестанских языках условно делят на две группы: а) дооктябрьский тип адаптации, когда русизмы проникли посредством устного сообщения с русскими или носителями русского языка; б) послеоктябрьский тип адаптации, когда русизмы проникают в дагестанские (лакский) языки по тем каналам, которые могли способствовать правильному их восприятию, т.е. через письменные источники (Шахшаева 1983: 15).

Фонетические процессы, связанные с освоением русских заимствований в табасаранском языке, наблюдаются как в системе гласных, так и согласных звуков русского языка. Заимствованные русские слова подвержены подавляющему большинству фонетических процессов, действующих в табасаранском языке. Одним из таких процессов при освоении русизмов является характерная для языков лезгинской группы назализация гласных (Халилова 1994: 7) перед носовым [н], кроме позиций в абсолютном начале слова и интервокальной позиции: магнитафун «магнитофон, канцшар «канцелярия», патифу «патефон», графин «графин», маргалин «маргарин» и др.

В русском языке согласные отличаются корреляцией по звонкости и глухости, по мягкости и твердости. В табасаранском языке корреляция по мягкости и твердости отсутствует, а корреляция по глухости и звонкости имеет свою специфику. Согласные русского языка в табасаранском языке не оглушаются. Однако в табасаранском языке существует корреляция согласных по лабиализован-ности - нелабиалиованности, придыхательности — непридыхательности.

Другой важной отличительной особенностью системы консонантизма табасаранского языка, как и всех дагестанских языков, от системы согласных русского языка является наличие в ней абруптивов п1, т1, к1, ц1, ч1, къ; специфических увулярных и фарингальных, которых нет в русском языке. Русский язык располагает фонемой [иГ], которой нет в табасаранском языке. Существующими различиями между системами согласных русского и табасаранского языков, дифференциальными и артикуляционными признаками обусловлено многообразие интерферентных явлений в области консонантизма. Большие затруднения испытывают носители табасаранцы при освоении русского ударения. Это связано с различным размещением ударения в русском и табасаранском языках. Русское ударение характеризуется разноместностью (мука- мука, замок - замок), подвижностью (пишите - пишите, руки - руки,), а ударение в табасаранском языке динамическое, слабое. Одним из препятствий при освоении русских заимствований табасаранцами является закон сингармонизма, сущность которого заключается в том, что в одном слове (или слоге) могут быть только гласные и мягкие согласные, или только задние гласные и твердые согласные.

При фонетическом освоении русизмов в табасаранском языке не менее важное препятствие связано с стечением согласных. В русском языке стечение

гласных и согласных в начале, середине и конце слова - весьма распространенное явление. В табасаранском языке мало слов начинаются с стечения согласных, минимален процент совпадения двухэлементных комплексов (сочетаний) в начале и конце слов, совсем отсутствуют в табасаранском языке трехэлементных и четырехэлементных комплексов. Этим объясняется добавление протезирующего гласного перед стечением согласных или вставка гласного между согласными: например, слова типа биригадир, пирсидатил реализуются носителями табасаранского языка в виде.

Таким образом, можно констатировать, что при заимствовании русских слов в табасаранском языке наблюдаются следующие фонетические процессы:

а) замена отсутствующих в табасаранском языке звуков [о], [ы], [щ] близкими по звучанию звуками [у], [и], [ш]: шкула «школа», духтур «доктор», усту-руж «сторож», шутка «щётка», зуби «зубы» и др;

б) замена нехарактерных для табасаранского языка мягких согласных фонем русского языка соответствующими твердыми во всех фонетических позициях: пич «печь», мидал «медаль», учитш «учитель», титрад «тетрадь» и др. Корреляция твердости-мягкости несвойственна для звуковой системы табасаранского языка, а для русского языка - это основа фонетической системы;

в) эпентеза или вставка гласного вовнутрь слова: декабир «декабрь», сентябир «сентябрь», кинижка «книжка», партафил «портфель», параздник «праздник» и др.

Важно отметить, что если при стечении согласных стоит гласный переднего ряда, то между согласными обычно ставится гласный переднего ряда. Это связано с сингармонизмом, который табасаранский язык заимствовал из азербайджанского языка;

г) эпитеза или наращение гласного в ауслауте: негр/и/ «неф», куб/а/ «куб», отказ/у/ «отказ», литр/и! «литр», участк/а/ «участок», комбайн/а/ «комбайн», метр/и/ «метр», кадр/и/ «кадр», отпуск/а/ «отпуск» и др.

д) приставка гласных к началу слова: /у/школа «школа», /и/справка «справка», ¡у/стулба «столб», /и/шкаф «шкаф», /у/сталавай «столовая», /э/стекан, астакан «стакан», /и/штраф «штраф» и др.;

е) замена звуков в<-б; г<-к, к<-гъ,къ: буллу/ш/ка «блузка», 'гъ/иф/н/т «конфета», газ/и/т «газета», р/и/зин «резина», !с/емен «цемент», (бедре «ведро»), калуш «галоша», гъазагъ «казак», Къавкъаз «Кавказ» и др.;

ж) метатеза или перестановка звуков и отдельных комплексов, связанная со стечением согласных: биргада «бригада», пилта «плита», буржин «пружина», турба «труба», пирказ «приказ», курпа «крупа» и др.

з) отпадение конечных элементов слова (апокопа): хини // «хинин», чет-фер // «четверть», аьдиял // «одеяло», сигарет // «сигарета», матацик // «мотоцикл», учир II «очередь», гънфит //«конфета» и др.

и) выпадение серединных звуков и слогов слова {синкопа): кор//еспондент «корреспондент», раз//вал «резервуар» и др.

й) выпадение серединных звуков (синкопа и апокопа одновременно): на-чаник «начальник», бап1рус «папиросы» и др.

к) отсутствие стечения двух и более гласных в корнях табасаранских слов вызвало необходимость в суперации подобных комплексов в заимствованиях из русского языка: дигапал - диагональ, фейтун - фаэтон, айрупалап — аэроплан и др.

л) нарушения произношения глухих и звонких согласных, поскольку в табасаранском языке свободно сочетаются глухой и звонкий, в конце слов произносится как звонкий, так и глухой: косба вм. [клз'ба], дуб вм.[дуп], коз вм. [кос], сделат вм. [сделат'], газ вм.[гас], штаб вм. [штап] и др.

Качественное различие систем согласных табасаранского и русского языков в том, что для табасаранского языка не характерно противопоставление по твердости-мягкости, нет позиционного оглушения звонких и озвончения глухих. При усвоении русских слов мягкие согласные в разговорном произношении табасаранцев становятся твердыми: учитель /учитил/, больница /болница/, медаль /мидал/, автомобиль /автамабил/, тетрадь /титрад/, сельсовет /сшсавет/, фонарь /фан ар/.

Заимствованные из русского языка слова подвергаются также целому ряду комбинаторных изменений, вызванных опять-таки не только прямыми заимствованиями из русского языка, но и новыми словами и выражениями, появившимися в языке в результате калькирования русских лексем.

Непосредственное контактирование русского и табасаранского языков, функционирование в табасаранской речи двуязычного населения и массовое проникновение лексических единиц и устойчивых сочетаний терминологического характера из русского языка в табасаранский привело к тому, что для табасаранцев сейчас не представляет трудностей произношение не свойственных табасаранскому языку сочетаний звуков шк, вр, кв, тр в словах школа, вратарь, квадрат, троллейбус и др.

Таким образом, в словах, заимствованных из русского языка, наблюдаются различные фонетические изменения: замена звуков, эпентеза, эпитеза, апакопа, метатеза и т.д. Фонетические процессы вполне закономерные при заимствовании слов из различных языков.

Морфологическая система табасаранского языка обогащается не только за счет внутренних ресурсов, но и в результате заимствования некоторых морфологических элементов из русского языка. Морфологическая адаптация русизмов, рассматривающая исследователями как «появление у заимствованного слова производных на почве данного языка и подчинение его словообразовательным законам усвоившего языка» (Ю.С. Сорокин) или «соотнесение иноязычного слова определенным грамматическим классам и категориям» (Л. П. Крысин) является важным условием освоения русизмов в табасаранском языке. Если при фонетическом усвоении заимствованные лексемы воспринимаются в соответствии со своей артикуляционной системой и другими языковыми факторами, то морфологическая адаптация не зависит от субъективного фактора, поскольку морфология развивается очень медленно, стихийно, незаметно для носителей языка и в основном своими внутренними законами и за счет собственных ресурсов. Заимствуемые лексемы русского языка включаются в морфологическую систему

исследуемого языка, получая при этом соответствующие грамматические категории, подчиняясь законам табасаранского языка.

Морфологическое освоение русизмов в табасаранском языке зависит от грамматических особенностей контактирующих языков, т.е. от соответствий/несоответствий морфологической системы табасаранского и русского языков, структурно-типологических различий дающего и принимающего языков. Чем больше несоответствий, тем большим изменениям подвергаются русские заимствования, чтобы подвергнуться морфологическому освоению.

Характерной особенностью табасаранского языка является то, что он, как и все другие дагестанские языки, относится к агглютинативным языка, а русский к флективным. Как известно, в агглютинативных языках и словообразование, и словоизменение происходят путем присоединения к корню слова в определенной последовательности различных суффиксов.

В табасаранском языке, в отличие от русского, где категория рода является основным выражением предметности, имена существительные распадаются на два грамматических класса: класс человека (личности) (марччлихъан «чабан») и класс вещей (к1ари «теленок»), куда относятся все животные, предметы, отвлеченные существительные и т.п. Заимствуемые из русского языка существительные утрачивают в табасаранском языке категорию грамматического рода, которое прежде всего зависит от места ударения в русском языке:

а) при заимствовании ряд имен существительных женского рода теряет безударное окончание -а: секунд «секунда», минут «минута», ризин «резина» и др.

б) потеря безударных гласных наблюдается также у существительных русского языка с безударными аффиксами - о, -ий, -ие: маружни «мороженое», подлежащи «подлежащее», пирожни «пирожное», сандал «сандалия», собран «собрание» и др.

В заимствованных словах в основном появляются аффиксы -ди, Гш, -и эр-гативного (активного) падежа, являющегося исходной формой для остальных падежей в табасаранском языке: ручка - ручкайи, ученик - ученик-ди, памадур -помидор-и и др.

В русских заимствованиях при склонении и спряжении ь (мягкий знак) в конце слова всегда и гласные звуки во многих случаях выпадают: артель - артели, артелар, артелга.; кино — кинйир, наречие - наречйир и др.

Заимствованные существительные, изменяясь по падежам согласно морфологическим законам заимствуемого языка, осваиваются посредством добавления к русским заимствованным существительным других падежных окончаний табасаранского языка. Русизмы склоняются по местным падежам и получают соответствующие аффиксы: магазин -магазин-диъ, магазин-дик, магазин-дикк, магазин-дшь, магазин-дихъ и т.д. (внутри магазина, на магазине, в магазине, у магазина, за магазином и т.д.). Особенностью склонения табасаранского языка является то, что существительные-русизмы, не разложимые на основу и окончание, несклоняемые в русском языке, в табасаранском языке разложимы на основу и окончание и склоняются: жюри-жюри-йи, жюри-йин, жюри-йиз; такси - такси-йи, такси-йгт, такси-Низ и др.

Сложносокращенные слова, заимствованные из русского языка, в табасаранском языке пишутся так же, как и в русском: местком, вуз, профком, военкомат и др. При склонении сложносокращенных слов русского языка изменению подвергается лишь последний компонент (слово) аббревиатуры: ДГУ - ДГУ-йи, ДГУ-йин, ДГУ-1ШЗ.

В табасаранском языке изменяются по падежам соответственно и географические названия, и личные имена и фамилии людей, которые в русском языке не изменяются: Баку - Баку-ийиз, Баку-йин; Марокко - Марокко-Низ, Марокко-йин и др. Фрунзе — Фрунзе-йин, Фрунзе-тш, Фрунзе-йиз и др.

Русские заимствования в табасаранском языке множественное число образуют с помощью суффиксов -ар, -ер, -йир, которые присоединяются к форме именительного падежа единственного числа. Русизмы с согласным на исходе получают во множественном числе суффиксы -ар, -йир: кавартал - «квартал» -квартал-ар, калуш «галоша» - калушар, класс - классар, биргада «бригада» -биргад-йир, бафайка «фуфайка» - бафайк-йир, метрии «метр» - метри-йир и др. Существительные с согласным на исходе множественное число образуют в основном с помощью аффикса -ар, а существительные на гласный получают во множественном числе аффикс -йир. Заимствованные существительные, не имеющие в русском языке формы множественного числа, в табасаранском языке употребляются и во множественном числе. Например: такси - такс-йир (мн.ч.), пальто - паль-йир (мн.ч.), кино - кино-йир (мн. ч.), кашне - каише-йир (мн.ч.), купе - куп-йир (мн.ч.). Заимствованные существительные, употребляемые в русском языке только во множественном числе, в табасаранском языке могут иметь и форму единственного числа, например: шахматы - шахмат-ар - шахмат; сутки - сутк-йир -сушка; макароны — мак!арун-ар мак1арун.

Под влиянием русского языка в табасаранском появился разряд слов, относящихся к р1игаПа 1атит: тят1нлар - каникул-ар «каникулы», сечк-йир - выбор-ар «выборы», машквр-ар — праздник-ар «праздники» и др.

Встречаются случаи, когда существительные сохраняют русскую словообразовательную модель, а аффикс используется табасаранский. Например: член-вал /членство/, патриот-вал / патриотизма/, хулиган-вал /хулиганство/, учитил-вса /учительство/ и др. Аффикс -вал является самым продуктивным в табасаранском языке и, присоединяясь к существительным, образует большое количество абстрактных и отвлеченных существительных с русской основой. При образовании новых слов от заимствованных русских корней активно участвует словообразовательный суффикс -чи: закон-чи «законник», бнлет-чи «продавец билетов», магазин-чн «продавец магазина» и др. Образование новых производных слов путем присоединения к русским заимствованиям продуктивных суффиксов -вал, -чи свидетельствуют об активизации словообразовательных элементов табасаранского языка.

Табасаранским языком заимствованы и словообразовательные суффиксы русского языка. Наиболее продуктивными из них являются суффиксы, служащие для различения грамматического рода при употреблении фамилий и отчеств:

а) суффиксы -ов(-ев), -ова (сва), образующие фамилии людей: Магомедов, Шабан-ов, Гасан-ов, Везир-ов, Али-ев, Гаджи-ев, соответственно и фамилии женского пола — Магомед-ова, Шабап-ова, Везир-ова, Али-ева, Гаджи-ева и др.;

б) суффиксы -ович (-евпч), -овна (-евна), образующие отчества мужского и женского пола. Например: Рамазан-ович, Сулейман-ович, Ахмед-ович, Наби-ееич, Фейтулла-евич, Мустафа-евич, соответственно и женского отчества - Рамазан-овна, Сулеймаи-овна, Наби-евна, Фейтулла-евна, Мустафа-евна и др.

В связи с активизацией процесса заимствования русизмов в дагестанских языках носители табасаранского языка фамилии произносят согласно правилам русского произношения, поскольку в последнее время стал заимствовать из русского и аффиксы, обозначающие категории рода, т.е. начинают различать друг от друга такие парные слова как: ученик - ученица, учитель - учительница, отличник - отличница и др.

Внедрение суффиксов языка-источника в словообразовательную систему языка-рецепиента (табасаранского языка) является весомым аргументом морфологического освоения русизмов в табасаранском языке.

В заимствованных прилагательных безударные флексии -ый, -ни, -ая, -яя, -её, -ое, -ые, -ие, которые выражают категории рода, числа, падежа, заменяются флексиями -ый, -ий, т.е. все прилагательные русского языка в табасаранском языке употребляются в форме мужского рода в единственном числе, именительном падеже, независимо от числа и падежа существительных, от которых зависит прилагательное. Например: партийный /билет, задание, бюро/, литератур-ний! произведение, термин, передача/, интересний / микроб, лампа, обращение/, советский/ орден, медаль/, комсомольский (учет, секретарь, собрание, путевка) и др.

Это явление связано с неразличением категории рода как у существительных, так и у прилагательных в табасаранском языке.

Некоторые русские относительные прилагательные в табасаранском языке передаются формой существительных, т.е. формой именительного падежа существительных, от которых они образованы. Такое явление объясняется характерностью употребления существительного в табасаранском языке в роли прилагательного. Например: регуляр частар «регулярные части», граждан дяви «гражданская война», патин гьярф «латинская буква», урус ч1ал «русский язык», ми-лгща начальник, капиталистуьлке «капиталистическая страна» и др.

Имена прилагательные, заимствованные из русского языка, в табасаранском не склоняются. Например: культурайин учреждение - культурайин учреж-денияйиз. С помощью аффикса -валин образуются заимствованные прилагательные от абстрактных имен существительных в форме родительного (эргатив-ного) падежа: депутатвалин т1алаб «депутатский запрос». Свидетельством морфологического освоения прилагательных являются то, что при образовании заимствованных слов русского языка вторая часть слова переводится на табасаранский язык: научно-практическая конференция - илминна - практикагшн конференция. К заимствованному существительному могут быть прибавлены окончания род.п. -дин, -шш и образованы прилагательные табасаранского язы-

ка: исполкомдин председатель «председатель исполкома», райондин актив «актив района», школайин машин «школьная машина» и др.

Заимствованные русские глаголы встречаются в сочетании с табасаранскими исконными вспомогательными глаголами ап1уб «сделать», хьуб (шуб) «быть». Обычно русские глаголы заимствуются табасаранским языком в форме инфинитива и функционируют в табасаранском языке не самостоятельно. При этом носителем основного лексического значения остается русский глагол, табасаранский же выполняет лишь морфологическую функцию, а через этот вспомогательный глагол выражает свои грамматические значения. Например: командовать ап!уб - командовать, организовать ап1уб - организовать, сокращать хьуб «сокращать», принимать ап1уб - «принимать» и т.д. Для выражения формы отрицания заимствованных глаголов в табасаранском языке используется та же модель. Через эти вспомогательные глаголы инфинитив выражает все свои грамматические значения. При присоединении к инфинитиву русского языка вспомогательных глаголов табасаранского языка ап!уб «делать», хьуб (шуб) «быть», также являющихся инфинитивом, участвующих в грамматическом оформлении заимствованных глаголов, получается двойная инфинитивная форма: отказать ап1уб «отказать» (букв, отказать делать).

Процесс морфологического освоения русских заимствований табасаранским текстом, речью носителей табасаранского языка нельзя считать завершенным. Об этом свидетельствует разновариантные употребления форм рода, числа и падежа русизмов. Например, встречаются существительные, которые отнесены то к мужскому, то к женскому роду.

В отличие от фонетического и морфологического изменения заимствованного слова, которые объясняются внутриязыковыми закономерностями языка-реципиента, семантические изменения заимствований зависят от внеязыковых причин.

Как известно, заимствованное русское слово выполняет функцию номинативной единицы для названия какого-либо нового предмета или явления до этого отсутствовавшего в табасаранском языке (скульптура, партия, журнал, магнитофон, свидетельство, приемник и др.), или же входит в табасаранский язык как эквивалент, лексико-семантический дублет издавна существующим в языке исконным словам: чайдан - чайник, кусри - стул, тукан - магазин, мектеб - школа и др.

Анализ русских заимствований на уровне отдельного слова показывает, что большая часть русизмов в табасаранском языке подверглась лексико-семантической ассимиляции. Укоренившись в лексической системе табасаранского языка, они так же, как и исконные слова, стали использоваться в различных функционально-стилистических сферах, вступая во взаимосвязь с исконными словами, а это приводит их к фонетическим, морфологическим и семантическим изменениям. В семантическом отношении русизмы, проникшие в табасаранский язык, употребляются, главным образом, в их основном значении. Но однако, значительная часть русских слов, употребляемых в табасаранском языке, по сравнению с их соответствиями в языке - источнике /русском/ обнаруживают существенные семантические расхождения. Это явление объясняется, во-первых, тем, что русское слово при самом проникновении в табасаранский язык в той или иной степени изменяет значение и, во-вторых, с момента заимствования табасаранским языком оно начинает новый самостоятельный путь семантического развития, который только в исключительных случаях может не расходиться с дальнейшей судьбой данного слова в русском языке.

Анализ лексико-семантического освоения русских заимствований в табасаранском языке позволил нам выявить и некоторые закономерности:

1. В подавляющем большинстве случаев русские заимствования, особенно слова с терминологическим значением, употребляются в табасаранском языке в своем номинативном прямом значении.

2. Освоение русизмов, сохранивших свою семантику, и заимствований, подвергшихся уменьшению семантической структуры, зависит от степени употребительности и актуальности обозначаемых ими предметов или понятий для носителей табасаранского языка.

3. Полисемантическое русское слово заимствуется не в полном объеме своей смысловой структуры. Как правило, табасаранским языком усваивается то значение, в котором испытывает определенную потребность в данный момент. Поэтому русизм в табасаранском языке может закрепиться и в одном значении.

4. Освоение переносных значений русизма представляет собой постепенный процесс. Анализ русизмов показывает, что часто слово заимствуется в прямом значении, а затем только усваивается его переносное значение.

5. Расширение смыслового объема русизма происходит в процессе широкого функционирования и полного укоренения в воспринимающем табасаранском языке, когда заимствованное слово, подвергаясь фонетической, морфологической и лексико-семантической адаптации, приобретает семантическую самостоятельность.

6. Если из русского языка заимствуется однозначное слово для обозначения какого-то нового явления или понятия, при наличии исконного табасаранского слова, то оно становится синонимом исконного слова, существует параллельно, имея некоторые дифференцированные оттенки значения.

Широкое функционирование русских заимствований в системе табасаранского словарного состава, развитие ими новых значений и оттенков в системе языка, их способность вступать в синонимические связи с исконными, заимствованными из арабского, азербайджанского и персидского языков, а также использование их в составе устойчивых фразеологических единиц, пословиц и поговорок является одним из свидетельств их освоенности и усвоенности табасаранским языком. Дополнительным же доказательством освоенности русизмов является их фонетические, морфологические и словообразовательные признаки, приведенные в предыдущих разделах данной главы диссертационного исследования.

В заключении излагаются основные выводы исследования.

Процессы и результаты взаимодействия языков в современном языкознании приобретают все большую актуальность и выделяются в самостоятельную отрасль. Проблема контактирования языков является одним из аспектов и социолингвистического изучения языков. В советский период появилось значительное число контактологических исследований, посвященных специфике контактирования языков в условиях полиэтнической среды в различных языковых регионах и ареалах страны, в основном языков многочисленных народов с русским языком.

По мнению ученых-лингвистов, немало еще вопросов теоретического и практического характера, касающихся той или иной зоны взаимодействия национальных и русского языков, которые не подвергались серьезному социолингвистическому изучению. Особенный интерес представляют процессы, происходящие в некоторых функциональных явлениях дагестанских языков под воздействием русского.

Взаимодействие дагестанских языков с другими языковыми семьями всегда было предметом пристального внимания лингвистов, занимающихся кавказскими языками. Во многих статьях, диссертациях, книгах подробно исследованы русские заимствования в языках народов России. Мало найдутся языки, как русский, чья лексика описана в десятках двуязычных словарей народностей России.

В лингвистической литературе справедливо подчеркивается, что лексические процессы, наблюдающиеся в контактирующих языках, занимают центральное место, поскольку лексика — наиболее проницаемая область языка, а лексические заимствования связаны с внелингвистическими факторами, с историей народа, с историей данной отрасли науки, техники или общественной жизни данной страны.

Обогащение и развитие словарного состава дагестанских языков благодаря освоению слов, заимствованных из русского языка, обстоятельно изучены и освещены в исследованиях разного уровня и объема на материале ряда дагестанских языков (лезгинского, лакского, кумыкского, даргинского и др.)

В то же время до сих пор недостаточно изученными остаются результаты языкового контактирования определенных младописьменных и бесписьменных языков, в частности, табасаранского с русским языком.

Поскольку влияние русского языка на дагестанские языки по-прежнему остается высоким, изучение социолингвистических процессов, связанных с контактированием языков, имеет большое значение для истории табасаранского литературного языка, а табасаранский язык развивался в постоянных контактах с русским, данная диссертационная работа посвящена проблеме русских заимствований в табасаранском литературном языке.

1 Асгемирова Ф.Б. Роль русского языка в развитии кумыкской лексики // Уч. записки. Вып. IV. — Махачкала, I960; Кумыкская лексика советской эпохи. - Махачкала: Дагучпедгиз, 1970; Гайдаров Р.И. Взаимодействие русского и национальных языков в Дагестанской АССР // Пути развития национально-русского двуязычия в нерусских юколах РСФСР. - М., 1979; Гюльмагомедов А.Г. Роль русского языка в активизации некоторых процессов. - Махачкала, 1977; Шахшаева М.М. Роль русского языка в развитии и обогащении лексики лакского языка. - Махачкала, 1989; Чапаева ГТ.Ш. Лакско-русские языковые контакты и их результаты: Авюреф. дисс. канд. филол. наук. — Махачкала, 1998; Халилова М.Ю. Фонетико-морфологическое и семантическое освоение русизмов в лезгинском литературном языке: Автореф. дисс. канд. филол. наук. — Махачкала, 1994; Гусейнова Г1.М. Русские заимствования в даргинском литературном языке: Автореф. дисс. канд. филол. наук. — Махачкала, 2006; Джидалаев Н.С. Лакско-русские языковые связи // Приложение. Материалы контакгологического словаря «Национально-русские языковые связи». - Махачкала, 1991; Сулейманов Н.Д. Агульско-русские языковые связи // Приложение. Материалы контактологического словаря «Национально-русские языковые связи». - Махачкала, 1991; Загиров В.М. Табасаранско-русские языковые связи // Материалы котактологического словаря «Национально-русские языковые связи». - Махачкала, 1991; Халидов М.Ш. Бежтинско-русские языковые связи // Приложение. Материалы контактологического словаря «Национально-русские языковые связи». — Махачкала, 1991; Русский язык и языки народов Дагестана. Социолингвистика. Типология. - Махачкала, 199.; Мусаев М-С.М., Гусейнова Г1.М. Русские заимствования в даргинском языке. — Махачкала: ДГУ, 2005 и др.

Необходимость обращения внимания на данную проблему объясняется тем, что изучение русских заимствований в табасаранском языке помогает решить проблему структурного взаимодействия двух языков, вносит уточнения в существующие интерпретации теоретических проблем, связанных с контактированием языков вообще, дает возможность выявить некоторые особенности функционирования русизмов в табасаранском языке и выяснить соответствие употребления русских заимствований нормам и традициям табасаранского литературного языка.

Разносторонний социолингвистический анализ русизмов в табасаранском языке способствует исследованию тех процессов, которые являются результатом взаимодействия русского и табасаранского языков, содействует разработке научно обоснованных принципов обучения русскому языку табасаранцев в общеобразовательной и высшей школе, улучшает практику перевода с русского на табасаранский, соответствует разработке практических вопросов культуры речи билингвов, способствует подъему культуры русской речи носителей табасаранского языка.

Вопросы русских заимствований в табасаранском языке не были еще предметом научного исследования, за исключением различного рода статей и тезисов (Шалбузов К.Т. 1984: 129-135, Загиров В.М. 1981: 65-75, 1991: 42-52; Загиров З.М. 1991: 42-55).

Проблема лексического воздействия русского языка на табасаранскую речь и выявление роли русского языка в развитии и обогащении лексики табасаранского языка впервые стала объектом монографического исследования. Этим объясняется научно-теоретическая важность и значимость диссертационной работы и актуальность ее темы.

Предметом анализа диссертационного исследования является словарный состав табасаранского литературного языка.

Непосредственным объектом исследования являются русские заимствования в табасаранском литературном языке.

Методологическую основу исследования составили труды лингвистов, посвященные проблемам лексикологии, семасиологии и словообразования дагестанских языков (Гайдаров Р.И., М.-С.М. Мусаев, С.М. Хайдаков, В.М. Загиров и др.), имеющие принципиальное значение для понимания сущности рассматриваемой проблемы и соответствующей интерпретации. При решении проблем функционирования табасаранского языка и его взаимодействия с другими языками мы опирались также на научно-теоретические положения, разработанные в трудах исследователей табасаранского языка П.К. Услара, A.M. Дирра, А.А. Магометова, Л.И. Жиркова, Б. Г.-К. Ханмагомедова, В.М. Загирова, К.ЬС. Курбанова и др.

Материалом исследования послужили русизмы, извлеченные сплошной выборкой из «Русско-табасаранского словаря» В.М. Загирова (1981), «Русско-табасаранского школьного словаря» Г.Н. Гаджиева (1958; 1983), «Орфографического словаря табасаранского языка» Б.Г.-К. Ханмагомедова (1989), Школьного этимологического словаря табасаранского языка М.Е. Алексеева, В.М. Загирова (1996).

Русизмы собирались также из поэтических и прозаический произведений табасаранских писателей и поэтов, периодической печати, специальной и научной литературы, учебников и учебных пособий по табасаранскому языку для общеобразовательных школ. Проводились наблюдения над устной речью табасаранцев различных возрастных групп и профессий, проживающих в основном в сельской местности (в аулах Джули, Кюряг, Ханаг, Гуми, Халаг Табасаранского района; Чувек, Куштиль, Кандик, Хив, Фурдаг, Урга, Вертиль Хивского района). Во время неоднократных поездок (2004 — 2008 г.г.) в названных населенных пунктах осуществлялась запись речи носителей табасаранского языка различных возрастов и различного уровня образования.

Степень разработанности темы. Специальные монографические исследования по проблеме «Русские заимствования в табасаранском языке» отсутствуют. В научных трудах исследователей табасаранского языка (Загиров В.М.) затронуты лишь отдельные вопросы русских заимствований или же соответствующий материал привлекается в сравнительноисторических исследованиях и лексикографических работах по 1 табасаранскому и другим дагестанским языкам.

Цель и задачи исследования. Целью настоящего исследования является комплексный анализ русских заимствований в табасаранском языке. В соответствии с поставленной целью сформулированы следующие задачи:

- определить характер влияния русского языка на табасаранский в разные периоды табасаранско-русских контактов; выявить основные лексико-семантические разряды русских заимствований в табасаранском языке и их роль в развитии и обогащении t •> лексики и фразеологии табасаранского языка;

- выявить степень воздействия русского языка на разные уровни табасаранского языка (лексико-семантический, фонетический, морфологический, синтаксический); определить особенности фонетического, семантического и грамматического освоения русизмов и их функционирование в табасаранском языке;

- выявить словообразовательные средства русского происхождения и описать процесс образования новых словообразовательных моделей в табасаранском языке;

- описать некоторые явления интерференции на фонетическом, фонологическом, морфологическом и отчасти синтаксическом уровнях, обусловленные влиянием русского языка; уточнить и упорядочить лингвистическую терминологию табасаранского языка в соответствии с аналогами русской и зарубежной лингвистики;

- описать современное состояние табасаранского языка с точки зрения влияния на него русского языка.

В процессе решения данных задач оказалось полезным наше знакомство с исследованиями, посвященными заимствованию слов вообще и усвоению русских слов устной и письменной речью в других дагестанских языках, в частности, изучению социолингвистических аспектов русизмов разных этнолингвистических ареалов распространения национальных (дагестанских) языков (Мусаев М.-С.М. (1960), Гайдаров Р.И. (1967), Халилова М.Ю. (1994), Чалаева П.Ш. (1998), Шахшаева М.М. (1989), Мусаев М.-С., Гусейнова П.М. (2005).

Методы исследования. Для достижения цели решения поставленных задач использовалась комплексная методика анализа фактического материала. В качестве основного метода был избран описательно-аналитический, предполагающий наблюдение, классификацию, обобщение и системный анализ лексики табасаранского языка. Использованы также элементы сопоставительного метода при анализе фонетических изменений русизмов. При анализе степени морфологической адаптации русизмоб, личных имен, их динамики и др. использован принцип статистического анализа.

Научная новизна диссертации заключается в том, что в ней впервые исследуется история табасаранско-русских языковых контактов, дана их социолингвистическая характеристика. Установлено, что обогащение и развитие лексики табасаранского языка обьясняется процессом взаимодействия с русским языком. Предпринята попытка наиболее полного охвата русизмов, изучения их функционирования в табасаранском языке, подвергая анализу многочисленный материал, извлеченный из лексикографических работ, учебников, учебных пособий, публицистики, художественной и методической литературы, а также из живой разговорной речи носителей табасаранского языка различных возрастных и социальных групп.

В работе представлен комплексальный анализ закономерностей фонетического, морфологического и семантического освоения русских заимствований в табасаранском языке и определены тенденции в развитии табасаранско-русского двуязычия, В диссертации также предлагаются методические рекомендации по использованию русских заимствований в практике языкового строительства и обучения учащихся русскому языку в школах с табасаранским составом.

Теоретическая значимость исследования. Изучение вопросов, связанных с развитием и обогащением табасаранского языка русскими заимствованиями, калькированием и т.д., имеет большое теоретическое v значение. Результаты анализа заимствований из русского языка и сведения социолингвистического характера, отражающие динамику развития и современное состояние табасаранского языка, внесут определенный вклад'в изучение истории исследуемого языка в условиях табасаранско-русского двуязычия. Разработка закономерностей освоения и функционирования русизмов в табасаранском языке может внести определенные коррективы в изучение фонетики и морфологии табасаранского языка.

Практическая ценность исследования. Основные положения диссертационной работы, результаты исследования могут быть использованы:

1) специалистами-языковедами при исследовании табасаранско-русского двуязычия и проблем социолингвистики;

2) в практике преподавания и изучения табасаранского языка в русско-табасаранских отделениях факультетов дагестанской филологии Даггоспедуниверситета, Даггосуниверситета, в Дербентском педколледже и общеобразовательных табасаранских школах;

3) при упорядочении терминологии, совершенствовании орфографии и разработке норм табасаранского литературного языка;

4) при составлении учебников, учебных пособий для табасаранских школ, колледжей и вузов Республики Дагестан, а также при составлении различных словарей.

5) материал исследования окажется весьма полезным для повышения культуры русской речи в полиэтническом регионе.

Апробация и внедрение результатов исследования. Работа выполнена на кафедре теоретических основ и технологий начального языкового образования Дагестанского государственного педагогического университета. Основные положения диссертации апробированы на заседаниях названной кафедры, а также в докладах на научно-практических конференциях преподавателей Даггоспедуниверситета и Даггосуниверситета. Часть материала привлекалась автором при подготовке и проведении занятий со студентами дагестанской филологии ДГУ и на курсах учителей табасаранского языка и литературы при Институте повышения квалификации педагогических кадров в 2003 -2008 г.г. Работа обсуждалась на заседании кафедры дагестанских языков Дагестанского государственного университета. Основное содержание диссертации отражено в шести публикациях автора.

Структура и объем диссертации. Работа состоит из введения, трех глав, заключения и списка использованной литературы. Общий объем диссертации составляет 162 машинописных страниц (137 страниц основного текста, 16 с. списка использованной литературы, включающего 167 наименований).

История заимствования иноязычных слов в табасаранском языке является отражением истории развития табасаранского народа, его политических, экономических и культурных взаимоотношений с другими народами. Анализ словарного состава табасаранского языка показывает, что табасаранцы издавна вступали в процессе своего исторического развития в различные интенсивные или длительные непосредственные связи с разноязычными народами. Отражением этих взаимоотношений является наличие в табасаранском языке мощного пласта заимствований из арабского, персидского, тюркского (азербайджанского) и русского языков, проникшие уже в период самостоятельного развития табасаранского языка.

Заимствованиями наиболее позднего периода в табасаранском языке являются русские слова, отражающие русско-табасаранские контакты имеющие свои глубокие исторические корни. Еще в начале XVIII века дагестанские народы имели торговые связи с русскими, усилившиеся после присоединения Дагестана и России.

Влияние русского языка на дагестанские, в том числе и на табасаранский, было настолько сильным, что многие ранние заимствования из арабского, персидского, тюркского (азербайджанского) языков, занимавшие прочное место в дагестанских языках в течение ряда столетий, вытесняются русизмами. В настоящее время, русизмы как самая многочисленная группа заимствованной лексики, стали неотъемлемой частью табасаранского языка, обслуживают все стороны современной экономической и культурной жизни табасаранцев, составляют основную часть табасаранской научной терминологии.

Разработка сложной проблемы табасаранско-русских языковых контактов и описание русских заимствований в табасаранском языке способствует раскрытию истории формирования, развития и обогащения лексики табасаранского языка.

Анализ материала диссертационного исследования показывает, что заимствованные слова появились в системе табасаранского языка под влиянием (собственно языковых). К внешним причинам относятся политические, культурные связи, военные столкновения между русским и кавказскими народами, а также мероприятия, проводимые царским правительством. К внутренним причинам относятся потребность системы самого (табасаранского) языка, которые заключаются в том, чтобы с помощью заимствованных слов уточнить некоторые понятия, не детализированные в словах табасаранского языка, и заменить наименования, которые передавались описательно, выражались словосочетаниями.

В результате контактов в дореволюционное время проникли в табасаранский язык русские слова в ограниченном количестве (до 100 слов), хотя они обладают высокой частностью употреблением в языке и повседневной речи. Ввиду весьма слабой распространенности - русской грамоты среди табасаранцев, заимствование русизмов в этот период происходит одновременно с заимствованием ранее неизвестных табасаранцам предметов, понятий и других явлений общественной жизни, названиями которых они являются, и оформлялись в соответствии с произносительными нормами табасаранского языка.

В новую исключительно благоприятную полосу вошли русско-табасаранские отношения после установления Советской власти в Дагестане, т.е. с 20-х годов XX века. Самым значительным периодом в жизни табасаранского народа, как и всех других дагестанских народов, был советский период. Именно в этот период табасаранцы достигли огромных успехов в политическом, экономическом и культурном развитии. Благодаря русскому языку, как языку межнационального общения, табасаранский народ приобщился не только к культуре российской, к культуре всех народов нашей страны, но и к мировой культуре. После создания письменности на табасаранском языке (1938) на русской графической основе, стали издаваться учебно-педагогическая и художественная литература, журналы, газеты, наступил период интенсивного проникновения русизмов в лексику табасаранского языка, и многочисленные советизмы и интернационализмы проникли в табасаранский язык письменным путём без изменения основ русского языка. Длительное контактирование русского и табасаранского языков привело к обогащению современного литературного табасаранского языка, в котором можно выделить следующие типы заимствования: а) прямые лексические заимствования; б) заимствования путем калькирования сложных слов и словосочетаний; в) различные типы аббревиатур; г) переосмысление исконных табасаранских слов.

Расширяющиеся лингвистические контакты табасаранцев с русским и i- ч другими народами нашей страны и всевозрастающее желание владеть русским языком привело к табасаранско-русскому двуязычия. По данным переписи ещё 1989 года около 80 % табасаранцев свободно владело русским языком. Ныне число носителей табасаранско-русского двуязычия резко увеличилось.

Устойчивое массовое табасаранско-русское двуязычие сказалось и на самом характере контактирующих языков. Результатом этого является прежде всего лексическое сближение, связанное с образованием общелексического фонда, основу которого составляет общественно-политическая и научно-техническая терминология. Огромную положительную роль сыграл русский язык в появлении и развитии терминологии табасаранского языка. Из русского языка заимствовано большое количество готовых русских терминов и интернациональная лексика, использующая латинские и греческие элементы.

Важным источником обогащения лексики табасаранского языка является перевод русских слов на табасаранский, расширение объема значений школьных лексических единиц под влиянием русизмов и их словосочетаний. Значительное место в этом процессе занимает словообразование и калькирование, которое почти всеми исследователями языка рассматривается как буквальный перевод (копирование) чужого слова.

Табасаранско-русское языковое контактирование имеет много различных аспектов исследования, в том числе интерференция, которая обнаруживается в речи билингвов, если говорят на русском языке или употребляют в речи на табасаранском языке много слов русского языка. Чаще всего интерференция проявляются в области фонетики, морфологии, синтаксиса и обусловлена заимствованием, проникающим из русского языка в табасаранский, калькированием, образованием общего лексического фонда в контактирующих языках и т.д.

Табасаранско-русское языковое контактирование имеет много различных аспектов исследования, в том числе интерференция, которая обнаруживается в речи билингвов, если они говорят на русском языке или употребляют в речи на табасаранском языке много слов русского языка. Чаще всего интерференция проявляется в области фонетики, морфологии, синтаксиса и обусловлена заимствованием, проникающим из русского языка в табасаранский, калькированием, образованием общего лексического фонда в контактирующих языках и т.д.

Известно, что интерференция возможна как на уровне языка, так и на уровне речи. На примере литературного табасаранского языка можно заметить, что язык табасаранской периодической печати и художественной литературы насыщен неудачными кальками, появляются не табасаранские конструкции для грамматических конструкций русского языка.

На фонетическом уровне допускается перенос русских орфоэпических особенностей на табасаранский языковой материал. Так, в родной речи табасаранцев наблюдается русское аканье. Одним из распространенных твердых мягких согласных во всех фонетических позициях. Корреляция твердости-мягкости несвойственна для звуковой системы табасаранского языка, а для русской же фонетики - это основа русской фонетической системы.

Другим видом фонетической интерференции является нарушен - -з:е произношения глухих и звонких, которое обуславливается тем, что в табасаранском, как и в других дагестанских языках, в отличие от русскогo, свободно сочетается глухой со звонким и в конце слова произносится как звонкий, так и глухой: зуб/ зуб, косьба /косьба, сделать/ сделать и др.

Интерференция в области синтаксиса в основном касается нарушенного порядка слов в предложении. Под влиянием русского языка возникают предложения, построенные по модели русского предложения.

Выявлены и другие тенденции и закономерности синтаксиса табасаранского предложения, вызванные интенсивными контактами с русским языком. Специфическая структура простого предложения табасаранского языка под влиянием русского осложняется, особенно в переводных текстах за счет роста числа причастных и определительных оборотов.

- В результате переводов страдательных конструкций появляются бесподлежащные предложения:

Думу председателвализ ктагъну «Его выбрали председателем».

5 из-за неправильного перевода русских конструкции с опущенным гласным —появляются неполные предложения, в которых отсутствует сказуемое. Может нарушаться также согласование в числе подлежащего и именной части сказуемого.

Русские заимствования советского периода в табасаранском выражают самые разнообразные понятия и являются наиболее многочисленными заимствованиями, в семантическом отношении разнообразными и наличествуют во всех отраслях лексики Taбacapaнcкого языка. Наиболее многочисленными являются общественно-политические, научно-технические, культурно-просветительские и другие термины, проникающие через школу, газеты, журналы, радио, кино, телевидение, устную речь и т.д. В составе русизмов выделяются названия предметов домашнего обихода и мебели, видов одежды и обуви, названия продуктов питания, блюд и напитков, наименования различных сооружений строений, названия технических и транспортных средств, живых существ, растений и фруктов, названия военных терминов, различных веществ, лекарств, наименования игр и видов спорта и т.п.

В настоящее время в результате интенсивного развития табасаранско-русского двуязычия русизмы в табасаранском языке выполняют огромную функциональную нагрузку. В результате лексических заимствований из русского языка, а в прошлом и из восточных (арабского, персидского, азербайджанского) языков расширились стилистические возможности табасаранского языка, в нем стали появляться синонимические рады с участием исконно табасаранских, восточных слов и русизмов; большая часть заимствованных синонимов идет из русского языка или заимствованы в том числе посредством русского языка; встречаются синонимы, образованные способом калькирования; в языке стали функционировать заметное число синонимов-дублетов, полученных из заимствованного (русского) и исконного слова.

Устно-разговорная речь билингва-табасаранца, речь интеллигенции, особенно проживающей в городской местности, школьников и молодежи, ученых, преподавателей вузов, учителей и врачей насыщена русизмами, в числе которых отдельные слова, русские словосочетания, вводные слова, кальки. Это обстоятельство объясняется тем, что роль русского языка в обществе возросла, он стал языком общественно-политических мероприятий, делопроизводства. Собрания, совещания в районных центрах, конференции, сессии обычно проводят на русском языке. Русский язык представлен в сфере наглядной агитации, официальной переписки, делопроизводства, в редакциях, секциях, творческих коллективах и т.п.

Русские заимствования, попадая в табасаранский язык, существенно изменяются, многие русизмы подвергаются фонетическим, грамматическим и семантическим изменениям, обусловленным специфическими особенностями контактирующих языков и закономерностями заимствующего табасаранского языка.

Существующими различиями между системами гласных и согласных русского и табасаранского языков, дифференциальными и артикуляциями признаками обусловлено многообразие интерферентных явлений в области вокализма и консонантизма. При интенсивном заимствовании русских слов в табасаранском языке наблюдаются следующие фонетические процессы: а) замена отсутствующих в табасаранском языке звуков [о], [ы], [щ] близкими по звучанию звуками [у], [и], [ш]; б) замена нехарактерных для табасаранского языка мягких согласных фонем русского языка соответствующими твердыми звуками табасаранского языка во всех позициях; в) эпентеза или вставка гласного во внутрь слова; г) этипеза или наращение гласного в ауслауте; д) приставка гласных к началу слова; е) замена звуков; ж) метатеза или перестановка звуков и отдельных комплексов; 3) отпадение конечных элементов слова (апокопа); 4) выпадение серединных звуков и слогов слова (синкопа); к) выпадение серединных звуков (синкопа и апокопа одновременно и др. Заимствованные из русского языка слова подвергаются также целому ряду комбинаторных изменений, вызванных не только прямыми заимствованиями из русского языка, но и новыми словами и выражениями, появившимися в языке результате калькирования русских лексем.

Важным условием освоения русизмов в табасаранском языке является морфологическая адаптация, которая зависит от соответствий / несоответствий морфологической системы табасаранского и русского языков, структурно-типологических различий дающего и принимающего языков.

Морфологическое освоение русских заимствований в табасаранском языке заключается в том, что русизмы утрачивают грамматическую категорию рода; получают аффиксы падежей табасаранского языка; существительные-русизмы, не разложимые на основу и окончание, несклоняемые в русском языке, в табасаранском языке разложимы на основу и окончание и склоняются. Заимствованные существительные, не имеющие в русском языке формы множественного числа, в табасаранском языке употребляются и во множественном числе; заимствованные существительные в русском языке только во множественном числе, в табасаранском языке могут иметь и форму единственного числа; табасаранским языком освоены словообразовательные морфемы русского языка, наиболее продуктивными из которых являются суффиксы -ов (-ев), -ова (-ева), образующие фамилии людей, и суффиксы -ович (-евич), -овна (-евна), образующие отчества мужского и женского пола. Все прилагательные русского языка в табасаранском языке употребляются в форме мужского рода в единственном числе, именительном падеже, независимо от числа и падежа существительных, от которых зависит прилагательное, русские глаголы заимствованы табасаранским языком в форме инфинитива и функционируют в табасаранском языке в сочетании с табасаранскими исконными вспомогательными глаголами апуб «сделать», хьуб (шуб) «быть», которые выражают все грамматические значения глагола.

Семантическое освоение русизмов, проникших в табасаранский язык, также отличается определенными особенностями и некоторыми закономерностями.

Широкое функционирование русизмов в современном табасаранском языке, их способность вступать в синонимические связи с исконными словами табасаранского языка, использование их в составе устойчивых фразеологических единиц, пословиц и поговорок, их морфологические, словообразовательные и фонетические признаки являются свидетельством их освоенности и усвоенности табасаранским языком.

Высока общеобразовательная ценность русского языка, его структурная развитость. Велика роль русского языка в российском и международном масштабе, по принципу добровольности овладевают им нерусские народы Российской Федерации, в том числе и табасаранцы. Широкое изучение русского языка отвечает не только интересам табасаранцев, но и всего прогрессивного человечества. Из-за проникновения в табасаранский язык многочисленных слов из русского языка национальная самобытность табасаранского языка ничуть не пострадала. Табасаранский язык сохранил свою полную самостоятельность и лишь обогатился за счет заимствованных слов из русского языка. (Русские заимствования в табасаранском языке. Сафаралиев Н.Э.)

Актуальность исследования. Изучение фонетико-морфологических и лексико-семантических особенностей заимствованных слов, в том числе и арабизмов в табасаранском языке, относится к числу актуальных проблем исторической лексикологии дагестанских языков, имеющих как практическое, так и теоретическое значение.

Рассматриваемая проблема тесно связана с решением целого ряда вопросов, касающихся различных аспектов контактирования таких разносис-темных и разноструктурных языков, какими являются арабский и табасаранский языки.

Заимствования являются одной из составляющих лексики любого из дагестанских языков. Арабизмы как заимствования также встречаются во всех языках Дагестана. Они в какой-то степени изучены в лезгинском, аварском, лакском, рутульском и багвалинском языках. Значимость и актуальность поставленной проблемы объясняется устранением создавшегося пробела в табасаранском языке, необходимостью глубокого и всестороннего исследования словарного состава младописьменного табасаранского языка.

Кроме того, есть основание предполагать, что наибольшее количество арабизмов, относящихся к самым различным лексико-семантическим и тематическим группам, освоено именно табасаранским языком. Именно население Дербента и Табасарана первыми в Дагестане приняли ислам, следовательно, первый поток арабских слов, унаследованных от самих же носителей арабского языка, хлынул в табасаранский язык. Неопровержим и тот исторический факт, что арабы после подчинения Дербента и соседних земель поселили на территории Табасарана более семи тысяч арабов из разных мусульманских стран. Прямые контакты с арабоязычным населением не могли не повлиять на язык и культуру табасаранцев.

Считаем необходимым отметить и то, что более одиннадцати веков арабский язык господствовал как язык религии и науки. Он стал как бы составной частью жизни горцев. Восток и восточная культура вызывали к себе интерес историков, этнографов, лингвистов, да и всего населения Республики Дагестан. Однако после установления Советской власти было запрещено исповедание ислама, а арабский язык и письмо были заменены сначала латинизированным алфавитом (1927 г.), а потом кириллицей (1938 г.).

Одни арабизмы были возведены в ранг архаизмов, другие устарели и перестали употребляться даже в книжных стилях. Многие арабизмы были заменены русизмами (мектеб и Мадраса «школа», дафтар «тетрадь», къалам «карандаш», инкъилаб «революция», имтигьян «экзамен», сшсат «политика», бягьс и талит «соревнование»).

Независимо от принимаемых общественным строем мер, многие дагестанцы втайне продолжали молиться и обучать своих потомков арабскому языку и чтению Корана. После распада Советского Союза интерес к арабскому языку и восточной культуре вновь возро дался. В столице Республики открылся Исламский институт, а в вузах функционируют отделения арабского языка и востоковедения.

Значительную роль в возрождении арабизмов играет и национальное радиовещание на 14 языках, а также периодическая печать. Многие русизмы, заменившие арабские наименования предметов и явлений, вновь заменяются арабизмами.

Кроме того, все еще существующая угроза религиозного экстремизма, в частности течение «вахабизм», привела к наиболее углубленному и серьезному анализу вопросов религии и арабского языка как языка религии.

Обращение к данной теме исследования связано не только с возросшим интересом к религии и арабскому языку, но также рядом других причин. Во-первых, лексика любого языка отражает все изменения, происходящие в обществе. Наличие в словарном составе языка заимствованной лексики ставит ряд вопросов: Из какого языка взяты слова? Когда они были заимствованы? Каковы причины заимствования? Насколько долгими были языковые контакты? и т.д. Во-вторых, изучение лексики языка представляет не только лингвистический интерес, но и исторический. Исследование одного пласта заимствованной лексики может отвечать на многие вопросы исторического, этнографического и лингвистического характера. В-третьих, вхождение иноязычного слова в систему языка-реципиента влечет за собой ряд фонетических, морфологических и семантических изменений данного слова. Выявление и изучение этих явлений связано с созданием целостной картины общего грамматического строя того или иного языка. Анализ различного рода модификаций арабских заимствований в табасаранском языке позволит кавказоведам наиболее правильно отразить их в научных грамматиках, словарях и учебно-методической литературе для школ, вузов и инновационных учебных заведений. Они представляют определенный интерес и для арабиста, так как эти изменения отражают различного рода процессы, происходящие в арабском языке.

Наконец, изучение арабизмов табасаранского и других дагестанских языков представляет значительный интерес не только для дагестановедения, но и для изучения в Дагестане самого арабского языка, интерес к которому с каждым годом возрастает. В республике строятся мечети, увеличивается количество исповедующих исламскую религию. Дагестанские языки все больше отражают фонетические и семантические особенности многих арабских лексем, взаимовлияние и взаимопроникновение лексических единиц в разно-структурные языки становится нормой жизни и времени.

Цель и задачи исследования. Основной целью диссертационного исследования является описание арабизмов как составной части лексической системы табасаранского языка, вместе с тем и характеристика фонетико-морфологического и лексико-семантического освоения арабских лексических единиц табасаранским языком, приводящих в конечном итоге к созданию целостной картины о табасаранском литературном языке. Достижение поставленной цели предполагает решение следующих задач:

1) выяснить причины и пути проникновения арабизмов в табасаранский язык;

2) определить объем и тематический состав арабизмов в табасаранском языке;

3) рассмотреть основные аспекты функционирования арабских заимствований в лексической системе табасаранского языка;

4) проанализировать и выявить основные закономерности изменения фонетического облика арабских лексем;

5) охарактеризовать состав и систему гласных и согласных в арабском и табасаранском языках;

6) выяснить наиболее типичные случаи фонетико-морфологического и лексико-семантического освоения арабизмов табасаранским языком.

Объектом исследования являются арабизмы в табасаранском языке, их фонетико-морфологическое и лексико-семантическое освоение языком-реципиентом.

Методологическая основа и методы исследования. Методологической основой работы являются структурно-функциональный и сравнительно-сопоставительный подходы научного анализа арабизмов в табасаранском языке, а также методология комплексного исследования, включая межъязыковые контакты. В диссертации использованы методы как эмпирического уровня (описание, статистическая группировка арабизмов), так и теоретического уровня (аналогия, анализ и синтез, индукция и дедукция).

По мере необходимости в работе применяются также типологический и сравнительно-исторический методы.

В ходе работы над диссертацией мы ориентировались на теории заимствования и перевода, использовали труды известных теоретиков и историков языка, а также весь диссертационный фонд по проблемам заимствованной лексики.

Научная новизна исследования. Наше диссертационное исследование, естественно, учитывает все ценное из того, что написано о заимствованной лексике в дагестанских языках, в частности об арабизмах. Но по методологии и по методике исследования оно значительно отличается от работ, написанных по данной проблематике.

Основной принцип нашего исследования - комплексный подход, как при анализе отдельных сторон арабизмов, так и заимствований в целом. Проблема арабизмов в дагестановедении поднималась в связи с различными лексикологическими вопросами в работах Хайдакова С.М. (1961), Муркелинского Г.Б. (1971), Гайдарова Р.И. (1966), Мусаева М.-С.М. (1978), Забитова С.М. (1982), Загирова В.М. (1981, 1987, 1996), Мейлановой У.А. (1964), Сафара-лиевой Э.Я. (1981), Халунова А.Н. (1996), Курбановой З.Г. (1999), Курбай-таевой Н.Б. (1999), Халикова К.Г. (2000), Абдулжалилова И.М. (2002).

Однако вопрос об арабизмах в табасаранском языке все еще остается вовсе не разработанным. Особенно это касается по части их освоения. Вот почему в нашей работе впервые сделана попытка проследить не только сам процесс проникновения арабизмов в табасаранский язык и его историю, но и их освоение языком-реципиентом. Кроме того, немаловажным фактором является и то, что мы впервые рассматриваем данную проблему применительно к табасаранскому языку в монографическом плане.

Теоретическая и практическая значимость диссертации. Теоретическая значимость работы состоит в том, что в сферу научного исследования вовлекаются специфические данные, которые, с одной стороны, присущи арабизмам только в собственно табасаранском языке, с другой стороны, рассматриваются свойства арабизмов, типологически общие для всех дагестанских языков. Иллюстративный материал и теоретические выводы диссертации способствуют восполнению соответствующего пробела в научном изучении лексики табасаранского языка в целом.

Практическая значимость исследования заключается в том, что его материалы могут быть использованы при чтении курса «Лексика табасаранского языка» в вузах и инновационных учебных заведениях Республики Дагестан. Работа может быть предложена и в виде спецкурса. Она окажет определенную помощь в преподавании арабского языка в дагестанской аудитории и при составлении двуязычных словарей.

На защиту выносятся положения, указанные в цели и перечисленных задачах диссертационного исследования. К ним относятся: а) установление количественного состава арабизмов в целом и по частям речи в частности; б) выяснение причин и путей проникновения арабизмов в табасаранский язык; в) анализ арабизмов на различных языковых уровнях (фонетики и морфологии, лексики и семантики) и выявление их тематического состава; г) рассмотрение основных аспектов функционирования арабизмов в лексической системе табасаранского языка и исследование сопоставительной характеристики фонетической системы арабского и табасаранского языков; д) выяснение типичных случаев фонетико-морфологического и лексико-семантического освоения арабизмов табасаранским языком.

Многолетние арабо-дагестанские связи привели не только к развитию культурных, экономических, социально-политических и других отношений, а также к существенному обогащению лексического состава дагестанских языков. Значительно пополнился и словарный запас табасаранского языка.

Учитывая ранний период проникновения арабизмов в табасаранский язык и активные прямые контакты арабов и табасаранцев на протяжении длительного периода времени (VIII - XIX вв.), мы предположили, что, по сравнению с другими коренными языками Дагестана, табасаранским языком было заимствовано большее количество арабских слов, причем большинство было усвоено с голоса, то есть устным путем. Проведенный сравнительный подсчет арабизмов табасаранского языка с другими дагестанскими языками подтвердил данную гипотезу.

Возобновление интереса дагестанцев к религии способствовало возрождению арабо-дагестанских контактов, что, в свою очередь, повлияло на возвращение в словарь многих устаревших и вышедших из употребления арабизмов, а также на незначительное пополнение лексики табасаранского языка.

В ходе исследования мы заметили, что за время функционирования в табасаранском языке, арабские заимствования достигли определенной степени ассимиляции в лексико-семантическом и фонетико-морфологическом отношении.

Каждое слово имеет не только звучание, но одно или несколько значений. Переходя в грамматический строй нового для них языка, не многие слова в процессе адаптации сохраняют свое первоначальное значение и звучание. Утрата заимствованным словом некоторых своих значений - процесс, наблюдаемый чаще, чем процесс расширения семантики заимствованного слова или замены старого значения новым.

Утрата многозначным словом некоторых своих значений связана с рядом причин. Так, например, Р.А. Будагов, классифицируя типы семантических соответствий в разных языках, предлагает исходить не только из функциональных признаков соответствий слов, но и из понятийных, когда одни и те же понятия выражаются в лексике разных языков в неодинаковом объеме. Так, например, один из типов семасиологических оппозиций, предложенных исследователем, основывается на логическом разграничении таких понятий, как родовое и видовое: родовое значение в одном языке - видовое в другом.

Кроме того, определенная часть арабских слов попала в табасаранский язык в своем общем значении, а специализированное значение не заимствовалось.

Подчиняясь строю табасаранского языка, определенная часть арабских заимствований расширяет свой семантический объем. Это закономерное явление, так как в связи с изменением исторических и социальных условий, развитием общественных отношений и ростом духовной и материальной культуры носителей табасаранского языка происходят изменения и в лексике.

Расширение значения арабских слов часто происходит на основе метафорического и метонимического переноса значений, то есть на основе сходства предметов или явлений, или на основе смежности.

Часто арабские заимствования в табасаранском языке расширяют свое значение на основе фонетической дифференциации слова. Изменение звучания некоторых заимствованных арабизмов приводит также к появлению новых значений.

В лингвистике характерным процессом при переходе некоторых лексем из одного языка в другой является утрата заимствованным словом первоначального своего значения и приобретение на новой языковой почве другого значения. То же самое происходит и с арабизмами табасаранского языка. Определенную роль в этом играют языки-посредники, через которые заимствовались данные арабизмы.

Принимая во внимание тот факт, что в генеалогическом плане арабский и табасаранский языки относятся к разным языковым семьям (семитская и иберийско-кавказская), заимствованные арабизмы, попав в новую языковую среду, подвергаются различным фонетическим изменениям, как в области вокализма, так и в области консонантизма.

Различия в системе вокализма сопоставляемых языков являются причиной того, что в табасаранском языке происходит изменение гласных по принципу сингармонизма, а также отмечается тенденция к монофтонгизации арабских дифтонгов. Характерным явлением для системы гласных табасаранского языка является выпадение и редукция гласных.

В области консонантизма происходит оглушение звонких арабских согласных, унификация отсутствующих в табасаранском языке эмфатических согласных и т.д.

Известно, что удвоение согласных в табасаранском языке выполняет смыслоразличительную роль. Геминаты в табасаранском языке как особый тип отсутствуют и поэтому в арабизмах, заимствованных табасаранским языком, происходит закономерное отпадение одного из удвоенных согласных. Часть заимствований из арабского языка сохраняет в табасаранском языке особенности, присущие диалектам арабского языка, что свидетельствует, на наш взгляд, о том, что они проникли в табасаранский язык устным путем.

Определенное число арабизмов имеет общий фонетический облик как в тюркских и персидском языках, так и в табасаранском, что указывает на проникновение этих заимствований опосредованным путем.

Морфологическое усвоение также является общим и обязательным условием вхождения иноязычного слова в систему заимствуемого языка. Слово не может употребляться в речи вне грамматических категорий, так как, не будучи связанным с другими словами, не входя с ними в синтагматические отношения, слово не выполнит свою основную функцию - коммуникативную.

Анализ морфологического освоения арабских заимствований в табасаранском языке позволяет прийти к выводу о том, что грамматическое переоформление заимствований тесно связано с грамматическим строем языка-реципиента с одной стороны, а с другой, оно обусловлено структурными особенностями языка-источника.

Арабские лексемы, заимствованные табасаранским языком с точки зрения грамматической характеристики представляют собой имена существительные, а также отглагольные именные образования: масдары (имена действия), причастия. Активно функционируют в табасаранском языке арабские по происхождению прилагательные, наречия, союзы и междометия.

Арабские глаголы табасаранским языком почти не заимствовались. Это вполне оправдано, так как различия, существующие в системе спряжения языков, принадлежащих к разным типологическим группам (арабский - к флективной, а табасаранский к агглютинативной) являются существенной преградой для проникновения глаголов из одного языка в другой.

Арабизмы в преобладающей своей части переходят в заимствующий язык именно в виде имен, выражая понятия глагольные при помощи сочетаний со вспомогательными глаголами.

Проявлением грамматической ассимиляции арабизмов является образование множественного числа у арабских имен существующими в табасаранском языке способами, участие арабизмов в словообразовательных процессах табасаранского языка, нивелировка качественных показателей рода арабских имен, утрата несвойственной табасаранскому языку категории определенности и неопределенности, переосмысление морфемной структуры слов.

Следующим признаком, определяющим усвоенность заимствованного слова, является его активное использование во всех языковых стилях: разговорно-бытовом, публицистическом, научном и официально-деловом. Наиболее многочисленным по количеству заимствованных слов в табасаранском языке является разговорно-бытовой стиль языка, наиболее малочисленным - научный стиль, вследствие того, что многие науки в средневековом Дагестане находились еще в стадии зарождения.

Арабские заимствования существенно обогатили лексический состав табасаранского языка. Заимствованные факты, вступая в синонимические отношения с исконно табасаранскими лексемами, способствуют разгрузке многозначности исконного слова, дифференцируют оттенки его значения, оказывая существенное влияние на развитие и обогащение стилистических средств языка.

Завершая проводимое нами исследование, можно сделать следующие выводы:

Во-первых, наличие арабских заимствований в лексике табасаранского языка языка является неопровержимым фактом, они активно участвуют во многих языковых процессах табасаранского языка, используются почти во всех языковых стилях и литературных жанрах табасаранского языка, относятся более, чем к десяти тематическим группам.

Во-вторых, условие приноровления заимствованного слова к звуковой системе языка-реципиента, т.е. его фонетическая адаптация, в отношении арабизмов в табасаранском языке полностью соблюдено. Все заимствованные арабизмы передаются фонетическими и графическими средствами табасаранского языка, и большинство настолько ассимилировалось, что провести грань между арабизмом и исконно табасаранским словом весьма сложно.

В-третьих, несмотря на то, что большинство заимствований из арабского языка имена существительные и имена действия (масдары), почти все арабизмы активно участвуют в деривационных процессах табасаранского языка, образуя с помощью аффиксов данного языка лексические единицы разных частей речи.

В-четвертых, при переходе в табасаранский язык большинство арабизмов сохранило лексические значения, присущие им в языке-источнике, однако нередки случаи обогащения семантического поля арабизмов на почве табасаранского языка и замена старого значения новым. (Арабизмы в табасаранском языке. Ибрагимова Э.Р.)

Объектом исследования является северный диалект табасаранского языка, который впервые в лингвистическом кавказоведении подвергается подробной специальной характеристике. При этом в необходимых случаях анализируется также материал конкретных говоров ряда населенных пунктов на территории распространения исследуемого диалекта.

Актуальность исследования определяется назревшей необходимостью описания, систематизации и публикации материала по недостаточно исследованному северному диалекту табасаранского языка.

Лингвистические данные диалектов и говоров заключают в себе богатейший языковедческий материал, являющийся надежным источником при воссоздании картины исторического развития языка, тем не менее, диалекты табасаранского языка стали предметом монографического исследования лишь в последнее десятилетие.

Назревшая необходимость разноаспектного исследования северного диалекта, его говоров и речевых особенностей обусловлена еще тем обстоятельством, что идет постепенный процесс нивелирования территориальных диалектов и говоров под влиянием табасаранского литературного языка.

Основной целью диссертационного исследования является анализ фонетических и морфологических особенностей северного диалекта табасаранского языка в сравнении с литературным языком, южным диалектом и некоторыми говорами и на этой основе установление его статуса и места в системе диалектных единиц табасаранского языка в целом.

В соответствии с поставленной целью предполагается решение следующих конкретных задач:

- установление степени изученности разных уровней диалектов табасаранского языка в лингвистической литературе;

- обозначение взаимоотношений между северным диалектом и табасаранским литературным языком;

- демонстрация специфики фонетических признаков северного диалекта, их сопоставление с данными литературного языка и других говоров;

- полное описание морфологических особенностей северного диалекта табасаранского языка;

- обоснование общих и специфических фонетических и морфологических особенностей северного диалекта, литературного языка и южного диалекта.

Научная новизна диссертации обусловлена, прежде всего тем, что в ней определено важнейшее функциональное назначение достаточно полного диалектологического материала; системно описаны, анализированы и квалифицированы факты и явления, имеющие место в северной диалектной речи. В частности, исследованию подвергнут фонемный состав ряда говоров диалекта в сравнении с южным диалектом и литературным языком, а также установлены существенные признаки, по которым можно обозначить изоглоссу функционирования данного диалекта. Критическому анализу подвергаются также различные суждения относительно диалектной дифференциации табасаранского языка.

Теоретическая значимость диссертации заключается в системном изучении северного диалекта табасаранского языка, в выяснении и уточнении целого ряда вопросов, имеющих отношение как к междиалектным взаимоотношениям, так и взаимоотношениям северного диалекта с литературным языком, что даст возможность корректировать классификацию диалектов и говоров в целом. Научно выверенные данные диалекта найдут свою реализацию и при составлении исторической фонетики и грамматики лезгинской группы языков.

Выявленные при изучении северного диалекта его фонетические и морфологические признаки дают возможность в определенной степени сделать ясной классификацию говоров и диалектов табасаранского языка в целом, что также свидетельствует о научно-теоретической значимости результатов исследования.

Практическая ценность результатов диссертационного исследования состоит в том, что они могут быть использованы:

- при составлении диалектологического, этимологического, орфографического и других словарей табасаранского языка;

- при составлении учебников и учебно-методических пособий для педагогического колледжа табасаранских групп филологических факультетов ДГУ и ДГПУ;

- при изучении диалектологии и разработке спецкурсов и спецсеминаров по проблемам диалектологии и лексикологии табасаранского языка;

Методы и приемы исследования определяются целью, задачами анализа и описания материала северного диалекта. Разностороннее рассмотрение фонетических и морфологических особенностей данного диалекта осуществляется в основном на основе описательного метода. Частично используются также приемы сопоставительного исследования и лингвистической географии.

На защиту выносятся следующие основные положения:

1. Фонетические особенности северного диалекта табасаранского языка: звуковой состав (система вокализма, система консонантизма, звуковые процессы и т.д.), отличающие его от южного диалекта табасаранского языка.

2. Морфологические особенности северного диалекта табасаранского языка (имя существительное, имя прилагательное, числительное, местоимение, наречие, глагол и служебные части речи). Подавляющее большинство диалектных различий морфологического уровня относится к области глагола, где обнаруживаются явления разных уровней - от узколокальных до общедагестанских.

3. Вопросы диалектной дифференциации и интеграции в табасаранском языке. Процессы табасаранского литературного языка внесли изменения во взаимоотношения общенародного языка и местных диалектов.

Источники исследования. Материал записан нами у носителей северного диалекта в аулах Джульжаг, Гурик, Гуми, Джули, Хапил, Ханаг, Хурик, Дюбек, Куркак, Халаг, Кужник и др. Сбор материала осуществлялся методом записи личных бесед с носителями ряда говоров обоих диалектов на месте. В собранный фольклорный материал вошли пословицы, поговорки, загадки, сказки и отдельные фрагменты бытовой, разговорной речи.

Апробации я публикации. Основные положения и результаты исследования обсуждались на ежегодных научно-практических конференциях профессорско-преподавательского состава Дагестанского государственного университета (2005, 2006, 2007, 2008, 2009 гг.), на заседаниях кафедры дагестанских языков и отражены в 7 публикациях. Некоторые теоретические положения диссертации апробированы в процессе преподавания курсов «Практический курс табасаранского языка» и «Диалектология табасаранского языка».

Структура и объем работы. Обозначенные в работе проблемы реализуются в двух её основных главах-разделах, в которых определяется специфика фонетических и морфологических признаков, присущих северному диалекту и целому ряду составляющих его говоров. Приложены реверсивные формы табасаранского глагола северного диалекта.

Во введении обоснована актуальность темы исследования, определены цели и задачи, методы исследования, освещаются новизна, практическая и теоретическая значимость работы. Здесь же дается краткий обзор специальной литературы, характеризуется состояние изученности исследуемой проблемы, представлена историография диалектов табасаранского языка.

Первая глава "Фонетические особенности северного диалекта табасаранского языка" посвящена описанию фонемного состава северного диалекта табасаранского языка. Фонетическая система данного диалекта имеет свои отличительные черты, противопоставляющие его литературному языку.

Звуковой состав табасаранского языка и его северного диалекта сложнее звуковых систем соседних даргинского, лезгинского и агульского языков, что больше проявляется в системе консонантизма, чем в системе вокализма.

В лексике табасаранского языка наиболее многочисленную группу составляют слова, которые, имея одинаковое значение, получили фонетическую дифференциацию по диалектам. Надо полагать, что подобная дифференциация является результатом определенных языковых процессов, имевших место в истории развития табасаранского языка.

В табасаранском литературном языке насчитывается 54 фонемы, из которых 9 гласных (вместе с заимствованными из русского о, ы) и 45 согласных. Обилие согласных в табасаранском языке связано с тем, что в нем широко представлены билабиальные и дентолабиальные согласные.

Система вокализма. В северном диалекте и литературном языке системы гласных совпадают полностью. В исследуемом диалекте исконных гласных фонем семь: а, у, и, э, аь, уь. Здесь следует заметить, что графема уь обозначает два гласных звука - лабиализованный переднего ряда уь и гласный заднего ряда тоже лабиализованный у1, например, в слове уъл «хлеб» имеем лабиализованный гласный переднего ряда, а в слове уьмур «жизнь» - лабиализованный фарингальный гласный заднего ряда.

Классификация гласных.

В диссертации, кроме классификационной таблицы, дана подробная характеристика каждой гласной фонемы северного диалекта: различные мнения исследователей о природе той или другой фонемы, дистрибутивные характеристики; приведены соответствующие фонемам диалекта звуки литературного языка. Дана подробная акустическая и артикуляционная характеристика гласных звуков.

Система консонантизма. Здесь дается подробная характеристика согласных звуков северного диалекта табасаранского языка в сопоставлении с литературным языком и говорами северного диалекта. Наиболее подробно характеризуются те согласные фонемы и фонетические явления, которые составляют специфику консонантной системы исследуемого диалекта.

Характерной особенностью табасаранского консонантизма является наличие шипящих дентолабиализованных спирантов и аффрикат, которые отсутствуют в других дагестанских литературных языках.

Ряды нелабиализованных и лабиализованных представлены неполно: в них недостает звонкого согласного кь, который выявлен в консонантной системе диалектов.

В системе согласных в табасаранском литературном языке имеет место ряд билабиализованных фонем (смычных и спирантов), которые представлены и в других дагестанских литературных языках.

В области консонантизма имеют место противопоставления: глухость-звонкость; свистящие-шипящие согласные (по акустическому впечатлению, по характеру артикулирования языка к зубам; параллельные ряды по месту образования: губные (губно-губные и губно-зубные) - зубные - переднезубные; ряд передненебных здесь противопоставляется как фонемы ряду задненебных.

В северном диалекте табасаранского языка представлены и тройные противопоставления: глухой придыхательный - глухой усиленный (геминированный), непридыхательный - надгортанный (в области затворных согласных и аффрикат); свистящие спиранты и аффрикаты - как шипящие звуки, так и лабио-сибилянты.

Таблица согласных звуков северного диалекта табасаранского языка представляет сильные или геминированные спиранты сс, XV, шш, фф, швшв, хьхь, которые отсутствуют в литературном языке и, следовательно, составляют специфику консонантной системы северного диалекта. Правда, нужно отметить, что различия между геминированными спирантами и негемини-рованными постепенно исчезают. Об этом свидетельствует тот факт, что многие информанты одни и те же слова произносили то с геминацией, то без геминации спирантов. Особенно это наблюдалось в речи представителей молодого поколения.

Звуковые процессы. В северном диалекте, как и в южном диалекте табасаранского языка, происходит целый ряд фонетических процессов, которые, в свою очередь, могут вызвать дальнейшие изменения в фонетическом облике слова.

Для говоров исследуемого диалекта характерен переход переднеязычного смычного д в р (д—+р).

Отмеченный процесс происходит, как правило, в середине слова между гласными и в конечной позиции и является довольно регулярным.

Оглушение конечного звонкого з. Наиболее характерным для говоров северного диалекта процессом является оглу-

шение конечного звонкого спиранта з с переходом его в с. Явление это прослеживается регулярно во всех случаях: сев.д. Нас - лит. йиз «мой»; сев.даулас -литхулаз «домой»; сев.д.гьап1ус -лит. гъап1уз «зачем» и т.д.

Переход б—>в происходит в середине и конце слова: сев.д.: рув - юж.д.: руб «игла»; сев.д.: mlye - юж.д.: т1уб «палец»; сев.д.: ив - юж.д.: иб «ухо» и т.д.

Переход непридыхательных в смычно-гортанные

В ряде говоров, в том числе и гуминском говоре северного диалекта, имеют место случаи перехода непридыхательных смычных в смычно-гортанные, ср. гуминский говор [далее: гумм, гов.]: к1ун -лит.: ккун «любить»; гум.гов.:к/ул< -лит.: ккум «кол»; гум.гов.'.т/сдату-лит.: дат «петух» и т.д.

В северном диалекте прослеживается также ряд процессов перехода одного гласного в другой. Причем гласный заднего ряда может переходить в гласный переднего ряда и наоборот.

Переход а—*и. Для северного диалекта в целом характерен процесс перехода гласного заднего ряда а в гласный переднего ряда и (а-+и)\ сев.im 1 урду -лит. artlypy «сделает»; сев. дихъара - пт.дахъарва «ляжешь»; сев. иъур гамшар - лит. аъур гамгиар «загонит буйволов» и т.д.

Выпадение звуков. В северном диалекте довольно часто встречаются случаи выпадения звуков, как согласных, так и гласных.

В позиции между гласными часто выпадает смычный ъ (гамза), например: сев. хъааркну < хъаъаркну - лит. хъадакну «возвратясь»; сев. гаакъиди < гаъакъиди - лит. ккадагъиди «вытащит» и т.д.

Такие выпадения достаточно регулярны. В литературном языке на месте северного ъ представлен д. Смычный д в данном диалекте перешел сначала в р (ср. гум. гов.: ккирт1вурди «выходя», хъаракну «возвратился» и т.д.), затем р в интервокальной позиции ослабился до >"ь и после этого совсем выпал. A.A. Магометов считает, что в этой позиции />—>й, а затем выпал й. Но в говорах рассматриваемого нами диалекта есть много примеров, где между гласными согласный ъ не выпал: биьик1ну «написал», гьиъивт1рихъ «по мере соединения».

Приведенные выше примеры свидетельствуют о том, что в них в интервокальной позиции выпал согласный ъ, что привело к появлению долгих гласных аа, ии и т.д. Примеры также свидетельствуют о том, что в данном процессе ударение играет не последнюю роль: как правило, гласный утрачивается в первом предударном или заударном слоге. В редких случаях при изменении слова ударение переходит с одного слога на другой и в результате выпадает гласный: лихан «работа», но лих-нар<лихипар.

В табасаранском литературном языке процесс утраты безударных гласных происходит регулярно. Относительно же северного диалекта можно отметить, что здесь довольно часто в безударном слоге гласный не утрачивается: сев. раккупихыш -юж. раккшаьна «к двери»; сев. алдрахъри - юж. алалахъри «пусть не встретиться» и т.д.

Фонетические наращения. Данный процесс, вероятно, можно объяснить наблюдающейся в северном диалекте тенденцией к открытости слога. Стремление к открытому слогу характерно для табасаранского языка в целом, а в исследуемом нами диалекте характеризуемый процесс происходит особенно интенсивно. Наиболее часто в северном диалекте открытыми бывают конечные слоги. Если в литературном языке слово обычно оканчивается на согласный звук, то в северном диалекте в соответствии с тенденцией к открытому слогу на конце имеем наращение гласного звука: сев. нивк1и — лит. нивк1 «сон»; сев. йиса -лит. йис «год»; сев. варжу/ варжа — лит. варж «сто»;

Эти примеры демонстрируют, что качество наращиваемого вокала в определенной мере зависит от корневого гласного: если в корне гласный переднего ряда, то наращивается гласный переднего ряда и т.д. Исключение составляет слово муччвагъаь «в углу», где при наличии в корне гласного заднего ряда наращивается гласный переднего ряда аь.

Следует отметить, что стремление к конечному открытому слогу (наращение гласного) является одним из отличительных признаков северного диалекта табасаранского языка. Частично это явление встречается и в тинитском говоре этегского

наречия, что, вероятнее всего, можно объяснить территориальной близостью его к северному диалекту.

Основанием для многих соответствий гласных и согласных звуков служат различные фонетические процессы. Например, в слове биц1и «маленький» в дюбекском говоре свистящая смычно-гортанная аффриката ц! перешла в дентолабиальную аффрикату ч1в, а в слове сусу «невеста», наоборот свистящий спирант с в северном диалекте не перешел в дентолабиальный спирант гв, хотя условия для такого перехода (лабиализация) налицо. В литературном же языке такой переход имеет место.

Ударение в табасаранском языке является одним из весьма слабоизученных вопросов фонетики.

Ударение в северном диалекте, как и в табасаранском языке в целом, динамическое, слабое, но подвижное.

В двусложных глаголах с локальными префиксами ударение падает на первый слог: сисъус «падать» (внутрь чего-либо), урсус «впрыгнуть», áecyc «вонзить», кйвхъус «присыпать», ккйвсус «подкладывать», хьйпус «закладывать, заложить за что-либо», къярсус «застревать между чем-либо». Исключение составляют глаголы с превербом эл- (улил-, уьл-, аьл) со значение «на...». Как правило, они бывают трехсложными, и ударение в них падает на третий (последний) слог: алахьу «насыпать, набрасывать, надевать».

В глаголах с реверсивным и отрицательным значением ударение падает на второй слог, то есть на отдельные морфемы, несущие значение обратного действия или отрицания: дибрихъус «не находить», улулуг^ус «не показывать».

Фонетические процессы. Из фонетических процессов в системе вокализма северного диалекта следует выделить следующие:

1) показателем множественного числа в диалекте у имен существительных с гласным исходом выступает –яр (йар): дада -дад'яр (йар) «мать», а с согласным исходом -ар: хал - хилар «рука - руки»;

2) редукция гласных звуков может быть как полной, так и частичной: процесс этот в значительной мере обусловлен ударе-

нием, его переходом с одного слога на другой: гьяйвап (им. п.) -гьяйвнй (эрг. п.) - гьяйвпар (мн. ч.) «лошадь».

3) сингармонизм - процес уподобления гласных наблюдается, например, в глагольных основах: лих «трудись» (глаг. корень) -ми-ли-хан «не трудись», ах «спи» - дар-ах-ус «не спать», уех «читай» - дурувхус «не читать» и т.д.

Во второй главе «Морфологические особенности северного диалекта табасаранского языка» рассматриваются особенности частей речи, их грамматических форм и категорий в северном диалекте.

Северный диалект отличается от литературного языка некоторыми морфологическими особенностями: склонением, грамматическими категориями числа, спряжения, времени, лица, а также целым рядом других форм.

Морфологические особенности существительного. В принципе система склонения имен существительных в северном диалекте и в литературном табасаранском языке в целом совпадает. Однако имеются отдельные падежи, различающиеся окончаниями.

Сопоставляя различные падежные формы в северном диалекте и литературном языке, можно сделать вывод, что различия в этих формах связаны с фонетическими особенностями северного диалекта и литературного языка. И это касается не только имени существительного: в основе большинства морфологических различий между диалектом и литературным языком лежат различия фонетического порядка.

Примеры показывают, что в дательном падеже северного диалекта имеет место окончание -с, а в литературном языке -з.

Окончания некоторых локативов (I, V, VI серий) содержат в своем составе гласные звуки: I с. - ъи, II с. -кки, VI с. -кьи, что не характерно для литературного языка.

Отличительным признаком склонения существительных в исследуемом диалекте является и то, что в мест. п. VII серии окончанием служит -ъил вместо -ъин в литературном языке. Первичная форма этого окончания представлена в северном диалекте. В пользу этого факта говорит то, что и в литературном языке при образовании исходного падежа данной серии соглас-

ный н в окончании переходит в л: гъар-ъин, но гъар-л-ан «с дерева».

Весьма редко в м. п. VII серии встречается окончание -т1ил вместо лит. ъин: кьулт1ил «на доске», къюнт1ил «на плече».

Между северным диалектом и литературным языком прослеживаются некоторые расхождения и в образовании эргатив-ного падежа от имен с гласным исходом. В таких случаях в литературном языке окончанием эргатива могут выступать -ди, -йи, а в северном диалекте представлено одно окончание -ри: арми-ри «человек», эйси-ра «хозяин».

Именные словообразовательные морфемы в исследуемом диалекте можно рассматривать как с точки зрения их этимологии и степени продуктивности, так и с точки зрения экспрессивно-эмоциональной окрашенности. Этимологически все они дифференцируются на исконно табасаранские и заимствованные. К первой группе относятся продуктивные суффиксы -вал, -шин, -жви, -шив; малопродуктивные -бях, -бякь, -аьх(-ях), -рюх, -ац, -яц, -накь, -акь и непродуктивные -ал, -ин, -т1ай, -ч1ай, -ит1 и др.

Материал исследования свидетельствует о том, что в северном диалекте и в табасаранском литературном языке словообразовательные и смыслоразличительные возможности в именах существительных продуктивнее проявляются на суффиксальном уровне. Префиксы в этом процессе принимают участие пассивно: зафиксирован лишь один исконно табасаранский префикс къи-, который в сочетании с глаголом лицус «ходить» образует лексему къилицув «бродяжничество».

Грамматическая категория числа в табасаранском языке и в его северном диалекте является общей для многих частей речи. Она охватывает почти все имена существительные, имеющие формы как единственного, так и множественного числа, что связано с противопоставлением единичности и множественности.

Именная семасиологическая категория класса в северном диалекте табасаранского языка представляет интерес в том плане, что исследование и анализ имени существительного с

точки зрения его ориентированности на формальное проявление в нем категории класса и числа позволяет сделать общий вывод о том, что в ряде именных словоформ представлены показатели именных классов.

Классные показатели встречаются и в северном диалекте, и в литературном языке, но не во всех говорах южного диалекта. Продуктивно они употребляются в глаголе (в препозиции, интерпозиции и постпозиции по отношению к корневой морфеме). Классными экспонентами маркируются деепричастные, причастные формы и другие знаменательные части речи, способные сочетаться с существительными класса человек и класса нечеловек.

Исходным для группирования имен по личности и вещи («личность / не-личность», «человек / не-человек») является принцип «разумности / неразумности, на основе которого в северном диалекте и в самом табасаранском языке выделяются два семасиологитческих класса:

1) первый именной класс - «класс человека» («личности»);

2) второй именной класс - «класс вещи, не-личности».

Принадлежность имени существительного к тому или иному классу в диалекте определяется при помощи постановки вопросов фуж? «кто?» и фи? «что?». Например: фуж? - бав «бабушка», авай «дедушка», бай «сын, мальчик», риш «дочь, девочка, девушка», гаван «пастух», нежбер «крестьянин»; фи? - йац «бык, вол», сул «лиса», деве «верблюд», мархь «дождь», ук1 «трава» и т.д.

Таким образом, в северном диалекте табасаранского языка именные классы характеризуются как в семасиологическом, так и формально-грамматическом аспектах.

Бинарная система грамматических классов (противопоставление категорий «личности» (кто?) и «не-личности» (что?)) является фундаментальной для северного диалекта табасаранского языка и для иберийско-кавказских языков вообще. Однако, следует отметить, что бинарная система северного диалекта табасаранского языка возникла в результате упрощения трех-классной системы, а не является исходно(исторически) бинарной.

В системе имен прилагательных между северным диалектом и литературным языком имеется ряд различий. Прежде всего, это касается оформления адъективов. Суффиксами прилагательных в табасаранском литературном языке служат -и или -у (иногда вариант у1), в северном диалекте прилагательные имеют только один суффикс -и, ср.: севмир-и - лит. ч1ур-у «вредный»; сев. к1ар-и - лит. к1ар-у «черный»; сев. ир-и - лит. уьр-у «красный» и т.д.

В северном диалекте различаются такие же разряды прилагательных, как и в литературном языке: качественные, относительные и притяжательные.

Порядковые числительные в северном диалекте, как и прилагательные, выполняют атрибутивную функцию. Разница между ними в том, что числительные всегда принимают классные показатели в зависимости от определяемого слова, что не характерно для прилагательных.

В рассматриваемом диалекте, как и в литературном языке, используется десятичная система счета.

Именам числительным в северном диалекте характерны и другие специфические морфологические особенности, отмеченные в диссертации.

В разряде личных местоимений в литературном языке в третьем лице множественного числа представлено местоимение дурар «они». В северном диалекте личным местоимением третьего лица множественного числа служит дукъури «они». В данном местоимении часть -ду, видимо, относится к местоимению думу / дурар, происхождение же второй части установить трудно.

В системе глагола между северным диалектом и литературным языком выявляются значительные различия. Они проявляются в спряжении, образовании различных временных реверсивных, причастных, деепричастных форм и т.д.

Классные показатели в глаголе северного диалекта в основном те же, что и в литературном языке: в(<б) - для II класса и р - для I класса.

Особенностью глаголов в северном диалекте является наличие в позиции между префиксом и корнем согласного ъ\ сев. биъхъундар - лит. гъибихъундар «не нашел»; сев.каъавц1ну -:тт.кабц!ну «запачкал».

Для многих глаголов северного диалекта характерно наличие в начале согласных й или в, которых нет в литературном языке: сев. вурккус - лит. урккуз «зарезать»; севмишус - лит. игиуз «плакать».

Значительные расхождения между литературным языком и северным диалектом наблюдаются при образовании отрицательных форм глагола. Если в литературном языке отрицательная частица -дар «не есть» выступает в более или менее полной форме, то в северном диалекте она может редуцироваться до одного согласного.

В этих глагольных формах в северном диалекте значительную роль играет ударение: если оно переносится на первый слог, то изменяется и значение слова. Носителем отрицательного значения в приведенных примерах служит элемент-/;- (< др < дар).

Изредка в северном диалекте встречается форма повелительного наклонения, выражающая повеление, относящееся к самому говорящему: бисидихъай «давайте возьмем», ап1идихьай «давайте сделаем».

В формах футурума и перфекта в конечной позиции в отдельных случаях представлен согласный -р, а в дюбекском говоре -в.

Некоторые вербальные формы северного диалекта в ряде временных форм не имеют перфектного префикса гъ-, характерного глаголам в литературном языке.

Причастия в северном диалекте всегда содержат суффикс -и, который в литературном языке соответствует суффиксу -у.

В северном диалекте имеется форма деепричастия с суффиксом -айан (ап1айан «сделав», бик1-айан «написав»), отсутствующая в литературном языке и других говорах.

Многие особенности глагола так или иначе связаны с фонетическими особенностями данного диалекта, а в ряде случаев морфологические особенности являются, как отмечалось выше,

прямым результатом фонетических изменений.

Наречия не имеют форм словоизменения, хотя в большинстве случаев они соотносительны с изменяемыми частями речи. Некоторые наречия допускают образование генитивных форм,- выполняющих определительные функции:- сач «в прошлом году» - сачрин «прошлогодний», къи «сегодня» - къирин «сегодняшний», закур «завтра» - закурин «завтрашний».

Образование наречий как в литературном языке, так и в северном диалекте происходит главным образом морфологическим способом. Наиболее продуктивными аффиксами наречий являются: -ди, -ну, -лу, -ган, -дик (-диз), -т1ан(-ч1ан), -на, -лин, -ланди(-линди).

Послелоги выражают грамматические отношения между самостоятельными словами, что, собственно, характерно и для других дагестанских языков.

Союзы - это служебные слова, выражающие различные связи между предложениями, с одной стороны, и членами предложения - с другой. Они не имеют реальной семантики.

Частицы в северном диалекте служат для выражения различных смысловых оттенков. Главным образом они в предложении выполняют сугубо синтаксическую роль и как служебная часть речи не обладают самостоятельными семантическими признаками.

Междометия в табасаранском языке - это неизмененные и лишенные грамматических показателей слова, выражающие различные ощущения, чувства и волеизъявления человека.

В заключении диссертации подводятся итоги и формулируются общие выводы, полученные в ходе исследования.

Настоящая диссертация посвящена комплексному научному исследованию одного из весьма интересных, но до сих пор недостаточно изученных вопросов табасаранского языка, а именно его северного диалекта на фонетическом и морфологическом уровнях.

Диссертация ориентирована на всестороннее познание синхронного состояния проблемы в современных условиях развития табасаранского языка.

Объектом исследования является северный диалект табасаранского языка, который впервые в лингвистическом кавказоведении подвергается подробной специальной характеристике. При этом анализ проблемы проводится, по необходимости, и на материале говоров ряда населенных пунктов на территории распространения исследуемого диалекта.

Материал табасаранского языка дает нам в этом плане существенный стимул для научных поисков, поскольку формирование современного табасаранского языка в большей мере было обусловлено длительными и сложными процессами как диалектной дифференциации, так и интеграции, которые с разной степенью интенсивности и попеременно отражались в языке, создавая его своеобразную грамматическую структуру, привлекшую к себе внимание ряда лингвистов-кавказоведов. Важно отметить в этой связи и то обстоятельство, что всестороннее и глубокое изучение северного диалекта с точки зрения его специфических особенностей позволит нам научно осмыслить, сделать ясными и понятными многие языковые процессы, а также установить специфику их взаимоотношений и пути обогащения табасаранского литературного языка наиболее существенными лингвистическими материалами за счет локальных диалектов языка.

Актуальность исследования определяется назревшей необходимостью описания, систематизации и публикации материала по северному диалекту, особенно в наши дни, когда в языке проявляется ярко выраженная тенденция к планомерному перспективному развитию и неуклонному росту и расширению его обобщенных теоретических и методологических положений, а также социально-культурных функций в жизни народа.

Несмотря на то, что лингвистические данные диалектов и говоров заключают в себе богатейший языковедческий материал, являющийся надежным источником для воссоздания картины исторического развития языка, диалекты табасаранского языка стали предметом монографического исследования лишь в последнее десятилетие.

Роль диалектов возрастает особенно для тех языков (каким является и табасаранский), которые не имеют древних письменных традиций и памятников, а отсутствие письменных памятников исторического плана, в свою очередь, осложняет диахроническое изучение языка, поскольку в этих памятниках сохраняются различные стадии совершенствования языка, что дает возможность для сравнительно-исторического исследования лингвистических процессов в каждом конкретном случае.

Назревшая необходимость многопланового исследования северного диалекта, его говоров и речевых особенностей обусловлена еще и тем обстоятельством, что идет постепенный процесс нивелирования территориальных диалектов и говоров и под влиянием литературного табасаранского языка.

Все отмеченное свидетельствует о научной актуальности нашего диссертационного исследования.

Цель и задачи исследования. Основной целью диссертационного исследования является всесторонний и глубокий анализ синхронного состояния, изучения и научно сверенного описания фонетических и морфологических особенностей анализируемого диалекта табасаранского языка в сравнении с литературным языком, южным диалектом и говорами и установление на этой основе статуса северного диалекта и места в системе диалектных единиц табасаранского языка в целом.

В соответствии с целью исследования и недостаточной изученностью ряда вопросов табасаранской диалектологии автором диссертации предполагается решение следующих основных задач:

- установить степень изученности разных уровней диалектов табасаранского языка в лингвистической литературе;

- констатировать и в последующем дифференцировать по диалектной классификации табасаранского языка и обозначить взаимоотношения между диалектом и табасаранским литературным языком;

- на конкретном фактическом материале продемонстрировать специфику фонетических признаков северного диалекта, сравнивая их с данными литературного языка и других говоров;

- представить полное описание обнаруженных морфологических особенностей северного диалекта табасаранского языка;

- дать лингвистически корректное объяснение общих и различных фонетических и морфологических особенностей северного диалекта литературного языка.

Научная новизна диссертации обусловлена, прежде всего, тем, что в ней определена функциональная значимость достаточно полного диалектологического материала; системно описаны, проанализированы и расквали-фицированы непреложные факты и явления в северной диалектной речи. В частности, всестороннему исследованию подвергнут фонемный состав ряда говоров диалекта в сравнении с южным диалектом и литературным языком, а также установлены существенные признаки, по которым можно обозначить изоглоссу функционирования данного диалекта. Критическому анализу подвергаются также и распространенные мнения, суждения относительно диалектной дифференциации табасаранского языка.

Теоретическая значимость диссертации заключается в системном изучении северного диалекта табасаранского языка, в выяснении и уточнении целого ряда вопросов, как междиалектных взаимоотношений, так и взаимоотношений северного диалекта с литературным языком, что позволит скорректировать классификацию диалектов и говоров в целом. Возможности синхронного метода при изучении особенностей того или иного языкового явления на конкретном материале диссертационного исследования в определенной мере дополнят сведения и об историографической проблеме диалектов табасаранского языка. Диссертация выполнит также определенную роль в перспективных диалектологических исследованиях ряда языков лезгинской группы. Научно выверенные данные диалекта найдут свое применение и при составлении исторической фонетики и грамматики лезгинской группы языков.

Практическая ценность диссертационного исследования объясняется и тем, что выявленные при изучении северного диалекта фонетические и морфологические признаки дают возможность в определенной степени сделать ясной классификацию говоров и диалектов табасаранского языка в целом. Диалектная система описана в перспективе ее дальнейшего развития. В этой связи основные положения диссертации найдут прямой выход в практическую работу:

- по составлению диалектологического, этимологического, орфографического и других словарей табасаранского языка;

- при составлении учебников и учебно-методических пособий для пед-колледжей и вузов РД;

- при изучении диалектологии в вузе;

- при разработке спецкурсов и спецсеминаров по проблемам диалектологии табасаранского языка в вузах республики;

- при преподавании табасаранского языка в школе и педколледже.

Методы и приемы исследования определяются целью, задачами и объемом анализа и описания материала северного диалекта. Изучение и раз-постороннее рассмотрение фонетических и морфологических особенностей данного диалекта осуществляется на основе наиболее адекватного решения обозначенных задач синхронного анализа диалектологического материала на уровне описательного и сравнительно- сопоставительного методов, а также лингвистической географии.

Вместе с тем, понимание сравнительного метода в широком смысле предполагает и заметное многообразие в использовании, в зависимости от специфики диалектологического материала и целей сравнения, тех или иных методов анализа. Сравнение диалектных единиц может основываться также либо на структуре синхронных конструкций и сходств, либо на установление междиалектных архетипов, лежащих в основе подобных различий. Отдельные варианты прослеживаются и при сравнении северного диалекта и литературного языка или южного диалекта и говоров, а также всей совокупности диалектных единиц. Следует отметить, что не всякая методика может оказаться приемлемой в каждом конкретном случае. Необходимо при этом дифференцировать задачи и объекты исследования диалектологии и ареалыюй лингвистики.

Метод выявления отдельных диалектных особенностей на всей территории функционирования языка и интеграция данных особенностей с изоглоссами не сообразуется с целями и задачами изучения диалектов малоисследованных или вовсе не исследованных в диалектном отношении дагестанских языков. Для наших языков необходимо выявить и изучить каждый диалект в отдельности с его языковыми особенностями и территориальным распространением, ибо не всякая методика может оказаться приемлемой в каждом конкретном случае.

Источниками исследования, на базе которых излагается материал северного диалекта табасаранского языка, послужили: монографии П.К. Услара, A.M. Дирра, Л.И. Жиркова, А.А. Магометова, «Табасаранско-русский словарь» и «Диалектологический очерк табасаранского языка», А.Н. Генко; работы А.Е. Кибрика, Б.Г-К. Ханмагомедова, В.М. Загирова, К.К.

Курбанова, К.Т. Шалбузова, Н.В. Загирова, М.Дж. Ваджибова, И.Я. Ризаевой и др.; авторефераты диссертаций и научные статьи лингвистов-кавказоведов.

Важный по значению материал записан и систематизирован нами у носителей северного диалекта в аулах Джульжаг, Гурик, Гуми, Джули, Хапил, Ханаг, Хурик, Дюбек, Куркак, Халаг, Кужник и др. во время летних каникул (2000-2005 гг.).

Сбор материала осуществлялся методом записи личных бесед с носителями ряда говоров северного и южного диалектов на месте, поэтому они основывались на живой речи представителей также обоих упомянутых диалектов и различных говоров. В собранный фольклорный материал вошли пословицы, поговорки, загадки, сказки и отдельные фрагменты бытовой, разговорной речи.

В ходе исследования реализуемой проблемы мы сочли необходимым ознакомиться с аналогичными разработками и по диалектологии лезгинского, даргинского, агульского, аварского, лакского, рутульского, цахурского и др. языков.

Для диссертационной работы наибольшей ценностью обладают научные произведения У.А. Мейлановой «Гюнейский диалект - основа лезгинского литературного языка (1970), Р.И. Гайдарова «Диалектология лезгинского языка для преподавателей лезгинского языка и студентов литфака» (1963), С.М. Гасановой «Очерки даргинской диалектологии» (1971), А.Н. Генко «Табасаранский язык. Диалектологический очерк»; он же: «Табасаран-ско-русский словарь (2005), Ф.А. Ганиевой «Джабинский диалект лезгинского языка (1980), Г.Х. Ибрагимова «Рутульский язык (1978; 2004); его же: «Цахурский язык» (1990), М-С.М. Мусаева «Даргинский язык (2002)», Н.Д. Сулейманова «Сравнительно-историческое исследование диалектов агульского языка» (1994), Ш.И. Микаилова «Очерки аварской диалектологии» (1959), А. А. Магометова «Табасаранский язык» (1965), ГТ.К. Уел ара «Этнография Кавказа. Языкознание. Табасаранский язык» (1979), С.М. Хайдакова «Очерки по лакской диалектологии» (1966) и др.

Основные положения диссертационного исследования были представлены в докладах на научно-практических конференциях профессорско-преподавательского состава Дагестанского государственного университета (2001, 2002, 2003, 2004, 2005, 2006 гг.), на заседаниях кафедры дагестанских языков и отражены в вузовских сборниках научных трудов преподавателей «Актуальные проблемы общего и дагестанского языкознания», «Современные проблемы кавказского языкознания» и др. Рукопись диссертации обсуждена на расширенном заседании кафедры дагестанских языков Дагестанского государственного университета.

Проведенный нами обзор фонетико-морфологических особенностей северного диалекта табасаранского языка не считает своей задачей дать исчерпывающие ответы на все, неизбежно возникающие вопросы по теме исследования. Это и понятно, так как на фоне определенных успехов в изучении табасаранского языка в целом, достижения в исследовании его диалектов, в частности, представляются менее значительными.

Всесторонние исследования в области поднятой проблемы отсутствуют ввиду незавершенности процессов диалектной интеграции в табасаранском языке, хотя ряд трудов в определенной мере, безусловно, продвинул его изучение на некоторый уровень.

Северный диалект табасаранского языка является крупным как по территории его распространения, так и по численности его носителей. Он интересен, прежде всего, тем, что его носители издревле находятся в окружении тех или иных языковых систем.

Некоторые авторы отрицали диалектные различия в языке. A.M. Дирр, например, считал, что табасаранский язык не имеет диалектов. А.Н. Генко выделяет в табасаранском языке два наречия: южное и северное. Е.А. Бока-рев называет в нем уже три наречия: этегское, нитрикское (южное) и сувак-ское (северное).

По совокупности отличительных признаков в табасаранском языке мы так же, как и К. Боуда, Л.И. Жирков, А.А. Магометов, Н.В. Загаров и др., выделяем два диалекта: северный и южный, вокруг которого формировался табасаранский литературный язык.

В фонетическом составе говоров многих аулов в сравнении с литературным языком весьма значительные расхождения наблюдаются как в области гласных, так и в области согласных звуков. Нами отмечаются различные способы фонетической дифференциации слов, обусловленные теми или иными историческими процессами. Это значит, что в диссертации дается достаточно квалифицированная характеристика звуковой системы и морфологического строя северного диалекта в сравнительном плане и дифференцированно с конкретными говорами внутри рассматриваемого уровня языка, а также с южным диалектом и литературным языком в целом. Представлен сравнительно-типологический обзор, направленный на объяснение различий и сходств в фонетической системе диалектов и различных говоров. Фиксируется фонологический статус целых групп фонем. Речь идет о регулярных соответствиях в области гласных и согласных звуков относительно темы настоящего диссертационного исследования.

Наблюдаются различные виды звукосоответствий. Примеры даются на материале литературного языка и говоров аулов Ягдиг и Хурик северного диалекта. Например: и/а/а. лит. язык ягдиг. гов. хурик. гов. шид шар шар «вода» йиз йас йас «мой» сумчир сумчар сумчар «свадьба»

В говорах этих селений не употребляются гласные о, ё, ы и буква ь, хотя в литературном языке в заимствованных словах они и имеют место: лит. язык ягдиг. гов. хурик. гов. кровать гарават гарват «кровать» самолёт самалут самалут «самолет» пароход пирахут пирахут «пароход».

Наблюдаются и другие соответствия гласных звуков. Для примера возьмем звукосоответствие и-е-е. лит. язык ягдиг. гов. хурик. гов. шикил щекил шекил «фотография».

Рассмотрим еще одно звукосоответствие, когда в литературном языке гласный а в северном говоре замещается гласным е: лит. язык ягдиг. гов. хурик. гов. маймун меймун меймун «обезьяна».

Следует отметить, что наблюдается фонетический процесс эпентеза — вставка гласного звука между гласным и согласным в литературном языке: лит. язык ягдиг. гов. хурик. гов. абхьра иехьурда ивхьурда «сыпается».

Также встречаются случаи ассимиляционно-диссимиляционных фонетических процессов: лит. язык ягдиг. гов. хурик. гов. ц1иб ц1ув ц1ув «мало» адми эрми эрми «человек».

В системе вокализма говора села Ягдиг можно наблюдать наличие долгих гласных в словах, заимствованных из арабского языка: лит. язык ягдиг. гов. хурик. гов. гъюкумат гъюкуумат гъюкуумат «государство» Как в системе вокализма, так и в системе консонантизма говоров сел Ягдиг и Хурик наблюдаются различные фонетические процессы.

Ассимиляция согласных: лит. язык ягдиг. гов. хурик. гов. сумч1урна кьюб симчlymia кьюв симч1унна къюв «32».

Субституция согласных: лит. язык ягдиг. гов. хурик. гов. намус ламус ламус «совесть» хлинцц хилимцц хилимцц «крыло».

Метатеза согласных: лит. язык ягдиг. гов. хурик. гов. кусри курси курси «стул».

Аффрикатизация согласных: лит. язык ягдиг. гов. хурик. гов. зав дзав дзав «небо».

Наращение конечного й: лит. язык ягдиг. гов. хурик. гов. дада дадай дудай «мать».

Выпадение согласных (в основном сонорных р, н): лит. язык ягдиг. гов. хурик. гов. марчч мачч мачч «овца» чюнгюр чугур чугур «чонгур».

Наблюдается в говорах отсутствие лабиализованных согласных: лит. язык ягдиг. гов. хурик. гов. гвар гар гар «кувшин».

В области морфологии северный диалект почти совпадает с табасаранским литературным языком. И, тем не менее, в диссертации нами четко анализируются морфологические общности и различия между северным диалектом и литературным языком. Учитывая исключительно важное значение данных исторической морфологии для доказательства генетического родства дагестанских языков, в диссертации много места и внимания уделяется утрачиваемой в табасаранском языке в целом и уже утраченной в ряде говоров его южного диалекта и некоторыми языками лезгинской подгруппы дагестанских языков категории грамматических классов в них. В основах ряда лексем диалектов языка выявлено значительное число окаменевших экспонентов этой морфологической категории.

Наряду с категорией грамматических классов, доминирующими факторами морфологических особенностей исследуемого диалекта выступает категория числа в децимальных (десятичных) - только в северном диалекте и ви-геземальных (двадцатеричных) вариантах употребления в разных говорах южного диалекта.

Классные показатели, например, встречаются и в северном диалекте, и в литературном языке, но не во всех говорах южного диалекта. Интенсивное их употребление происходит в глаголе, в препозиции, интерпозиции и постпозиции по отношению к корневой морфеме. Классными экспонентами маркируются деепричастные, причастные формы и другие знаменательные части речи, способные сочетаться с существительными класса человек и класса нечеловек, т.е. по принципу разумности и неразумности субъекта или объекта действия или состояния.

Необходимо отметить еще и то обстоятельство, что как в северном диалекте, так и в литературном языке для табасаранских словоформ характерными являются такие типы морфем, как корень, префикс, суффикс, классно-числовые показатели, интерфикс, флексия, каждая из которых может реализоваться либо в виде одного неизменного компонента, либо нескольких алломорфов в зависимости от морфологических условий и их функционирования в пределах словоформ.

Вкратце охарактеризуем разновидности морфем, составляющих структуру слова, указывая на их важнейшие признаки — место в основе слова по отношению к другим морфемам, в частности, по отношению к корневой морфеме, а также оттенки, вносимые каждой из них в общее содержание конкретной лексемы.

В слове кышицнацеалари «бродяги, попрошайки», например, шесть значимых частей - морфем, путем элементарного разложения которых можно точно установить значения пяти из них (къи— значение «между, среди»; -лиц— действие; -нац— значение имени, лица; -вал— абстрактность; -ар— множественное число; -и— эргативный падеж; манишин (мани— значение признака, -шин— неполноты признака); дибик1наза (д— значение глагола законченного времени, -и- - (корневой вокал), -бик1- (корень) действия, -на- выражено имплицитно, -за- — субъекта 1-го лица).

Трудность морфемного анализа, в первую очередь, связана с проблемами взаимосвязи таких признаков морфем, как производность и члени-мость, а также формального и семантического соотношения между мотивирующим и мотивированным словами.

Из всех частей речи морфолого-семантические признаки в наибольшей мере присущи именам существительным и глаголам, которые благодаря структурной емкости членятся на основу и окончание и имеют общие и частные особенности.

Общее для основ обеих частей речи заключается в том, что и основы существительных и основы глаголов дифференцируются на непроизводные, т.е. простые и производные, т.е. сложные. В известном смысле первые члены этой дихотомии аморфны, в их составе живые аффиксы не выделяются, а вторые - членимы, они образованы от других основ, и в их составе для данного состояния языка выделяется аффикс или аффиксы.

Основа же как именная, так и глагольная, в структурном отношении характеризуется многообразием морфем, среди которых стержневой является корневая морфема. Сопоставляя родственные слова, находим в них общую, нечленимую корневую морфему: иш-ал «плач», uiu-бях «плакса», иги-рур «плачущий», ми-иш-аи «не плачь», дир-иш-ус «не плакать»; лиц «ходи», лиц-ув «хождение», хъи-лиц-уе «обхождение», къи-лиц-ус «бродяжничать, чтобы попрошайничать», къ-и-лиц-нац «бродяга, нищий».

Внешняя флексия (словоизменительный аффикс) в северном диалекте, являясь частью слова, которая содержит грамматическое значение и образует разные формы слова для выражения морфосинтаксических отношений, в большинстве случаев является сопроводителем корня или основы. Однако он не может наращиваться на корень или основу подобно суффиксу или тематическому гласному, а может лишь ставиться на место другого одноименного аффикса. Изъятие одной сегментной морфемы без её замены другой приводит к трансформации структуры и значения слова.

Таким образом, отличительным признаком служебной морфемы табасаранских лексем является ее обязательность в них, способность заменять другие и самой быть заменяемой. Новую служебную морфему можно добавить лишь, отбросив уже имеющуюся. При этом количество составляющих основу морфем в слове не изменяется, зато меняется их качество.

Флексийные морфемы, используемые для словоизменения, выражают взаимоотношение слов в предложении по отношению ко времени, лицу, числу, локализации предмета в пространстве.

В процессе анализа фонетико-морфологических особенностей северного диалекта, мы пришли к более конкретным выводам.

В северном диалекте имеются «усиленные», т.е. геминироваппые спиранты фф, сс, шш, шеше, хьхь, хх, которых нет в южном диалекте и в литературном языке.

Отличительным признаком исследуемого диалекта является отсутствие в нем лабиализованных смычных и спирантов гв, кв, ккв, к1в, гъв, хе, хкв, къв, кьв, которые употребляются в литературном языке.

В северном диалекте весьма интенсивно употребляется звонкая свистящая аффриката дз, которая в литературном языке переходит в з.

В названном диалекте имеет место переход б в в интерпозиции и постпозиции слова, но в препозиции не прослеживается этот процесс.

В интервокальной позиции и на конце слова переднеязычный смычный д в северном диалекте переходит в р, а в дюбекском говоре в й.

Отличительным признаком северного диалекта является оглушение конечного звонкого з и переход его в с, за исключением говоров сёл Ханаг и Хурик.

В анализируемом диалекте редукция гласных звуков в безударном слоге гораздо слабее, чем в литературном языке.

На конце целого ряда слов наблюдается наращение й.

В дюбекском говоре встречается устойчивый процесс сингармонизма гласных звуков.

Между северным диалектом и литературным языком прослеживается ряд гласных и согласных соответствий, частыми из которых являются а/и, и/у, кь/гъ.

Суффиксом VII серии локативов в северном диалекте является -ъил вместо литературного -ъии.

С гласным на конце слова суффиксом эргатива в северном диалекте всегда выступают окончания -ди, -йи, -ри.

Суффиксами прилагательных в северном диалекте функционируют только гласные и,у,уь.

В числительных северного диалекта функционируют только два сложных показателя: р и в, а в дюбекском говоре три: р, в, и.

В форме личного местоимения 1 лица в рассматриваемом диалекте употребляется дукьури вместо литературного дурар.

В северном диалекте и в табасаранском литературном языке встречаются различные формы употребления локативов, т.е. вместо одной серии в литературном языке в диалекте функционирует другая серия.

В отличие от литературного языка, вспомогательные глаголы в северном диалекте употребляются с классным показателем р, отсутствующим в этой позиции в литературном языке.

В препозиции ряда глаголов в северном диалекте функционируют согласные йие, являющиеся окаменелыми классными экспонентами.

В формах футурума и перфекта на конце глаголов в северном диалекте имеем иногда согласный -р, а в дюбекском говоре -в.

Некоторые вербальные формы северного диалекта в ряде временных форм не имеют перфектного префикса гъ-, характерного глаголам в литературном языке.

Причастия в северном диалекте всегда имеют суффикс -и, а в литературном языке - суффикс -у.

В северном диалекте имеется форма деепричастия с суффиксом (anlciiiciH «сделав», бик1-айан «написав») -айан отсутствующая в литературном языке и других говорах.

Касаясь особенностей наречия северного диалекта в морфологическом аспекте, следует отметить, что его функционирование является проблемным и сложным. Даже такие кардинальные вопросы, как отграничение наречий от других частей речи, сущность процесса адвербиализации порою приходится трактовать по-разному. При выделении наречия в самостоятельную лексико-грамматическую категорию мы исходили из совокупности словообразовательных и других морфологических признаков. В работе дается как словообразовательная, так и морфологическая характеристика наречия в упомянутом диалекте табасаранского языка.

Служебные части речи в северном диалекте, как это было показано, выделяются совокупностью структурных, функциональных и содержательных характеристик. Важнейшим критерием отличия их от знаменательных частей речи табасаранского языка и его диалектов является, как это в работе продемонстрировано, выполнение ими в структуре предложения вспомогательной роли — служить средством выражения различных отношений между членами предложения или же его более крупными составными частями. (Фонетические и морфологические особенности северного диалекта табасаранского языка. Агабеков Ж.А.)

Настоящая диссертация посвящена синхронному исследованию нитрикского (южного) диалекта табасаранского языка в основном на двух структурных уровнях - фонетики и морфологии.

Выбор темы диссертации, ее актуальность обусловлены необходимостью описания, характеристики и установления места нитрикского диалекта, легшего в основу литературного языка, в системе диалектов и говоров табасаранского языка.

Несмотря на то, что лингвистические данные диалектов и говоров заключают в себе богатейший материал, являющийся надежным источником при воссоздании картины исторического развития языков лезгинской группы, табасаранские диалекты стали предметом монографического исследования лишь последние 10 лет.

Фронтальное изучение диалекта, легшего в основу литературного языка, поможет научно осмыслить языковые процессы, происходящие в литературном языке, установив взаимоотношения диалектов и литературного языка, характер взаимоотношений и пути обогащения литературного языка наиболее ценными материалами за счет местных диалектов. Всестороннее изучение этих вопросов осветит практике путь дальнейшего языкового строительства. Без предварительного исследования и подробного описания диалектных особенностей языков трудно решать многие важные проблемы языкознания. Роль диалектов возрастает для тех языков, которые не имеют древних письменных памятников. Отсутствие письменных памятников исторического плана затрудняет диахроническое исследование языка. В этих условиях показания диалектов и говоров особенно ценны, так как в них сохраняются различные ступени развития языка, что дает возможность для сравнительно - исторического исследования лингвистических вопросов.

Нитрикский (южный) диалект табасаранского языка представляет большой интерес тем, что он до сих пор не исследован. Интерес к исследуемому диалекту обусловлен еще и тем, что нитрикский диалект 3 подвергается определенному влиянию лезгинского языка, а литературный табасаранский язык, основанный на нитрикском диалекте, использует для своего обогащения и развития лексические возможности сувакского и этегского диалектов и говоров.

Необходимость всестороннего исследования нитрикского диалекта, его говоров и речевых особенностей объясняется еще и тем, что идет процесс нивелирования территориальных диалектов и говоров и под влиянием литературного табасаранского языка.

В сказанном мы видим научную актуальность диссертационного исследования.

Табасаранский язык - один из младописьменных дагестанских языков. На нем говорят (по переписи 2002 года) - 132 тыс. человек. В этом отношении табасаранский язык занимает второе место в лезгинской группе языков.

Табасаранцы проживают в долинах рек Рубас и Чирах-чай в Табасаранском и Хивском районах Республики Дагестан, в поселках Мамедкала, Белиджи, Геджух, Рубас, в аулах Арабляр, Чинар, Михайловка Дербентского района, в поселке Дружба Каякентского района, а также в городах Дербент, Огни, Каспийск, Махачкала и за пределами Дагестана.

Табасаранский язык в настоящее время наряду с русским и другими дагестанскими языками является одним из официальных языков Дагестана. На нем ведется обучение в начальной школе, а в старших классах общеобразовательной школы табасаранский язык и литература изучаются как предметы, издаются учебники, учебно-методические пособия (методические разработки, таблицы, сборники диктантов, изложений, словари), переводная и оригинальная художественная, а также общественно-политическая литература.

На табасаранском языке выходят ежегодный альманах «Литературайин Табасаран» («Литературный Табасаран»), республиканские журналы «Дагъустан дишагьли» («Женщина Дагестана»), «Ппази» («Соколенок»), республиканская газета «Табасарандин нурар» («Зори Табасарана»), районные газеты «Аку хяд» («Яркая звезда») и «Табасарандин сес» («Голос Табасарана»), ведутся передачи по республиканскому радио и районному радиовещанию в райцентрах Хив и Хучни, функционирует Табасаранский народный театр (г. Дербент), в районах осуществляется делопроизводство.

Преподавателей табасаранского языка для начальной и средней школы готовят в Дербентском педколледже и на факультетах дагестанской филологии Дагестанского государственного университета и Дагестанского государственного педагогического университета. В этой связи как настоятельная необходимость выдвигается на передний план требование совершенствования методики преподавания табасаранского языка в национальной школе, что достигается не в последнюю очередь благодаря максимальному учету особенностей диалектов родного языка.

Влияние диалектных особенностей, конечно, не даст положительных результатов, если не будет сопровождаться системой занятий по их преодолению в литературной речи. По мнению Р.И. Гайдарова, «положительные результаты дают такие виды работ, как: а) ведение словариков соответствий литературных и диалектных слов и выражений; б) анализ устных и письменных высказываний товарищей, материалов школьных стенных, а также местных (районных) газет; в) запись различного рода фразеологических оборотов (пословиц, поговорок), сравнительных оборотов, приветствий, поздравлений и т.д., характерных для речи данного населенного пункта» (Гайдаров 1993: 94).

Территориально табасаранцы на севере граничат с даргинцами, на западе - с агульцами, на юге - с лезгинами, на востоке - с азербайджанским населением прибрежной полосы Каспийского моря (Дарваг, Зиль, Хили-Пенджик и др.).

Табасаранский язык непосредственно контактирует с агульским, лезгинским, азербайджанским и даргинским языками.

Языком межплеменного общения с соседями для табасаранцев, кроме русского языка, проживающих в Южном Табасаране, т.е. жителей Хивского района (носителей южного диалекта) служит лезгинский, для Северного Табасарана (носителей северного диалекта), особенно для старшего поколения - азербайджанский.

Для значительной части взрослого табасаранского населения исторически было характерно двуязычие - владение наряду с родным табасаранским и языком своих соседей: лезгинским в Хивском (аулы Хив, Хоредж, Лака, Межгюль, Зильдик, Кандик, Чувек и др.) и азербайджанским в Табасаранском районе, что также наложило существенный отпечаток на формирование диалектных особенностей. В настоящее время функции языка межнационального общения все активнее выполняет русский. Как и другие литературные дагестанские языки, табасаранский язык является младописьменным. До Великой Октябрьской революции и установления советской власти в Дагестане табасаранский язык оставался бесписьменным. Были предприняты лишь отдельные попытки приспособить к его фонетической системе арабский алфавит. Об этом свидетельствуют дошедшие до нас на арабском алфавите стихотворения Гаджисаида Саидгамзаева из аула Зирдаг Хивского района и произведения некоторых других авторов.

Отсутствие длительной традиции письменной фиксации делает невозможным изучение истории языка по данным письменных памятников, и в силу этого показания диалектов и говоров приобретают подчас

1 В Хивском районе половина аулов (А. Архит, Ю. Архит, Тркал, Захит, Цнал, Цинит, Куг, Дардаркент, Канциль, Чиликар, Асадкент, Кашкент) населена лезгинами, а в Табасаранский район входит ряд аулов (Цанак, Арак, Х.Пенджик, Марага, Ерси, Зиль, Дарваг) с азербайджанским населением. первостепенное значение, на что в свое время указывал академик Л.С. Чикобава: «Что же касается бесписьменных языков, диалектология образует основу его научного изучения; все диалекты здесь в принципе равноценны: предпочтения для выборочного изучения не существует. Невозможно считать изученным бесписьменный язык, если не изучены все его диалекты. Не оправдано ограничиваться показаниями лишь одного диалекта, пусть даже самого распространенного» (1969: 36-37).

В годы советской власти табасаранцы, как и многие другие народы нашей страны, впервые получили право на создание своей письменности. В 30-е годы проводилась большая работа по установлению норм литературного языка. Этот процесс в основном определился в 1932 году, когда за норму табасаранского литературного языка был принят нитрикский (южный) диалект и некоторые особенности сувакского диалекта.

Письменность на табасаранском языке была создана в 1932 году на основе латинской графики, она просуществовала сравнительно недолго. А.Н. Генко, работавший руководителем экспедиции по научному изучению табасаранского языка в конце 1934 года, пишет: «Возникшая три года назад (а именно в 1932 году) табасаранская национальная письменность должна обслуживать тридцать с лишним тысяч человек. Табасаранский народ, до Октябрьской революции никогда не имевший и даже не помышлявший когда-либо иметь письменность народом». (Генко 1934: Рукопись).

В 1938 году для табасаранцев, как и для других дагестанских народностей, была создана новая письменность, уже на основе русской графики. Создание письменности на табасаранском языке и ее переход на русскую графическую основу открыли широкие возможности для зарождения и становления табасаранского литературного языка и развития литературы.

Между тем нельзя не заметить, что в настоящее время литературный язык оказывает на диалекты и говоры большое воздействие. С развитием и обогащением литературного языка, возрастанием его общественной роли и расширением функции и более широким его распространением среди населения благодаря общеобразовательной и высшей школе, печати, радио, телевидению и другим факторам сегодняшней жизни лексические особенности диалектов и говоров постепенно нивелируются, они как бы приближаются к литературному языку, поскольку он стал обслуживать все области жизни и общественно-политическую деятельность табасаранцев. Отсюда вытекает грямая задача для лингвистов-диалектологов - как можно полнее зафиксировать диалектные явления, прежде чем они навсегда исчезнут, особенно в отдаленных аулах. К нерешенным актуальным задачам в ряде языков Кавказа относятся некоторые вопросы нормирования лексики и терминологии. Недостатки в этой области состоят в слабом использовании диалектной лексики для обогащения литературного языка. Впрочем, к этому следует добавить, что диалекты в свою очередь также влияют на литературный язык. Нередко диалектные слова и их формы становятся общенародными.

Как отмечается в специальной литературе, в основу литературного табасаранского языка лег нитрикский говор южного диалекта, носителями которого оказалась большая часть табасаранской интеллигенции, принимавшей участие в создании письменности.

Создание письменности способствовало интенсивному развитию литературы. Автор первых школьных грамматик табасаранского языка - Темирхан Шалбузов является представителем нитрикского диалекта (выходец из аула Хив). Были опубликованы произведения богатого фольклора табасаранцев, а также дореволюционных табасаранских поэтов, преимущественно сохранившиеся в устном народном творчестве (Калук Мирза, Гаджисаид Зюрдагский, Урудж Татильский, Жигер Кандикский и др.). Появились новые художественные произведения Б. Митарова, М. Митарова, А. Джафарова, А. Везирова, М. Шамхалова, Э. Ханмагомедова и др. Все перечисленные писатели и поэты табасаранского народа являлись также представителями нитрикского диалекта.

В дальнейшем происходило постепенное развитие и становление литературы и литературного табасаранского языка, которое еще нельзя считать завершенным, так как многие орфографические и орфоэпические нормы нуждаются в дальнейшем усовершенствовании и уточнении. Вопросы стилистики, лексики и грамматики требуют дальнейшего изучения и совершенствования, резервы которого нетрудно усмотреть и в диалектных чертах. Некоторые моменты, связанные с корректировкой и совершенствованием литературных норм, отмечаются в специальной статье А.А. Магометова: «При составлении первого свода орфографических правил литературного табасаранского языка было решено не отмечать в глаголе изменение грамматических классов. В первых изданиях грамматик табасаранского языка так оно и было. Однако позднее, на научной сессии, посвященной вопросам нормализации литературных дагестанских языков, было решено обозначать в глаголе табасаранского языка изменение грамматических классов. Такое решение было принято вследствие того, что в большинстве говоров табасаранского языка глагол изменяется по грамматическим классам. По этому решению литературный язык отошел от норм говора, легшего в основу литературного языка» (Магометов 1979: 271).

В научной литературе принято различать два диалекта: южный и северный, каждый из которых объединяет группу наречий и говоров. Это деление во многом явилось следствием исторических судеб табасаранского народа.

По историческим сведениям (Услар 1979: 49-50), арабский полководец Абу-Муселим, сумевший покорить Табасаран и обратить его жителей в мусульманство, «назначил правителем Табасарани одного из сподвижников своих, аравитянина Мюхаммед Маасума. К Маасуму было приставлено два кадия за тем, чтобы они толковали народу настоящий смысл Ислама. Судьба, постигшая одного из приставленных кадиев, как кажется, осталась неизвестною, но Мюхаммед Маасум и Мюхаммед Кади сделались независимыми друг от друга владельцами и поделили между собою

Табасарань». Образовались два административно-территориальных объединения: Мисибдин уьлке и Кьадирин уьлке, правители которых нередко вели между собой войны, что неминуемо должно было привести к ограничениям в общении между населением этих территорий, к замкнутому образу жизни населения и, соответственно, к росту языковых расхождений между севером и югом Табасарана. Такой раздел Табасарана имел место в продолжение целого тысячелетия.

С упразднением в 60-х годах прошлого столетия прежнего деления на Мисибдин уьлке и Кьадирин уьлке, раздел внутри Табасарана сохранялся, так как его северная часть была причислена к Кайтаго - Табасаранскому округу, а южная - к Кюринскому. Две административные единицы - Табасаранский и Хивский районы (хотя и не совпадают со старыми округами), сохраняют деление Табасарана и в настоящее время.

Сувакский и нитрикский диалекты противопоставлены друг другу целым рядом фонетических и грамматических особенностей. В основном эти особенности сводятся к следующим: в нитрикском диалекте имеются заднеязычные и фарингальные лабиализованные согласные, которых нет в северном. В свою очередь, в северном имеются геминированные спиранты, отсутствующие в южном, где нет также характерного для северного звонкого фарингального къ. Согласным звукам ч, дж нитрикского диалекта в сувакском диалекте соответствуют т и д (иногда р). По-разному образуется в южном и северном диалектах также целый ряд грамматических форм (запретительные формы глагола: посредством соответственно префикса или инфикса м-; отрицательные формы: в южном диалекте посредством слоговой редупликации и т.д.). Наблюдаются и некоторые лексические различия. По характеристике В.М. Загирова, «диалектная лексика в табасаранском языке представлена небольшим количеством слов. Выделяются диалектизмы двух типов: 1. Слова отдельных диалектов или говоров, либо не имеющие соответствия в литературном языке, либо отличающиеся от соответствующих общенародных лексем по звучанию, семантике или структуре. 2. Диалектные слова, используемые в языке художественной литературы для точной передачи местных особенностей изображаемой реальности» (Загиров 1981: 100-101).

По мнению ряда специалистов (Е.А. Бокарев, К.Т. Шалбузов, П.В. Загиров), следует особо выделить, возможно, в особый переходный диалект этегский говор (один из говоров южного диалекта), который обнаруживает и некоторые особенности сувакского (северного) диалекта (отсутствие, как заднеязычных лабиализованных согласных, так и геминированных спирантов).

Цель исследования - синхронное изучение и научно верное описание фонетических, морфологических особенностей нитрикского диалекта табасаранского языка в сравнении с другими диалектами и говорами и на этой основе установление статуса и места нитрикского диалекта в системе диалектных единиц табасаранского языка.

В соответствии с целью исследования и недостаточной изученностью ряда вопросов табасаранской диалектологии определены следующие основные задачи:

- установить степень разработанности различных аспектов проблемы диалектов табасаранского языка в лингвистической литературе;

- уточнить и упорядочить диалектологическую классификацию табасаранского языка и выявление взаимоотношений между диалектами и литературным языком;

- на фактическом материале табасаранского языка выявить имеющиеся фонетические особенности (звуковые соответствия, фонетические законы) нитрикского диалекта на фоне их сопоставления с данными литературного языка, диалектов и говоров; дать подробное описание выявленных морфологических особенностей нитрикского диалекта табасаранского языка; описать особенности словообразования и дать полную характеристику строения слова в нитрикском диалекте в сопоставлении с литературным языком и другими говорами табасаранского языка;

- выявить в нитрикском диалекте общее с литературным языком и специфическое.

Научная новизна диссертационной работы заключается, прежде всего, в том, что в ней на основе достаточно полного диалектологического материала дается системное описание и квалификация фактов и явлений нитрикской речи. В частности, рассматривается фонемный состав говоров нитрикского диалекта, типичные для диалекта звуковые соответствия. В ходе исследования впервые подвергаются лингвистическому анализу морфологические особенности, грамматический потенциал нитрикского диалекта в сравнении с сувакским диалектом, этегским диалектом и литературным языком. Выявлены и уточнены границы распространения нитрикского диалекта, классификация говоров, относящихся к диалекту. В рамках этой концепции критическому анализу подвергаются существующие суждения о диалектном членении табасаранского языка и вводится в научный обиход немалый пласт собственно диалектизмов табасаранского языка.

Теоретическая значимость. Системное изучение нитрикского диалекта табасаранского языка проливает свет на ряд невыясненных вопросов, как междиалектных взаимоотношений, так и взаимоотношений нитрикского диалекта с литературным языком, даст возможность уточнить классификацию диалектов и говоров в целом. Материал и выводы диссертационной работы в какой-то степени восполняют сведения о табасаранском языке. Диссертация послужит основанием для дальнейших диалектологических исследований по языкам лезгинской группы. Данные диалекта могут быть использованы при составлении исторической фонетики и грамматики языков лезгинской группы.

Практическая ценность исследования заключается в том, что обнаруженные при исследовании нитрикского диалекта особенности дают возможность в определенной степени уточнить классификацию говоров и диалектов табасаранского языка.

Материал диссертационной работы, основные положения и результаты исследования могут быть использованы:

1) в преподавании табасаранского языка в школе и педколледже;

2) при изучении табасаранской диалектологии в вузе;

3) при составлении диалектологического, орфографического, этимологического и других словарей табасаранского языка;

4) при составлении учебников и учебно-методических пособий по табасаранскому языку;

5) при разработке спецкурсов и спецсеминаров по проблемам лексикологии и диалектологии табасаранского языка в вузах республики.

Методы н приемы исследования определяются целью, задачами и объектом анализа и описания нитрикского диалекта, изучение фонетических, морфологических и лексических особенностей нитрикского диалекта табасаранского языка осуществляется на основе наиболее соответствующей решению поставленных задач синхронного анализа диалектологического материала с использованием описательного, сравнительно сопоставительного методов, а также лингвистической географии.

Между тем, понимание сравнительного метода в широком смысле допускает заметное разнообразие в применении в зависимости от специфики конкретного материала и целей сравнения тех или иных приемов анализа. Так, речь может идти, например, о выявлении отдельных различий, наблюдаемых при сравнении нитрикского диалекта и литературного языка, либо двух остальных диалектов (сувакского и этегского) или говоров, либо всей совокупности диалектных единиц (ср.: «фронтальное исследование всех диалектов представляется необходимым: к полному изучению всех диалектов и сводится научное изучение бесписьменного языка»). (Чикобава 1975: 160).

Сравнение диалектных единиц может строиться также с использованием приемов и методов лингвистической географии, опираться либо на констатацию синхронных различий и сходств, либо на установление междиалектных архетипов, лежащих в основе подобных различий. Как справедливо отмечает Н.З. Гаджиева, «следует разграничивать задачи и объекты анализа диалектологии и ареальной лингвистики. В задачу диалектолога входит изучение диалектов, изучение протяженности изоглоссных линий, пучков изоглосс, изучение диалектов в статике, тогда как ареальная лингвистика изучает пространственное расположение явлений, их связи, пути их распространения, зоны инноваций, центры распространения языковых явлений с выявлением ареалов языковых союзов. Если историк использует диалектные данные только для усовершенствования архетипов, то ареальная лингвистика исследует их связи, взаимоотношения этих данных» (Гаджиева 1975: 37).

Надо заметить, что не всякая методика может оказаться полезной в каждом отдельном случае. Как пишет У.А. Мейланова, «Метод выявления отдельных диалектных особенностей по всей территории распространения языка и соединения их изоглоссами может быть удобен в диалектологии некоторых индоевропейских языков, но он не сообразуется с задачами и целями изучения диалектов малоисследованных или вовсе не исследованных в диалектном отношении дагестанских языков. Для наших языков необходимо выявить и изучить каждый диалект отдельно - его языковые особенности и территориальное распространение» (Мейланова 1964: 33).

С другой стороны, нельзя не указать на определенные упущения в схеме описания «диалект - литературный язык»: «Как правило, в описаниях диалектов в качестве языка-эталона выбирается литературный язык. Это приводит подчас к формулировкам диахронического порядка, в которых за исходную принимается литературная форма, а диалектная трактуется как результат того или иного процесса» (Алексеев 1991: 98). Легко показать, что диалекты во многом проявляют архаичные свойства по отношению к литературной норме, ср., например, трехчленную систему грамматических классов в северном диалекте, в то время как в литературном табасаранском два ее члена (класс человека + множественное число) совпадают.

Материалом исследования, на основе которого дается описание нитрикского (южного) диалекта табасаранского языка, послужила соответствующая литература по табасаранскому языку: монографии Г.К. Услара, A.M. Дирра, А.И. Жиркова, А.А. Магометова, рукописи А.Н. Генко, работы А.Е. Кибрика, Б.Г.-К. Ханмагомедова, В.М. Загирова, К.К. Курбанова, К.Т. Шалбузова, Н.В. Загирова и др., авторефераты диссертаций и научные статьи исследователей табасаранского языка. Значительный материал (более тысячи диалектных единиц) нами записан у носителей нитрикского (южного) диалекта в аулах Хив, Кандик, А.Ярак, Ю.Ярак, Зильдик, Межгюль и др. во время специальных поездок (2001-2004гг.).

Основным методом сбора материала были записи личных бесед с носителями отдельных говоров нитрикского диалекта на месте, опирались на собственные наблюдения речи представителей также сувакского и нитрикского диалектов и различных говоров. Главным образом собирался фольклорный материал: пословицы, поговорки, загадки, старинные сказки и песни, а также отдельные фрагменты разговора.

Значительную методическую помощь в ходе исследования нам оказало знакомство с аналогичными разработками по диалектологии других дагестанских (лезгинского, аварского, даргинского, лакского, агульского) языков.

Теоретические и практические задачи дагестанской диалектологии на материале различных языков решаются в сборнике «Диалектологическое изучение дагестанских языков» (1992). Среди статей этого сборника особое методологическое значение для нашего диссертационного исследования имеет статья У.Л. Мейлаиовой, посвященная критериям разграничения диалектных единиц (Мейланова 1992). Наибольшей ценностью для настоящего исследования обладают публикации по лезгинской диалектологии, представленные как обобщающими трудами Р.И. Гайдарова (1963) и У.А. Мейлановой (1964), так и анализом отдельных диалектных единиц (Абдужамалов 1966, Гайдаров 1955, Ганиева 1980, Генко 1929, Гюльмагомедов 1966, Бабаев 1998, Асалиев 2004 и др.), а также работы Г.Х. Ибрагимова, В которых дано подробное описание диалектов: «Рутульский язык» (1978), «Рутульский язык» (2004), «Цахурский язык» (1990). В методическом аспекте особенно значимую пользу автору оказала монография У.А. Мейлановой «Гюнейский диалект - основа лезгинского литературного языка» (1970), в которой ставятся и разрешаются аналогичные проблемы взаимоотношения лезгинского литературного языка и его опорного гюнейского диалекта.

Сопоставительным описанием данных современных диалектов и говоров агульского языка отличается диссертация Н.Д. Сулейманова «Сравнительно-историческое исследование диалектов агульского языка» (1994). Привлекались также работы по аварской диалектологии, основы которой были заложены Ш.И. Микаиловым в его труде «Очерки аварской диалектологии» (1959). В связи с этим следует указать информативные описания отдельных диалектов аварского языка в квалификационных работах исследователей (Исаев 1975, Исаков 1981, Микаилов 1968, Магомедов 1993 и др.).

В становлении диалектологии даргинского языка важную роль сыграли работы Ш.Г. Гаприндашвили, А.А. Магометова, М.-С.М. Мусаева и других исследователей. Обобщающим трудом в этой области стала монография С.М. Гасановой «Очерки даргинской диалектологии» (1966).

Первоначальное упоминание о диалектах лакского языка связаны с ценным научным исследованием - монографической работой С.М. Хайдакова

Очерки по лакской диалектологии» (1966). Описанию отдельных диалектов лакского языка посвящена работа Каландарова (1985).

На защиту выносятся следующие положения:

1) специфические особенности фонетической системы говоров нитрикского диалекта табасаранского языка;

2) выявление и описание характерных звукосоответствий нитрикского диалекта , отличающих его от других диалектов (сувакского и этегского) и табасаранского литературного языка;

3) выявление и описание специфических фонетических процессов нитрикского диалекта в сопоставлении с говорами сувакского и этегского диалектов и литературным языком;

4) морфологическая характеристика существительного (категория класса, категория числа, особенности падежных форм и системы склонения);

5) хморфологическая характеристика прилагательного, числительного, местоимения, глагола и отглагольных образований.

Анализ фонетического и морфологического материала табасаранского языка с точки зрения его диалектной дифференциации позволил прийти к выводу о том, что нитрикский (южный) диалект, являющийся основой литературного языка, имеет свои специфические особенности, отличающие его как от литературного языка, так и сувакского и этегского диалектов.

Отдельные говоры нитрикского диалекта табасаранского языка проявляют некоторые особенности (преимущественно фонетические), сближающие их с сувакским и этегским диалектами, а другие - сближающие их с соседними лезгинским и агульским языками. С этой точки зрения нитрикский диалект распадается на пять говоров, которые отличаются друг от друга специфическими особенностями фонетического и морфологического порядка.

В нитрикском диалекте выделяются Кандикский говор, который объединяет речь аулов Кандик, Арчуг, Цудук; Хореджский говор, куда входит речь аулов Хоредж, Лака и Яргиль; Яракский говор к которому относятся говоры аулов Ашага Ярак, Юхари Ярак, Чулак, Зильдик, Межгюль, а также Чере, Варта; Турагский говор, куда входит речь аулов Тураг, Зирдаг и Ничрас; сиртичский говор, представляющий собой переходным говором между нитрикским и этегским диалектами, по своим грамматико-фонетическим особенностям стоит ближе к нитрикскому.

Специфическим отличием говоров нитрикского диалекта от литературного языка является наличие кратких гласных а, у, уь, и, которые встречаются в предударных слогах (межгюльский говор) и долгих гласных в заимствованных словах (хивский говор).

В отличие от говоров сувакского диалекта в нитрикском диалекте отсутствуют щелевые геминаты фф, сс, шш, швшв, хьхь, хх, сонорный vv, щелевые г|и xl, аффриката къ (за исключением хив. говора).

Для говоров нитрикского диалекта характерны лабиализованные взрывные средне и задненебной локализации гв, кв, кьв, гъв, хв имеющие фонетическую значимость.

В говорах нитрикского диалекта отсутствует характерная для говоров сувакского диалекта звонкая зубная аффриката зз, но сохранилось различие между звонким смычным г и спирантом гг (галар «равнинные места» -ггалар «блины»).

В речи аулов А. Ярак, Ю. Ярак, Чолак гласный переднего ряда верхнего подъема и соответствует в литературном языке гласному средне-заднего ряда и средне нижнего подъема а, а говорах аулов Хив, Хоредж, Лака наблюдается обратное явление, т.е. соответствие а гласному и в литературном языке (абийи, лит. аба-йи).

В говорах нитрикского диалекта отмечается соответствие гласного у литературному и, а в словах с исторической лабиализацией обратное чередование и:у (нитр. чу - лит. чи «сестра»; нитр. шжван - лит. улжван «брусок»); соотношение е:и отмечается во многих словах хивского говора и литературного языка ( хив. сеф - лит. сиф «сито»).

В системе согласных в говорах нитрикского диалекта отмечается наиболее часто встречающееся в начале слова соответствие къ литературному гъ и глухого спиранта х звонкому спиранту гь (хив. къизил -лит. гъизил «золото» , хив. шадлух — лит. шадлугъ «веселье»).

Почти для всех говоров нитрикского диалекта характерна аффрикатизация переднеязычных смычных, т.е. соответствие шипящей звонкой аффрикаты дж переднеязычному смычному д в литературном языке и соответствие шипящей аффрикаты ч| литературному т1, ч литературному т, чч литературному тт (нитр. джиф - лит. диф «туман» нитр. ч/irn - лит. т1ил «веревка» и др.). Отсутствие аффрикатизации переднеязычных смычных отмечено в речи аулов Хоредж, Лака, Яргиль.

Регулярный характер носит в говорах аулов Зильдик, Межгюль процесс отпадения простых гласных при образовании формы множественного числа существительных.

В области вокализма для нитрикского диалекта характерно явление сингармонизма (к1ент1 — лит. к1ент!ер «катушка») и редукция предударных гласных (нитр. твенг- лит. туъфенг «винтовка»).

Среди фонетических процессов в области согласных в нитрикском диалекте следует отметить выпадение согласных в системе глагола: а) выпадение перфектного префикса, когда глагол произносится слитно с предшествующим словом (лаьхиап/ну (<лаъхин+гъап/ну) «работу сделал»); б) выпадение согласного в при слитном произношении глагола- связки ву «есть» с предыдущим словом (лизибу (<лизиб+ву) «белый есть» (II класс); в) выпадение звука н в конце слова в вопросительной форме глаголов и запретительной форме глаголов (лихури(н) «поработает ли?», милихан(н) «не работай», в существительных, выступающих в роли определений (даьхни(н) уъл «пшеничный хлеб»), в окончаниях исходных падежей ( хул 'сгн «из дома», гьаъйвнии(н) «на лошади»).

Для некоторых говоров нитрикского диалекта характерно оглушение звонких согласных в начале слова или слога перед гласными.

Специфическими для нитрикского диалекта является также наличие билабиализованных согласных, отсутствие противопоставления спирантов по признаку "слабый - сильный".

Для нитрикского диалекта характерна ярко выраженная тенденция к разрушению системы грамматических классов (Кандик, Цудук и др.). В ряде говоров (Хив, Хоредж и др.) нитрикского диалекта глагол уже не имеет классного согласования, а выявляющиеся классные показатели окаменели.

Ярко выраженной морфологической особенностью говоров А. Ярак, Чулак, Зильдик нитрикского диалекта является наличие в формах множественного числа существительных аффикса -ир.

Специфическим для нитрикского диалекта представляется образование эргатива посредством суффикса -джи (халу-джи) и редукция гласного и при образовании эргатива ( халу-джи «дядя», абай (аба+йи) «отец»).

Оформление эргативного падежа прилагательного в нитрикском диалекте, если классный показатель указывает на категорию вещей, происходит посредством суффикса -джи ( им. п. к/аруб, эрг. п. к/аруб-джк «черный»).Для выражения значения сравнительной степени в нитрикском диалекте к объекту сравнения присоединяется частица ч|ан или дакан.

В хивском и сиртичском говорах, которые граничат с лезгинским языком, в отличии от литературного языка, представлена двадцатеричная система, в речи аулов - Кандик, Арчуг, Цудук и др. - десятично-двадцатеричная (смешанная) система, а в речи аулов Ничрас, Чере, Варта, т.е. на границе сувакским говором представлена десятеричная система счета.

Собирательные числительные в нитрикском диалекте различают по грамматическим классам и имеют классные показатели, но склоняются они одинаково, по типу числительных класса вещей. Распределительные числительные образуются путем удвоения числительных посредством прибавления суффикса -жи ( в лит. -ди) (кью-кыор-жи, къю-къюб-жи «по два»), а числительные приблизительного счета образуются присоединением к основе количественных числительных аффиксов -кьан, -ихьна, -дихьна.

В некоторых говорах нитрикского диалекта (аулы Ю. Ярак, А. Ярак, Межгюль, Варта, Тураг, Зирдаг, Ничрас) суффикс косвенной основы -гъ (а/у) в указательном местоимении му «этот» в случаи субстантивации при обозначении класса человека принимает форму -в (а/у): му-ву (лит. му- гъу).

Интересным представляется в нитрикском диалекте отклонение, когда окончания личных местоимений хьа, ча, чва осложняются дополнительным р и полученные таким образом формы хьар, чар, чвар распространяют далее свое влияние и на окончание единственного числа: за (зар), ва (вар) и т.п.

В речи аулов Ю. Ярак, А. Ярак, Межполь, Зильдик в роли возвратного местоимения учв «сам, себя» употребляется не именительный падеж местоимения как в литературном языке, а замещается формой эргатива чав.

В некоторых говорах нитрикского диалекта и литературном табасаранском языке по-разному образуются отрицательные формы глаголов с местными префиксами (отриц. элемент -др- теряет согласный д, путем повторения второго слога ал-, путем повторения префикса Ул).

В образовании запретительных форм глагола в хивском говоре нитрикского диалекта запретительные частицы ма-, ми-, му-, мя-, ме-, мю-предшествуют глаголу с превербами или без преверба. В этом же говоре отмечена тенденция полной утраты вопросительной частицы, характерной как для вспомогательного глагола, так и спрягаемого глагола.

Для речи говоров А. Ярак, Ю. Ярак., Чолак, Зильдик, Межгюль характерно наличие суффикса множественного числа повелительного наклонения - ир (лит. ай) и специальной формы повелительного наклонения для выражения повеления, касающегося и самого говорящего (улупухъа-вир «давайте покажем»), а в аулах А. Ярак и Ю. Ярак встречается форма множественного числа повелительного наклонения с суффиксом -и, а не -ир (гъит - гъит-и «оставь(те)»).

Специальная форма повелительного наклонения, выражающая повеление, распространяющееся и на самого говорящего, образуется от формы будущего времени путем прибавления суффикса -вай (в ауле Зирдаг) и -вир (в ауле Межгюль) ( улупухьа — вир «давайте покажем» , йивухьа-вай «давайте ударим»).

Специфической особенностью в говорах аулов Чере, Межгюль, Ничрас является выпадение согласного р из отрицательного элемента дар в первом лице единственного и множественного числа отрицательных глаголов перед личным окончанием, а характерной и отличительной особенностью говора аула Зильдик является то, что на конце глаголов первого лица после личного окончания встречается дополнительный согласный р ( гъапун-за-р «я сказал» , гышихунза-р «я поработал»).

Для говоров нитрикского диалекта характерно ослабление, а иногда полное выпадение в глаголах перфектного префикса гъ ( ахну вы гъахну «принес»), а для говора аула Чере одна из форм прошедшего времени (аористы) имеет суффикс -д, который в литературном языке утрачен (гъузу -д «остался», апид «сказал»). (Нитрикский диалект табасаранского языка. Исмаилова Я.Р.)

Краткий табасарано-русский словарь:

Изу - Я

Изус - Мне

Яс - Мой

Яснув - Мое

Яв - Твой

Явнув - Твое

Их - Наш

Ихнув - Наше

Фил - Слон

Меймун - Обезьяна

Лепе - Волна

Уъль - Хлеб, еда

Лисин - Обед

Гачълин - Утро

Аркван - Вечер

Рив - Вилка

Муцъур - Ложка

Нивгъ - Сон

Нивки - Клубника

Битъи - Змея

Мурсул - Нитка

Дарс - Урок

Разири - Радостно

Мичалди - Холодно

Манири - Тепло

Ревцъуди - Горячо

Пайдагь - Флаг

Лишан - Метка, Пометка

Дурхин - Пила

Гъавурди - Понятно

Кутъту - Рубашка

Деъу - Садись

Дагь - Гора

Гъарцар - Горы, Хребет

Укъмят - Государство

Руш - Девушка

Риш - девочка

Бай - мальчик, парень

Жиил - Молодец, Юноша

Жилур - Юноша

Арми - Человек

Армияр - Человеки

Дусту - Друг

Элъдешъ - Друг

Мурдал - Урод

Уста - Мастер

Гъан - Камень

Куси - Табуретка [вариант табуретки]

Тав - Вена

Яргу - Прыгай

Кат - Трогай

Катай - Трогайте

Жакъ - Птица

Лекъ - Орел

Мист - Мечеть

Сумчар - Свадьба

Дере - Долина

Яр - Долина [вариант долины объединяющий несколько долин ]

Чичъи - Рыба

Веч - Яблоко

Чяхир - Груша [иногда также называют винные напитки]

Маа - Мозг

Нар - Гранат

Багь - Сад

Нарарин Багь - Гранатовый сад

Ники - Молоко

Мики - Ветер

Бушькъав - Блюдке

Хурагу - Блюдо

Айран - Кефир [Очень много разных вариантов кефиров]

Афар - Пирог [С разными начинками, редко сладкими]

Циквар - Чуды

Мармарат - Конфета

Дишири - Правильно

Дюзди - Правда

Яц - Бык

Чул - Сеть [Рыболовная]

Гизаф - Много

Мирас - Родственник

Багахти - Близко

Багахлияр - Близкие

Хутул - Племянник

Дяву - Война

Туп - Мяч

Яглур - Высокий

Ацур - Толстый

Чилур - Тонкий

Ярхур - Длинный

Ахин - Постель

Эйван - Гостиная

Халу - Дядя

Халай - Тетя

Хиц - Блоха

Турим - Веревка

Ярк - Лес

Шавур - Город

Гьул - Село, поселение

Арфани - Огурец

Газат - Газета

Качъу - Бумага

Цал - Стена

Хал - Дом

Ахмакъу - Дурак

Дажъи - Осел

Макъ - Сказка

Ихтлат - Рассказ

Мук - Поцелуй

Маш - Лицо

Хил - Рука

Милз - Язык [анатомический]

Чаъл - Речь, Язык [разговорный]

Ив - Ухо

Куш - Волос

Сес - Голос

Сагъул - Спасибо

Барккала - Благодарю

Гурушка - Кружка

Ригъ - Солнце

Чарх - Колесо

Вак - Свет

Дадай - Мать

Гагай - Отец

Авай - Дед

Бав - Бабушка

Адаш - Брат

Гъардаш - Брат [младший]

Китаб -Книга

Лезгияр - Лезгины

Амшъальяр - Азербайжанцы

Даргияр - Даргинцы

Чеченар - Чеченцы

Жьут - Еврей

Жъутар - Евреи

Урсар, Руссар - Русские

Арабар - Арабы

Компания Е-Транс оказывает услуги по переводу и заверению любых личных документов, например, как:

  • перевести аттестат с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением; перевод аттестата с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением;
  • перевести приложение к аттестату с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением; перевод приложения к аттестату с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением;
  • перевести диплом с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением; перевод диплома с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением;
  • перевести приложение к диплому с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением; перевод приложения к диплому с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением;
  • перевести доверенность с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением; перевод доверенности с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением;
  • перевести паспорт с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением; перевод паспорта с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением;
  • перевести заграничный паспорт с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением; перевод заграничного паспорта с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением;
  • перевести права с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением; перевод прав с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением;
  • перевести водительское удостоверение с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением; перевод водительского удостоверения с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением;
  • перевести экзаменационную карту водителя с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением; перевод экзаменационной карты водителя с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением;
  • перевести приглашение на выезд за рубеж с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением; перевод приглашения на выезд за рубеж с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением;
  • перевести согласие с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением; перевод согласия с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением;
  • перевести свидетельство о рождении с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением; перевод свидетельства о рождении с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением;
  • перевести вкладыш к свидетельству о рождении с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением; перевод вкладыша к свидетельству о рождении с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением;
  • перевести свидетельство о браке с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением; перевод свидетельства о браке с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением;
  • перевести свидетельство о перемене имени с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением; перевод свидетельства о перемене имени с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением;
  • перевести свидетельство о разводе с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением; перевод свидетельства о разводе с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением;
  • перевести свидетельство о смерти с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением; перевод свидетельства о смерти с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением;
  • перевести свидетельство ИНН с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением; перевод свидетельства ИНН с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением;
  • перевести свидетельство ОГРН с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением; перевод свидетельства ОГРН с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением;
  • перевести выписку ЕГРЮЛ с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением; перевод выписки ЕГРЮЛ с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением;
  • нотариальный перевод устава, заявления в ИФНС с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением; перевод устава, заявлений в ИФНС с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением;
  • перевести налоговую декларацию с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением; перевод налоговой декларации с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением;
  • перевести свидетельство о госрегистрации с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением; перевод свидетельства о госрегистрации с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением;
  • перевести свидетельство о праве собственности с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением; перевод свидетельства о праве собственности с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением;
  • перевести протокол собрания с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением; перевод протокола собрания с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением;
  • перевести билеты с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением; перевод билетов с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением;
  • перевести справку с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением; перевод справки с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением;
  • перевести справку о несудимости с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением; перевод справки о несудимости с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением;
  • перевести военный билет с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением; перевод военного билета с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением;
  • перевести трудовую книжку с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением; перевод трудовой книжки с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением;
  • перевести листок убытия с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением; перевод листка убытия с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением;
  • перевести листок выбытия с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением; перевод листка выбытия с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением;
  • перевести командировочные документы с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением; перевод командировочных документов с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением;
  • и нотариальный перевод, перевод с нотариальным заверением с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением других личных и деловых документов.

    Оказываем услуги по заверению переводов у нотариуса, нотариальный перевод документов с иностранных языков. Если Вам нужен нотариальный перевод с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением паспорта, загранпаспорта, нотариальный с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением перевод справки, справки о несудимости, нотариальный перевод с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением диплома, приложения к нему, нотариальный перевод с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением свидетельства о рождении, о браке, о перемене имени, о разводе, о смерти, нотариальный перевод с табасаранского языка на русский язык или с русского языка на табасаранский язык с нотариальным заверением удостоверения, мы готовы выполнить такой заказ.

    Нотариальное заверение состоит из перевода, нотариального заверения с учётом госпошлины нотариуса.

    Возможны срочные переводы документов с нотариальным заверением. В этом случае нужно как можно скорее принести его в любой из наших офисов.

    Все переводы выполняются квалифицированными переводчиками, знания языка которых подтверждены дипломами. Переводчики зарегистрированы у нотариусов. Документы, переведённые у нас с нотариальным заверением, являются официальными и действительны во всех государственных учреждениях.

    Нашими клиентами в переводах с табасаранского языка на русский язык и с русского языка на табасаранский язык уже стали организации и частные лица из Москвы, Санкт-Петербурга, Новосибирска, Екатеринбурга, Казани и других городов.

    Е-Транс также может предложить Вам специальные виды переводов:

    *  Перевод аудио- и видеоматериалов с табасаранского языка на русский язык и с русского языка на табасаранский язык. Подробнее.

    *  Художественные переводы с табасаранского языка на русский язык и с русского языка на табасаранский язык. Подробнее.

    *  Технические переводы с табасаранского языка на русский язык и с русского языка на табасаранский язык. Подробнее.

    *  Локализация программного обеспечения с табасаранского языка на русский язык и с русского языка на табасаранский язык. Подробнее.

    *  Переводы вэб-сайтов с табасаранского языка на русский язык и с русского языка на табасаранский язык. Подробнее.

    *  Сложные переводы с табасаранского языка на русский язык и с русского языка на табасаранский язык. Подробнее.

    Контакты

    Как заказать?

  •  Сделано в «Академтранс™» в 2004 Copyright © ООО «Е-Транс» 2002—2018